Этого добивается жена одного из осужденных, знакомых с Хаттабом

Джихад на родине Ленина — Так СМИ и правоохранительные органы два года назад охарактеризовали деятельность «Джамаата» в Ульяновске. И именно тогда Анна Малиновская впервые услышала о преступной группировке под руководством некоего Ахмада. Ульяновская прокуратура как раз завершила расследование по делу «Джамаата». Оно стало одним из самых больших достижений для правоохранительных органов родины Ленина. Ведь именно ульяновским оперативникам удалось разоблачить «гнездо» военно-религиозной общины, подобные которым действовали в 12 регионах России. Впервые задержанных обвинили в статье 282 УК РФ — «Организация экстремистского сообщества». По мнению сотрудников прокуратуры, «Джамаат» занимался подготовкой террористических актов в России и разжиганием межнациональной розни. — Они планировали джихад (войну с неверными), — заявил тогда старший помощник областного прокурора Василий Зима, — хотели объединить в великий халифат территорию Кавказа, южных регионов и Поволжья. Выяснилось, что основателя общины — Ахмада — на самом деле зовут Абдулхалим Абдулкаримов. Это тот самый человек, которого подозревали в организации тер-акта в Каспийске в 2002 году, на военном параде по случаю Дня Победы. Тогда в результате взрыва 46 человек погибли, а 139 получили ранения. Ахмад находился в федеральном розыске. По сведениям прокуратуры, поволжский штаб «Джамаата» (располагавшийся в Астрахани) направил его в Ульяновск. На родине Ленина Ахмад нашел богатого сторонника — генерального директора фирмы «Боярд» Валерия Ильмендеева. Именно Ильмендеев стал амиром (духовным наставником) организации. Главной статьей дохода общины были разбои и грабежи, в особенности дальнобойщиков. Этим занималось подразделение некоего Сергея Сандркина. Исходя из выводов следствия, позже интересы «Джамаата» столкнулись с интересами местной преступной группировки «Сапля». В результате ваххабиты убили авторитета бандитов Константина Гайдукова. Именно это убийство и вывело оперативников на «Джамаат». Лидеров общины задержали на даче под Ульяновском. Оперативники изъяли у них на складе пистолеты, автоматы, карабины, взрывчатые вещества, готовые взрывные устройства, массу боеприпасов и спецтехники, включая оптические прицелы и приборы ночного видения. Были обнаружены также автомобильные номерные знаки МВД, проблесковые маячки и несколько комплектов формы сотрудников милиции. Девяти арестованным членам банды предъявили обвинение по 10 статьям УК РФ. Им грозило пожизненное заключение. Руководители правоохранительных органов рапортовали об успешной операции в отношении экстремистов и террористов. Тогда никто и предположить не мог, что совсем скоро дело «Джамаата» примет совершенно другой оборот. Оно начнет стремительно разваливаться. Во многом благодаря той же Анне Малиновской — старшине присяжных заседателей. Экстремисты оказались рядовыми бандитами На суде присяжных настояли сами обвиняемые. Правда, перед судом предстали только восемь членов «Джамаата». Девятый — Абдулхалим Абдулкаримов — в это время участвовал в другом процессе. Его судили за подготовку теракта в Каспийске. Однако главная задача каждого члена преступной группировки была одна — во что бы то ни стало «избавиться» от обвинительных статей, предусматривающих наказание за терроризм, создание экстремистской группы и разжигание межнациональной розни. И это им удалось. Удалось, несмотря на то, что прокуратура считала обвинения в терроризме и разжигании межнациональной розни практически доказанными. Но суд счел их необоснованными. Ну читали, мол, фундаментальную исламскую литературу, молились, что из того. В итоге «джамаатовцы» были признаны виновными только в бандитизме, убийстве и хранении оружия. Казалось, только организатору «Джамаата» Абдулкаримову, подозреваемому в подготовке взрыва в Каспийске, избавиться от «плохой» статьи не удастся. Однако Верховный суд Дагестана счел его участие в теракте недоказанным. Согласно обвинению, Абдулкаримов получил заказ на теракт от своего знакомого — Хаттаба. Он приобрел мину, пистолеты, нанял исполнителя, который и взорвал бомбу на военном параде. Но сам-то Абдулкаримов никого не взрывал. Он находился в это время за 250 километров от происшествия, на свадьбе со своей женой. И доказать его причастность к взрыву практически невозможно. Ведь даже с заказчика теракта — Хаттаба — уже ничего не спросишь. Он погиб. Так что Ахмад отделался 11 годами колонии строгого режима за хранение оружия и покушение на убийство в собственном селе. Но угроза пожизненного заключения Абдулкаримова еще не миновала. Ему предстоял судебный процесс в Ульяновске. Ведь организатором «Джамаата» был именно он. Абдулкаримова еще могли признать виновным по 282-й статье УК РФ. Может быть, и признали. Если бы не Анна Малиновская. Именно ей — 29-летней студентке юридического факультета Ульяновского университета — выпал жребий: быть присяжным заседателем на громком процессе. И тут произошло то, чего никто не ожидал. Во-первых, Анне понравился Абдулкаримов. Во-вторых, она оказалась очень щепетильной и к миссии присяжного заседателя отнеслась со всей ответственностью. Проштудировав уголовное дело обвиняемого, Малиновская нашла в обвинительных документах массу несоответствий и нарушений действующего законодательства (к ним мы еще вернемся). — Нельзя признать человека виновным, если доказательств его вины нет. Есть только «притянутые за уши» факты! — заявила она. В результате к сроку лидера ульяновского «Джамаата» добавили всего 2 года за участие в разбойном нападении. Общий же срок, который получил Абдулкаримов, составил 13 лет. А все члены «Джамаата» из экстремистов превратились в рядовых бандитов. Они получили сроки от 2 до 22 лет лишения свободы (самый большой определили Сергею Сандркину). Однако в тот момент защита была удовлетворена. — Прокуратура решила организовать в Ульяновске показательный процесс борьбы с терроризмом. Это утверждение полностью развалилось в суде, — заявил журналистам адвокат одного из осужденных Исхак Набибуллин, — «Джамаат» оказался обычной преступной группировкой, каких в Ульяновске десятки… Как бы то ни было — преступники получили срок. И немалый. Но это было только началом. Началом большой борьбы, цель которой — полностью развалить дело «Джамаата»… Из старшины присяжных — в младшие жены подсудимого Старшина присяжных Анна Малиновская вдруг поняла, что она очень прониклась делом Абдулкаримова. И уже после окончания процесса она попыталась выйти с ним на связь. В конце концов ей это удалось. Через соседку, у которой сын отбывает наказание, она узнала местонахождение Ахмада. Стала писать ему письма. И в конце концов, получила долгожданный ответ. Завязалась переписка, обмен фотографиями. Абдулкаримов уверял Анну, что она тоже приглянулась ему, еще во время суда. Но он не рассчитывал на взаимность, поскольку его осудили на 13 лет. А она — такая умная, такая красивая. — Мне было интересно с ним общаться, — рассказывает Аня, — я зачитывалась его письмами. Смотрела на его фотографии. Часами разговаривала с ним по мобильному телефону. Разумеется, такое заявление Малиновской не могло не насторожить. Каким образом осужденный преступник может свободно общаться по сотовому телефону из колонии? Уже потом, спустя некоторое время Аня скажет, что речь шла о несколько необычном общении. — Вечерами я брала мобильник с фоткой Ахмада в руки, — пояснит она, — раскладывала его письма и «разговаривала» с ним таким образом. Представляла, как бы он ответил мне на тот или иной вопрос. Могла по 12 часов так «общаться»! Визуальных контактов у Анны и Ахмада не было. Ведь во время свиданий в колонии им дозволено было беседовать только по телефону, да и то через стекло. Во время такого разговора Анна рассказала Ахмаду, что однажды ей принесли от него весточку, когда она находилась в ванной. «Я тут же принялась его читать! Ты даже одеться мне не дал…», — пошутила Малиновская. На что Абдулкаримов воскликнул: «Что же ты такое говоришь! Такие вещи женщина может говорить только своему мужу. Теперь, как честный человек, я обязан на тебе жениться. Иначе мне этот грех долго замаливать придется…». Анна сразу же согласилась на предложение Ахмада. И в июле 2006 года в одной из ульяновских мечетей мулла совершил над ними религиозный исламский обряд — никах (вроде православного венчания). По мусульманским канонам Анна стала законной женой Абдулхалима Абдулкаримова. Правда, младшей. Ведь у Ахмада уже были две жены. С одной он сочетался официальным браком в загсе. С другой заключил союз в мечети. Первая супруга от него ушла, но развод так и не оформили. От первых жен у Адбулкаримова осталось пятеро детей. Анна на момент встречи с Ахмадом тоже была разведена. От первого брака у нее осталась 12-летняя дочь Влада. Сам Абдулкаримов ничего предрассудительного в многоженстве не видит. — Я люблю и ту, и другую, — уверяет он, — честнее жениться на обеих, чем иметь любовницу. Интересно, что младшая жена — Анна — вовсе не собирается жить по законам шариата. Она не носит длинные юбки и платки. — Мне нравятся джинсы и мини-юбки, — говорит она, — и ему приходится с этим мириться. Хотя иногда он очень ревнив. Порой ревнует меня то к судье, то к певцу какому-нибудь, типа Леонтьева (талантом которого я восхищаюсь). Еще не признает мои длинные ногти. Говорит, чтобы постригла. Якобы под длинными ногтями сам шайтан водится. Еще он придумал мне красивое мусульманское имя — Лейла. Значит — «ночь»… Несмотря на разногласия, супруга делает все, чтобы облегчить участь Ахмада. Она шлет ему передачи, договаривается об условиях его содержания в колонии. Строчит кассационные жалобы и письма Президенту Путину. В них Анна рассказывает о том, что ульяновские правоохранительные органы якобы сфабриковали дело по «Джамаату». В свою очередь Ахмад дает Анне указания, как ей поступать дальше. При этом Малиновская действует с активным упорством и, как правило, добивается своего. В настоящее время она готовит судебный иск в Страсбург. Интересно, что Абдулкаримова он не касается. Но дело «Джамаата» может разбить «в пух и прах». Так что у всех осужденных по нему преступников есть шанс выйти на свободу. Многие считают, что Анной движет любовь к мужу. И все ее поступки — только безоговорочное выполнение его наказов. Однако цель у Малиновской совсем другая… Собкор «Известий» Наталья Полат специально для «НГ» (Продолжение читайте в одном их следующих номеров «НГ»).