Александр НИКИТИН: «СЛУЖУ ОТЕЧЕСТВУ!»

НАША СПРАВКА

Никитин Александр Егорович, 54 года, уроженец села Сосновка Тереньгульского района. Образование высшее. Полковник милиции. Имеет четыре правительственные награды и три нагрудных знака МВД. Приказом начальника областного УВД от 28.10.2005 года награжден Почетной грамотой и денежной премией за первое место в конкурсе профессионального мастерства среди начальников городских и районных ОВД Ульяновской области. Женат. Двое сыновей: Сергей, 29 лет, и Александр, 23 года.

Об этом человеке говорить легко и в то же время очень сложно. Он, без преувеличения, – живая легенда ульяновской милиции. В органах внутренних дел, с учетом службы в армии, 35 лет. Прошел путь от исполняющего обязанности милиционера третьего разряда до начальника Мелекесского РОВД.

Сегодня Александр Егорович Никитин – гость нашей газеты. И сразу же первый вопрос: «Почему именно милиция?»

– Из армии я пришел в звании старшины. Физические данные были отменные. А тут приходит в военкомат разнарядка из милиции. Военком отвечает: «Есть у нас кандидат». Дали мне направление. Прошел комиссию и приступил к службе в Тереньгульском РОВД. Первое время был водителем, а потом присвоили первое офицерское звание и направили участковым инспектором милиции в Ясашную Ташлу. Дали квартиру, родился первенец – сын Сергей. Он, кстати, сейчас майор милиции, работает в МРЭО ГИБДД. Сноха – начальник паспортного стола у меня же в отделе. Ее брат исполняет обязанности начальника ГИБДД. Мой сват, трагически погибший, тоже в органах работал. Так что целая милицейская династия получается.

…Участок достался огромный и сложный. Помимо Ясашной Ташлы в него входили село Конеобоз, станция «148-й километр», Рыновский хутор, села Рыновка, Подкуровка, Скугареевка… Считай, третья часть всего района. Это уж потом, когда я сдавал участок, при переходе в ОБХСС, по нему фиксировалось всего 15 преступлений. А когда принимал его в 1976 году, здесь регистрировали до сотни преступлений в год из 350 по всему району.

Воров в Ясашной Ташле в те годы практически не было, сплошь хулиганы, бедовый, прямо скажу, народ. Молодежь, как нынче, из села не уезжала, хотя большинство работало в Ульяновске: на кожкомбинате, мебельной фабрике, моторном заводе, на автозаводе, тарной базе… Проблем с транспортом тогда не было: автобусы возили рабочих, считай, круглосуточно.

– Неужели в одиночку пришлось стоять против такой махины?

– По крайней мере, опергруппу из района старался не вызывать, обходился собственными силами. Опорные пункты организовал. Самогонщикам сильно руки укоротил. Молодежь на себя работать заставил. Приходят, например, пьяные на танцы, я клуб закрываю. В следующий раз с выпивохами уже разбирались сами, без меня. Понятно, что не всем это нравилось. Меня даже бить приходили. Скручу, бывало, хулиганов, спрашиваю: «Еще желающие есть?» Нет. Со временем стали привыкать к порядку, даже любя «Анискиным» прозвали. Хотя спуска я никогда и никому не давал.

– И все-таки место работы вам пришлось сменить…

– Вообще-то в ОБХСС я проработал долго – до 1985 года. Но обстоятельства сложились так, что вынужден был согласиться на перевод в Новоспасский РОВД. Через год работы в дежурной части возглавил оперативную службу местного лечебно-трудового профилактория № 1 областного УВД. На тот момент в побеге значились 120 человек, 96 из которых я разыскал, вернул куда следует и возбудил уголовные дела.

Тем временем в Языковском отделении милиции Карсунского РОВД «всплыл» факт укрывательства 25 краж поросят. Начальника отделения сняли с должности, личный состав расформировали. Вот туда меня и бросили на прорыв. Пришлось начинать практически с нуля, потому что развалили там все, что только было можно.

Поселок, в прямом смысле этого слова, был криминальным. Процветали кражи поросят из свинокомплекса «Языковский». Пряжу с текстильно-швейного комбината имени Калинина, впоследствии АО «Тестильщик Поволжья», вывозили машинами.

Удалось сделать многое. Штат увеличили с 12 до 27 сотрудников. Создали дежурную часть, под которую я сумел «выбить» машину, а еще три автомобиля получили участковые. Заново сформировал структуру управления отделением. Вывел на автотрассы милицейские патрули, усилил профилактику, информацию по кражам поднял до самого высокого уровня. Пришлось даже выезжать за пределы области в другие республики, чтобы перекрыть каналы поставок ворованной пряжи и готовой продукции комбината. Поселок, что называется, присмирел.

Потом работал по линии милиции общественной безопасности в Димитровградском ГОВД, организовывал работу участковых, «сбивал» уличную преступность.

В 1993 году возглавил Карсунский РОВД, где начал с того, что принялся расследовать семь «глухарей», то есть нераскрытых убийств, «висевших» на райотделе. Получил даже за эту работу целых две недели отпуска, чтобы повидаться с семьей, которая жила в Димитровграде. А в январе 1995 года меня назначили начальником Мелекесского РОВД.

Район самый крупный в области. Население около 50 тысяч человек. Это своего рода криминальный треугольник: с одной стороны – Самарская область, с другой – Татарстан, в середине – Димитровград. По району проходят во все концы девять дорог и федеральная автотрасса Саранск – Самара.

Начинал с того, что достроил райотдел, где не было ни забора, ни ворот, уложил асфальт, построил пять боксов для машин…

Когда я принимал Мелекесский РОВД, о «тяжелых» наркотиках здесь и не знали. А сейчас героин сплошь и рядом. Выручает полное взаимодействие с Димитровградским ГОВД. Только за последнее время мы по наркотикам 20 уголовных дел передали Управлению ФСКН и столько же возбудили сами. Ситуацию стараемся держать под контролем.

Аналогично работаем против хищений скота, металла. Теперь вот решаем задачу любой ценой убрать из района суррогатную водку и самогон. По каждому селу составлены списки шинкарей, которые мы тщательно отрабатываем. В нынешнем году возбудили около 20 уголовных дел, материалы по подследственности направлены в прокуратуру.

По моей инициативе разворачиваем борьбу с хищениями природного газа. Самовольные подключения к газовым сетям, особенно в Лебяжьем, Сабакаеве, Мулловке, Сахче и некоторых других местах, стали носить обвальный характер. Поначалу были трудности. Собрали мы, например, более 300 материалов по незаконным подключениям. Прихожу я с ними к прокурору, а он требует расчет материального ущерба. Иду в газовое управление, прошу решить вопрос. Там разводят руками, мол, нет у нас формулы расчета такого ущерба. Казалось бы, тупик. Совсем недавно, однако, такая формула была получена. Уже нарабатывается судебная практика. «Дармовщину» будем искоренять.

Это лишь некоторые факторы, влияющие на рост преступности. Основу всего составляет экономика. В каком она состоянии, объяснять, думаю, не надо. Безработица, безысходность, нищета порождают пьянство и наркоманию, следовательно, и преступность.

Опять же, памятны еще времена, когда стабильно работавшие предприятия и организации имели много «приводных ремней» для вовлечения своих работников в воспитательный процесс: профсоюзы, женсоветы, товарищеские суды, народный контроль… Сейчас этого нет. Между тем пьянством и наркоманией охвачено самое трудоспособное население в возрасте от 18 до 40 лет. Основной удар, опять же, принимает на себя милиция. В последние годы работать стало особенно сложно. Криминал «потяжелел», сформировались организованные преступные группы и сообщества, состоящие в основном опять же из молодежи.

– Чтобы успешно бороться с преступностью, самой милиции надо быть сильной. Встает вопрос о кадрах…

– У меня в подчинении 150 человек личного состава. Из них около 80 процентов – молодые ребята. Их надо учить, учить и учить. Чем мы и занимаемся. У нас остался костяк из 25 «стариков», на них я и возложил эту работу: учить, контролировать, требовать. Пока получается. За каждым опытным сотрудником обязательно закрепляется новичок. При этом текучесть кадров небольшая. По итогам 10 минувших месяцев некомплект у меня составил три человека. Но на эти должности мной уже подобраны люди.

Отбор идет жесткий. Принимаем новичка на испытательный срок и уже через месяц-другой видно, останется он у нас или с ним надо расставаться. Сужу по своему опыту так, что лучше вложить побольше сил в перспективного сотрудника, чем держать у себя балласт.

Когда я принял РОВД, то «чистку» здесь вел около двух лет. Мне открыто грозили, на меня жаловались, строчили во все инстанции заявления и анонимки, проверяющих было – не перечесть. Седых волос у меня тогда прибавилось заметно. Но, как видите, выстоял. И ребят стараюсь подбирать таких же крепких. Негоже мне, полагаю, стоять на трибуне и, краснея, оправдываться за плохую работу. Наш район в области передовой по всем показателям. Почему же милиция должна быть отстающей?

– 10 ноября ваш профессиональный праздник – День милиции. Как вы его намерены встретить и что хотите пожелать своим коллегам по работе?

– Торжественное мероприятие проведем у себя 9 ноября. Подготовлен праздничный приказ о поощрении особо отличившихся по службе. Не забыты и ветераны, проработавшие в Мелекесском РОВД многие годы. Их у нас более 70 человек.

Пожелаю своим коллегам успехов, ветеранам – спокойного отдыха, а всем вместе – доброго здоровья.

– Александр Егорович, в вашем послужном списке по результатам аттестации 1973 года записано: «Работу в милиции любит. Принимает активное участие в задержании правонарушителей». С тех пор прошло много лет. Не посещает ли мысль, что в жизни можно было выбрать другие пути?

– Ни о чем не жалею. Милиции был предан всегда. Суть моей работы заключается в двух словах: «Служу Отечеству!» И этим все сказано.