В прошлом, четверговом, номере «Народной газеты» уже сообщалось об открытии сезона охоты на водоплавающую дичь. Как известно, в нашем регионе ружья «заговорили» 19 августа в 18.00

В тот день на водоемы области устремились тысячи охотников. Мужики «десантировались» на берегах озер, рек, волжских заливов — там, где разрешено добывать птицу специальными контролирующими органами, а также на территории, которая закреплена за областной, общественной охотрыболоворганизацией и, разумеется, аналогичными районными формированиями.

Охотники загодя «столбили» укромные места. Маскировали рюкзаки с провиантом. Люди с ружьями подъезжали и группами, и поодиночке. Кто на чем. Казалось, стволов будет больше, чем крякв, чирков, лысух, куличков. Хотя, честно признаться, исключительное большинство прибывших на водоем не столько горели желанием перестрелять все живое в округе, сколько пообщаться, посидеть возле костра, послушать всевозможные уморительные анекдоты. И, разумеется, отведать собственноручно приготовленное варево, которое не может равняться по вкусовым качествам с тем, что приготовит жена в домашних условиях. Факт бесспорный. И многократно доказанный. К слову, журналисты «НГ» на собственном опыте убедились, что уха, приготовленная на костерке, с дымком, просто настоящая вкуснятина.

Однако вернемся к охотникам. Предусмотрительные мужики, не рассчитывая на скорый успех, прихватили с собой из дома несколько банок говяжьей и свиной тушенки (у каждого свои вкусы) картофель, лавровый лист, укроп, лук, черный перец и запалили костерок. Не успели глазом моргнуть — коллективный суп закипел.

Пока основное блюдо доходило до кондиции, бывалые охотники вытряхнули из рюкзаков на скатерть-самобранку универсальную закуску: соленое сало, хлеб, малосольные огурчики, свежие помидоры, маринованные опята — крошечные, с ноготок.

Выпили по стопке и пошли балаболить. Языки развязались. Как из рога изобилия посыпались остроты, забавные житейские истории и, разумеется, охотничьи байки. В частности, припомнили случай, как во время охоты раненый гусь одному мужику так сильно клюнул в промежность, что незадачливого стрелка пришлось срочно отправлять в больницу.

За болтовней, шутками время летит стремительно. Выпили по второй. Захорошело. Захрустели огурчиками. Подоспела пора расчехлять ружья, занимать позиции у водоема. Вода не шелохнется. Тишина стоит такая, что слышно, как стучит собственное сердце в груди. Где-то на сухом дереве застрекотала сорока, предупреждая сородичей о том, что возле водоема появились люди с ружьями и надо быть начеку.

Сороке сверху все видно: и дым догорающего костра, и неподвижно застывшие силуэты людей, и стадо коров, и медленно бредущих в сторону села буренок, и устало плетущегося пастуха. Изредка раздается хлесткий хлопок кнута. Эхо многократно повторяет его. Но птицы на ветках и на воде, кажется, понимают, что это мирный «выстрел», который никому не причинит вреда.

Болотные курочки, кулички, чирки по-прежнему беспечны, доверчивы, потому и весьма уязвимы.

Между тем солнце приближается к горизонту, равно как неумолимо подходит минута, после которой повсеместно грохнут сотни ружей, горячая дробь ударит по воде, по птицам, и прольется кровь…

Вот и грянул первый выстрел. Как всегда неожиданно. И не в установленное время: не все успели плотно закусить и подойти к озеру на «застолбленное» место.

Мужики с руганью бегут к озеру, на ходу заряжают ружья. Грохнул второй выстрел, третий, четвертый. Вечерняя тишина была разорвана в клочья канонадой. Казалось, над водоемом разразилась немыслимая гроза.

Уцелевшие птицы шумно и торопливо поднимались на крыло, неслись прочь от опасности. Подранки, роняя перья, пытались найти укрытие в зарослях камыша. Но и там их неминуемо настигали специально обученные охотничьи собаки, цепко хватали зубами беспомощных птиц, жадно глотая горячую кровь. И как бы ни казалась заманчивой, соблазнительной добыча, четвероногий друг обязан принести ее к ногам хозяина. Таков неписаный закон.

Сначала птицы некоторое время беспорядочно мечутся в небесной выси, затем, сориентировавшись, уносятся в поле, подальше от смерти.

Мужики собирают добычу,

делятся впечатлениями. Теперь можно на час-другой оставить насиженное место и вернуться к скатерти-самобранке. Здесь продолжаются разговоры о трофеях, пережитых счастливых минутах и неудачах. Поднимается чарка за удачливых охотников.

С наступлением сумерек люди с ружьями снова потихоньку занимают исходные позиции у водоема. Заряжают ружья. В потемках почти не видно летящих с поля уток, но хорошо слышен посвист крыльев. Снова гремят выстрелы, собирается добыча.

Уже совсем стемнело. В небе отчетливо горят яркие, холодные звезды. Пора к костру. На тлеющие угли складывается сушняк. И почти тотчас взлетает ввысь столб огня, отчетливо видны лица возбужденных людей.

—Посмотри, Петрович, какую крякву я сегодня добыл, — говорит с восхищением молодой охотник старшему собрату по оружию. Глаза у парня горят от счастья, как янтарь.

— Эко диво! У меня три таких плюс — куличок. Почти столько, сколько разрешено отстрелять за зорю.

Почти до полуночи балаболят мужики у костра. За сушняком идти никому не хочется. Угли из малиновых превращаются в черные. На людей наваливаются полчища комаров. Пора в палатки, иначе кровососущие «заедят» до смерти.