В понедельник бойцы ульяновского ОМОНа отправились в очередную полугодовалую командировку в Чеченскую Республику. Среди них – 38-летний капитан милиции Михаил Асташин. Для него это уже четырнадцатая командировка в «горячую точку». О своей службе в горной республике боевой милиционер рассказал «НГ».

«БЫВАЛО, ЧТО И О БОГЕ ВСПОМИНАЛ…»

Асташин пришел в милицию после армии. Со всеми тестами справился на отлично, и бравого десантника взяли в органы без вопросов. В 1993 году он попал во вновь созданный отряд милиции особого назначения. Когда в Чечне стало неспокойно, подразделение омоновцев направили в эту горную республику. Самой тяжелой была командировка в феврале 95-го. В Грозном шли ожесточенные бои, и наши омоновцы оказались в самом пекле. Каждую ночь обстрел, отбивали блокпосты, зачищали районы. Однажды напоролись на засаду. Из частного дома бандиты открыли по милиционерам огонь.

— Было страшно, — говорит Михаил Асташин. — В такие моменты невольно вспомнишь о Боге. Бывало и такое, что просил помощи у Всевышнего. .. Нападение боевиков тогда мы отразили. В бой пошла тяжелая техника.

Жили омоновцы тогда в разбитом техническом училище. Там же базировались и другие спецподразделения МВД.

Однажды Михаил Асташин пошел с бойцами на зачистку поселка. Только прошли улицу, как раздался взрыв. Много полегло ребят из кемеровского ОМОНа. Наших, можно сказать, Бог уберег.

А как-то поступила оперативная информация, что на территории района есть схрон оружия. Омоновцы вышли на проверку. Зачистили район, нашли опасный клад. Но сначала участок проверили саперы, так как боевики частенько ставили растяжки или минировали подступы. После омоновцы выкопали много гранатометов и пулеметов.

А однажды во время зачистки поселка Галдыген (что в переводе «новая жизнь») омоновцы нашли мини-завод по производству бензина.Там нефть почти у земли, и многие чеченцы, выкопав трехметровую яму, сами добывают «черное золото», а потом «выгоняют», как на самогонном аппарате, бензин. Заводик этот бойцы уничтожили. Кстати, частенько при зачистке домов они находили в сараях гранаты и оружие. Хозяева, как правило, молчат, разводят руками. Мол, понятия не имеют, откуда у них это. Таких «незнаек» омоновцы передавали в руки сотрудников ФСБ.

За успешное выполнение боевых задач во время чеченской кампании Михаил Асташин награжден орденом Мужества, медалью «За отвагу» и медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени.

ВСЕ НЕОБХОДИМОЕ ВЕЗУТ С СОБОЙ

Сегодня наш ОМОН несет службу на блок-посту в поселке Новые Атаги. Бойцы проверяют машины, ищут наркоту, оружие. Если необходимо, перекрывают дороги. Полгода — срок немалый. Живут омоновцы в кирпичном здании бывшего колхоза. Спят на железных кроватях, которые привозят с собой из Ульяновска. Отопления и воды нет. Спасают печки-буржуйки. Воду берут из колодцев. Правда, есть своя баня, построенная недавно. Еду готовят сами (как такового повара в отряде нет). На обед — обязательно либо щи, либо борщ, на второе — макароны, картошка. Продовольствие привозят сотрудники спецподразделения МВД, дислоцирующегося в республике. Но питание, говорят ребята, все равно оставляет желать лучшего.

У омоновцев есть спутниковое телевидение (своя «тарелка»). Со светом проблем не возникает энергию дает дизельная электростанция. Есть и Интернет. Но для этого надо купить местную сим-карту. Чечня считается особой зоной, и наши сим-карты там не действуют.

В поселок без надобности никто не ходит. Хоть и говорят, что обстановка в Чечне нормализовалась, но появляться бойцу в населенных пунктах еще небезопасно. Местные жители по-разному относятся к нашим милиционерам. Взрослые вроде бы с пониманием. А вот молодежь может и камень бросить, а то и вверх пальнуть.

КАК ОМОНОВЦЫ НАД ЧЕЧЕНЦАМИ ПОШУТИЛИ

Какая служба без курьезов? На территорию отряда иногда заползает гюрза. Местность-то горная. Но наши омоновцы рады этому. Они приспособились ловить этих гадов и готовить из них отличное диетическое блюдо. Мясо получается нежное, прямо объедение.

Как-то ульяновские омоновцы разыграли местных чеченцев. У одного нашего кинолога была умная-преумная овчарка. Собака специализировалась на взрывчатке. Все понимала с полуслова. Но не уследили за ней. Спарилась как-то с местным «джигитом». Через несколько месяцев у нее появились щенки. Чеченцы узнали об этом, пришли в ОМОН просить щенков. Они были уверены, что щенки породистые и будут такие же умные, как их мать. Милиционеры отдали щенков за символическую плату. Потом кинолог уехал со своей овчаркой в Ульяновск. А месяца через три чеченцы прибежали в отряд, стали говорить, что у них выросли какие-то дворняги. «Почему?» — удивлялись они. Ведь чеченцы не знали, что ульяновская овчарка «загуляла» с местным дворовым псом.

А как-то играли бойцы в волейбол. Один милиционер забежал за линию поля, ударил по мячу и… исчез. Как сквозь землю провалился. Омоновцы даже игру приостановили. Глазам не верят. Да разве такое может быть? Подошли всей командой к тому месту. А там незадолго до этого вырыли окоп. И в нем лежит «исчезнувший» боец и помирает со смеху…

Повидал Асташин и местных знаменитостей. Однажды (дело было еще в начале чеченской войны) мимо проезжал Масхадов со своей колонной. Он хоть и был тогда в оппозиции, но федералы разрешили ему явиться на переговоры.

Заглядывал в Новые Атаги и сам Рамзан Кадыров, нынешний президент Чечни. Машин тогда понаехало. Рамзан был на джипе. Впереди «Мерседес» с охраной и несколько БТРов. Колонна была очень большой. Его вообще сильно охраняют. Кадыров осмотрел, как живут милиционеры, вот только к нашим так и не заглянул.

— А вообще чеченцы в селах живут неплохо, — говорит Михаил Асташин. — Дома намного богаче, чем наши деревенские. Когда возвращаемся домой, как-то обидно становится. Не деревни, а захолустье…

14-Я КОМАНДИРОВКА

В понедельник Михаил Асташин отправился уже в 14-ю командировку в Чечню. Двое суток дороги. В Дагестане к ним присоединятся БТРы, и уже под усиленной охраной бойцы доберутся до пункта назначения. Начнется шестимесячная командировка.

А дома его будут ждать жена и 15-летний сын.

— Парень не мечтает быть милиционером, это уже другое поколение, — говорит Михаил. — Сын занимается современными танцами и компьютерами. А я вот нисколько не жалею, что пришел в ОМОН. Тяжелая, конечно, работа. Бывает, что и в Ульяновске по тревоге поднимают. Выезжаем на задержание какого-нибудь преступника. Конечно, рискуем. Но без ОМОНа я уже своей жизни не представляю.