Сотрудники Россельхознадзора в Димитров-граде стали основными фигурантами уголовных дел, связанных с подделкой дипломов. Все началось в мае нынешнего года

Ловись рыбка

Два приятеля — Тулаев и Лапин — наловили 5 мая в Кондаковском заливе Черемшана каждый по 12 килограммов рыбы. Ловили на удочки и закидушки, что законом не запрещено. Прикупив у коллег (те, не боясь быть пойманными, добывали пропитание с помощью сетей) еще полтора десятка килограммов, отправились домой. Но в поле лапинская «шестерка» застряла. Думали, на радость, а оказалось — на беду к ним подъехал «уазик». Из него вышли четверо мужчин в камуфляже, которые представились сотрудниками Россельхознадзора. Увидев в багажнике «шестерки» большое количество рыбы, они тут же потребовали с Тулаева объяснительную. А улов… погрузили в свою машину. Вытянув автомобиль рыбаков из грязи, госслужащие были таковы. Никаких документов на месте, по словам Тулаева, не составлялось. Каково же было его удивление, когда в июне против него возбудили уголовное дело по факту браконьерства (пункты «а», «б» и «в» части 1 статьи 256 УК РФ). И в деле совершенно неожиданно всплыли акт протокола изъятия и акт на уничтожение якобы с подписью обвиняемого.

Главным потерпевшим от лица государства выступал замначальника отдела рыбоохраны Россельхознадзора Василий Шувакин. Причем история им была изложена абсолютно противоположная той, что рассказывал Тулаев. Шувакин показал, что он и его спутники (тоже сотрудники Россельхознадзора — Соколов, Буркин и Корчагин) кроме рыбы точно видели в багажнике сеть. А вот была ли там лодка — Шувакин не вспомнил. Согласно его показаниям, рыбу они… облив бензином, закопали в лесопосадке. Что, кстати, противоречит российскому природоохранному законодательству. Конфискованный улов может быть после актирования (для этого его нужно доставить в милицию): либо сдан в торговую сеть, либо — в присутствии представителей соответствующих инстанций — захоронен в специальной яме Беккереля на свалке в Русском Мелекессе. Тулаев, узрев в документах, которые он раньше и в глаза не видел (и следовательно, подписывать не мог), чьи-то закорючки, которые должны были являться его собственноручным автографом, сначала очень удивился. Затем потребовал провести графологическую экспертизу. В итоге выяснилось, что подписи на всех документах поддельные. И следователь Мелекесского РОВД старший лейтенант юстиции Илюткина уголовное дело в отношении Игоря Тулаева прекратила, поскольку доказательств его вины объективно собрано не было. Мелкие «шалости» — в виде подделки документов — было предложено выделить в отдельное производство. Этим пришлось заниматься уже природоохранной прокуратуре. Началась проверка. И тут подоспело еще одно дело — в отношении жителя Авралей Сергея Тойгильдина.

Суд да дело

Правда, в отличие от Тулаева, полностью оправданного, Тойгильдина осудили. 7 декабря Мелекесский районный суд признал его виновным в браконьерстве, назначив огромные суммы штрафных санкций (100 тысяч рублей) и возмещения вреда. Но именно доведенное Шувакиным до суда дело, несмотря на его «успех», стало последним звонком в карьере этого госслужащего и трех других его коллег.

15 мая двое приятелей Тойгильдина попросили у него сеть. Сказали: «Ночью приедешь, рыбки дадим». Когда стемнело Тойгильдин и пришедший к нему приятель Долгов поехали за уловом в район асфальтного завода. Но рыбы еще не было. Им пришлось заночевать на берегу. Наутро приятели попросили Тойгильдина довезти рыбу до дома на его машине. Тот согласился. И попался. Шувакин на этот раз был за рулем своей новенькой «десятки», в салоне сидел Буркин. На приказ остановиться Тойгильдин не прореагировал. И тогда по его машине выстрелили. Сергей Владимирович говорит, что из автоматического ружья. Ему пришлось остановиться. Водителя тут же уложили на землю. Далее повторилась история с Тулаевым. Правда, с некоторыми отступлениями. И сеть, и резиновая лодка, и три мешка рыбы — все это лежало в багажнике его машины. (Сами «хозяева» улова при этом наблюдали за происходящим издалека — их мотоцикл остановился в нескольких десятках метров от места ЧП). Машину отогнали к посту ГИБДД. Затем перегрузили весь улов в шувакинскую «десятку», «попросив» Тойгильдина что-то подписать. Какие именно документы подписывал, он не помнит, поскольку, говорит, «еще не протрезвел окончательно». На следствии и на суде Шувакин рассказал, что рыбы было всего 35 килограммов, и всю ее закопали прямо рядом с милицейским постом. Правда, он так и не вспомнил, в каком именно месте. Разбираться с тем, кто ловил, а кто перевозил, Шувакин с Буркиным не стали. Как не стал заниматься этим и суд. Сейчас Тойгильдин пытается оспорить решение районной инстанции, подав жалобу в порядке кассации в область.

Дипломы

Но зато в то время, пока шло следствие по делу Тойгильдина, вскрылось такое! Природоохранный прокурор Игорь Луньков, посмотрев на документы (акты, протоколы и прочие бумаги), которые выписывали служащие Россельхознадзора, сильно засомневался в их профпригодности. Во-первых, обнаружилось полное незнание ими собственно законов, на страже которых они стояли. (В частности, вскрылся факт захоронения рыбы в неположенных местах. Имело ли место само захоронение, и если нет, то куда делась рыба. Этим вопросом вообще никто не задавался). И, во-вторых, большое количество орфографических ошибок. Луньков сделал запрос в учебные заведения, дипломы которых находились в личных делах нескольких сотрудников Россельхознадзора. И четверо попались.

Надзиравшие за рыбаками Василий Шувакин, Владимир Коваль и Виктор Степанов, а также сотрудник отдела охотнадзора Алексей Соколов указанных высших учебных заведений никогда не заканчивали. То есть дипломы, которые эти люди предоставили, поступая на госслужбу, оказались простой фальшивкой. Любопытно, что под теми номерами дипломов в архивах реальных вузов значились совершенно другие люди. Сразу после вскрытия столь вопиющих фактов были возбуждены уголовные дела по части 3 статьи 327 УК РФ. По словам начальника Россельхознадзора по Ульяновской области Василия Чернышова, как только эта информация стала ему известна, людей уволили. Правда, как впоследствии выяснилось, один таки ушел «по собственному желанию». Степанова уволить вообще не могут. Он лежит в больнице вот уже третий месяц. Проблемы с сердцем. Чернышов заверил «НГ», что теперь он более тщательно проверяет всех своих сотрудников.

Михаил ДВОРОВ