Материал Натальи Полат «Губернаторские эксперименты» не имеет к Ульяновску никакого отношения. Но его заголовок почему-то напомнил мне один старый анекдот советской поры.

Летят на самолете над Россией Брежнев и Никсон. Внизу проплывают города.

— Посмотрите – говорит Брежнев, — под нами Москва.

— О-о!

— А теперь посмотрите – Куйбышев.

— А что вон там, севернее?

-А!… Это наш экспериментальный город – Ульяновск.

— Что есть экспериментальный?

— Мы отняли у них мясо, они живут. Отняли молоко – живут!…

— А дустом их не пробовали, Леонид Ильич?

Вспомнился анекдот, и подумалось мне, что город-то наш и на самом деле самый, что ни на есть экспериментальный. Причем, на полном серьезе.

Советское прошлое ворошить не будем. Возьмем только самые последние годы. Первый эксперимент, невольными участниками которого мы стали, это Закон №131, вступивший в действие на нашей территории на три года раньше, чем во всей России. Думаете, что губернатор наш Сергей Иванович сам на это пошел? А я вот так не думаю. Сдается мне, что федеральным властям нужно было посмотреть, как ляжет этот списанный у европейцев под кальку закон, ляжет на российскую действительность. Но как проверишь, если не запустить его в каком-то регионе?

Говорят, в местах, не столь отдаленных, когда заключенным через колючку перебрасывают какие-то неизвестные им «колеса» (надеюсь, пояснять, что это такое, не нужно?), они, чтобы проверить их действие, ищут «обезьяну» — какого-нибудь зека-простачка. Дают ему этих «колес» и смотрят, что с ним будет происходить. И если все нормально, тогда уж и сами принимают неизвестное средство. Вот и для проверки 131-го закона в действии, федералам нужна была «обезьяна».

Выбирали «обезьяну» федерального значения, скорее всего, не по территориям и их особенностям, а по губернаторам. Искали, кто попроще, попослушнее. Наш Морозов подошел для этой роли, видимо, больше, чем все остальные губернаторы России – не слишком умен, но амбициозен через край. К тому же и висел он тогда, можно сказать, на волоске, поскольку оставался одним из нескольких тогда еще не назначенных губернаторов. Вот ему и поручили запустить закон в Ульяновской области.

Все, что последовало дальше, все эти ломки существовавших принципов местного самоуправления, оптимизация и прочие «радости», таким образом можно считать не морозовскими инициативами, а наводками сверху – сам-то он вряд ли до такого мог додуматься. Тем более, что Путин же как раз строительство вертикали власти провозгласил, а какая же это вертикаль, если она до самой земли – до поселковых советов — не доходит? Вот, Морозов и старался.

В предполагаемую цепочку развития событий вполне органично вписывается и ломка самоуправления в самом Ульяновске. Тоже ведь одними из первых в России отказались мы от прямых выборов мэра – в других-то городах не очень-то такой способ управления – через сити-менеджеров – приживается. Ну, да другие-то первый год по 131-у закону живут, а мы ж в его пространстве были первопроходцами, а теперь старожилы. Да и не след нашему губернатору отказываться от кремлевских советов – взбрыкнешь, да и окажешься, что называется, на эфесе, ножки свесив.

Все, о чем сказано выше, кто-то, возможно, сочтет полным бредом. Но автор и не претендует на открытие. Просто в изложенную версию очень легко вписываются и смешные инициативы нашего губернатора, и бросающаяся в глаза неспособность нормально управлять регионом, и открытое нарушение действующих законов – все то, за что не просто снимать с должности надо, а гнать, казалось бы, метлой из губернаторского кресла. Но на морозовские «шалости» в Кремле закрывают глаза – эксперимент-то пока не закончен, и «обезьяна» еще не отработала до конца.

Слава МИТРИЧ

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.