Земля как головная боль России

Сразу после принятия Верховным Советом РСФСР Закона о земле был у нас разговор с одним директором совхоза. Убедительно твердил, что это самая что ни на есть большая гнусность со стороны властей, что земля должна оставаться общенародной собственностью. Однако при этом все же соглашался, что фермерам еще допустимо сдавать гектары в краткосрочную аренду, но с предъявлением целого ряда условий по использованию пашни, начиная от определения видов возделываемых культур до условий их сдачи государству.

Если подобная муть образовалась в голове директора с дипломом ВПШ, то можно представить, что творилось в головах рядовых сельчан, не отягощенных глубокими познаниями политэкономии социализма, когда им вдруг объявили, что каждый из них вдруг стал землевладельцем с причитающимся ему наделом. Правда, никому не показали, где этот его надел.

Фермерство: мода или экономика?

Как бы шагая в ногу со временем, колхозы и совхозы переименовали в СПК. Новые «хозяева» земли стали членами кооперативов и стали ожидать дивидендов на свои паи. Но тут Егор Гайдар обозвал сельское хозяйство страны «черной дырой» и авторитетно заявил, что Россию накормит только фермер. Это и стало приговором новоявленным СПК.

То, что тогда назвали «фермерским движением», больше походило на «моду на фермерство». Как всегда водилось, сверху посыпались требования «ускорить», «поднять», «увеличить»… В ответ пошли рапорты с мест. В те годы только в Барышском районе зарегистрировали восемь десятков фермерских и крестьянских хозяйств. В фермеры шли в основном по убеждению, поверив в серьезные намерения власти, но были и явные авантюристы, позарившиеся лишь на абсолютно халявные кредиты.

Вспоминаю одну молодую чету в селе Чаадаевка, что в Базарносызганском районе. Приехали они сюда из Тольятти, каким-то образом завладели аж двойным наделом земли, получили кредиты. На своем поле новоявленные фермеры и борозды не проложили. Зато купили легковой автомобиль, обзавелись дефицитной по тем временам дорогостоящей аудио- и видеотехникой и вели «припеваючий» образ жизни, покуда местные власти не спохватились и не показали им обратную дорогу.

Лишь немногие фермеры из тех десятков и поныне продолжают дело, многие же перекинулись на более легкие хлеба — стали в основном промышлять лесом. Оказались правы те скептики, которые предрекали крах мелких фермерских хозяйств. На их фоне выделяются сохранившиеся и окрепшие КФХ.

Принципы Ходова

Одно из таких — хозяйство «Шатлык» Равиля Ходова из села Калда. Он начинал фермерство, не полагаясь на божью милость и властную благодать. Своим крестьянским чутьем осознал, что вырастить хлеб, скотину — лишь полдела, важно правильно и толково распорядиться произведенной продукцией. Он не стал за бесценок отдавать зерно скупщикам, а стал молоть муку на собственной мельнице. На своей небольшой в то время ферме развел чистопородный скот. Пока другие сетовали на отсутствие помощи от государства, «Шатлык» развивался и креп.

В то же время неудержимо шел к развалу СПК «Алга» — в том же селе Калда. Вчерашние колхозники уговорили Ходова возглавить и сельхозкооператив. Так произошло своеобразное объединение СПК и КФХ. Сегодня «Алга» — одно из немногих хозяйств в Барышском районе, где работает каждый гектар, растут урожайность сельхозкультур и производство продуктов животноводства. А все потому, что с руководителем повезло. Равиль Шарафетдинович ввел в правило так называемый принцип «трех П» — произвел, переработал, продал. Все доверившие ему земельные и имущественные паи, как и было в самом начале обговорено индивидуальными договорами, получают дивиденды в виде продукции, кормов для скота, различных услуг и даже в денежном выражении. Их паи работают и приносят ощутимые доходы.

Кого не свалили реформы?

На базе отдаленной третьей бригады «Алги» несколько лет назад образовалось ООО «РУМИ», которое возглавил ульяновский предприниматель Иршат Тюкаев. В возрождение производства на этих, превратившихся за почти десяток лет в залежные землях Иршат Исхакович вложил миллионы рублей. Приобрели новейшую технику, использовали самые современные технологии в полеводстве. В результате урожайность зерновых поднялась до 40 — 50 центнеров с гектара.

А в соседнем СПК «Родина» все продвигалось к полному краху. Пайщики созвали собрание, пригласили Тюкаева и предложили присоединить их к «РУМИ». Так появилось крупнейшее ныне в районе хозяйство. Дела очень скоро пошли на поправку: стала расти урожайность, на фермах появился высокопродуктивный скот. ООО вошло в число лучших семеноводческих хозяйств области. Видимо, недалек и тот день, когда «РУМИ» получит и статус племенного хозяйства по разведению породистого скота. И в этом хозяйстве индивидуальные паи работают.

Не свалили реформы и СПК «Искра», долгие годы возглавляемый Николаем Большаковым. Нет равных этому хозяйству по показателям в животноводстве. Николай Александрович в отличие от других руководителей «лежачих» или «полулежачих» сельхозкооперативов утверждает, что сельскохозяйственное производство ни при каких условиях не может быть убыточным. Успехами в животноводстве в «Искре» обязаны отлаженному кормопроизводству и отличной племенной работе. И не только. Этот СПК является главным поставщиком молока на Иевлевский маслозавод, что в Базарносызганском районе. На этом предприятии Большаков возглавляет совет директоров. Все молоко с ферм проходит переработку на этом заводе и в виде сливочного масла, кисломолочных продуктов и пастеризованного молока поступает в торговую сеть.

Все три руководителя, которых я назвал, признаны лучшими организаторами сельхозпроизводства в Барышском районе по итогам сельскохозяйственного года.

Вместо эпилога

Но если говорить начистоту, то и эти хозяйства можно отнести к числу лишь относительно благополучных: все тот же пресловутый диспаритет цен, экономическая удавка и псевдорыночная экономика в стране сдерживают возможности даже таких хозяйств.

Земельная реформа пагубно отразилась на судьбах российского села, привела страну к утрате продовольственной независимости. Обезлюдели села, заросли бурьяном некогда плодородные пашни. Злой рок витает над российским полем.

К примеру, в Барышском районе более половины угодий заброшены. Это чьи-то паи, чьи-то так и не определенные границами и межами наделы. Вряд ли у кого появится желание продать возделываемые земли, а коли окажется желающий приобрести «целину» или залежь — такие поля уйдут за явный бесценок. Словом, есть над чем задуматься высшему аграрному менеджменту страны в канун юбилея реформы!