Автор: Алексей ЮХТАНОВ

Сегодня он, Сергей Анатольевич Плюха, полномочный представитель аппарата центрального совета Всероссийской общественной организации ветеранов «Боевое Братство» в ульяновском региональном отделении

Единственный в Ульяновской области ветеран афганской войны — кавалер двух орденов Красной Звезды. В душе он, кажется, остался все тем же пацаном, который двадцать пять лет назад рвался в десантные войска, ходил на марш-броски в ферганской учебке, снимал «духов» из подствольника, отстреливался, раненый, на высоте, прикрывая отход товарищей…

Для десанта — годен

Сергей Плюха с детства мечтал стать военным летчиком. В школе занимался боксом, дзю-до, парашютным спортом… Но в Тамбовское высшее военно-авиационное училище не прошел: врачи вписали в карточку «астигматизм левого глаза». Впоследствии диагноз не подтвердился. На самом деле врачебная комиссия банально отсекала лишних: от каждой области полагалось ограниченное число абитуриентов. Успел поступить в гражданский вуз, Куйбышевский авиационный институт, и даже три месяца там проучиться, как вдруг узнал, что оттуда не берут в армию – бронь. А Сергей Плюха твердо для себя решил: если не в ВВС, значит, в обязательном порядке отслужить срочную в десантных войсках.

Оставил институт, устроился на радиоламповый завод, проработал три месяца, пока в апреле 1985 года не получил долгожданную повестку. Попал, как и хотел, в ВДВ.

Потом три месяца — ферганская учебка. Суббота-воскресенье — «Спортивный праздник». На местном сленге это жизнерадостное словосочетание означает марш-бросок при полной 40-50-килограммовой выкладке «отсюда – и до заката». Чтоб до рассвета чуть-чуть отдохнуть, а к обеду в воскресенье — вернуться. Принимали присягу в горном центре Кызыл-Кия, куда шли шесть дней через горы. Из Узбекистана в Киргизию. Там – свои обычаи. На видной отовсюду горе огромными белыми буквами написано: «Слава ВДВ!» Красиво! А утром на том же месте немного другая надпись: «ВДВ слава!» Просто анимация какая-то. Оказывается, валуны, из которых состояла надпись, после отбоя, поднявшись бегом на гору, приводили в движение «залетчики». Потом еще хлоркой эти камни белили. «Залетчики», — это все те, кто в течение дня услышал от командиров-сержантов волшебную фразу: «боец, это залет!» А услышать ее было очень легко, и не было тех, кто через это не прошел. Прежде, чем водрузить на голову голубой берет, пришлось изрядно попотеть. Снимаешь тельняшку, а она рвется от пропитавшей ее соли. Или высыхает и… ломается. И жаловаться на тяготы некому. Рядом с тобой идут все такие же навьюченные. В такие моменты неимоверного напряжения обретали смысл громкие и правильные слова о любви к Родине, армейском братстве и взаимовыручке.

«За речку», в Афганистан, попали 7 июля 1985 года. Приземлились на аэродроме в Кабуле. Открылся «борт» — и сразу, без каких-либо переходов, молодые солдаты оказались в другом мире. Обжигающий зной и какая-то нереальная плывущая, колышащаяся картинка. Никаких красок. Всё вокруг – приглушенное желто-серое, переходящее в цвет хаки выгоревшего хэбэ. Мимо аэродрома проходит дорога, по которой едут расписные грузовые машины – «бурубухайки», облепленные людьми в длинных рубахах и широких штанах. Они сидят и лежат на крышах, стоят на подножках, висят, держась снаружи за борта кузова…

Из мира – в войну

Прибыл «покупатель», и уже к шести часам вечера того же дня Сергей из пыльной кабульской пустыни перенесся в зеленый оазис Джелалабада с его апельсиновыми рощами и прыгающими по деревьям мартышками. Тропики, конец июля — начало августа 70-750 C. Сергей Плюха попал во 2-й взвод 2-й десантно-штурмовой роты дислоцировавшейся здесь 66-й отдельной мотострелковой бригады. Взвод осуществлял разведдозор во время движения роты. Первый бой рядовой Плюха принял в районе Асадабада на границе с Пакистаном, в ущелье Моровары. Сначала десантировались с «вертушки» на высоту, потом четыре часа шли, поднимаясь в гору. Сергей Плюха шел в замыкающей группе. Только поднялся на высоту, а там уже вовсю идет бой. Отдышаться бы… Встал, уперев руки в колени. И тут же получил дружеский удар прикладом от старшего товарища Гены Брынзова: «Что, раньше меня домой собрался?» Отправиться домой раньше Гены можно было только в виде «груза-200» на «черном тюльпане». Этого не хотелось. Сергей залег и стал стрелять из автомата. И – снова удар: «Что ты из этой рогатки стреляешь? Из подствольника давай!» Из подствольника учили стрелять стоя или с колена. Начал приподниматься на колено. И снова удар: «Лёжа стреляй!» Спорить не стал, прицелился в «духа», ведущего пулеметный огонь из-за камня, поймал момент, когда тот показался из укрытия и выстрелил. И с первого выстрела уничтожил. «Ну вот, а говоришь – не можешь!» — поощрительно произнес старший товарищ. Тот «дух», стрелявший из ПК, прикрывал огнем трех других, которые отсекали дорогу нашему бойцу, подбиравшемуся (под прикрытием трех других бойцов) к своему раненому товарищу, чтобы вынести его в безопасное место. Теперь раненого, рядового Клыкова, удалось вынести и отправить на «вертушке» на базу. Получается, в первом же бою духа завалил и раненого спас. Совсем неплохо. На эту операцию отправились 11 июля. Еще неделю назад была Фергана, учебка, и вот – война. Позже дембеля научили Сергея стрелять из подствольника, не целясь. «Когда играешь в хоккей и бьёшь по воротам – на клюшке же никакого прицела нет!» И все, когда удалось освободиться от «учебных» стереотипов и слиться с оружием, как хоккеист с клюшкой, подствольный гранатомет стал любимым оружием рядового Плюхи, с помощью которого он решал свои основные боевые задачи. А к автомату относился как к чему-то несерьезному, вроде рогатки.

Ошибка, спасшая жизнь

Летом 1986 года душманы обстреляли из реактивных снарядов советскую погранзаставу на территории Таджикистана. Тогда говорили, что погибли женщины и дети в пришкольном пионерском лагере пограничного городка. После этого была проведена армейская операция в Кундузе. Помог случай. Лётчики ошиблись и высадили десант не на ту высоту, на которую было запланировано. И это оказалось удачной ошибкой. Если бы полетели туда, куда собирались – вертолет был бы сбит еще в воздухе. Это поняли уже потом. А высадились прямо на вражеский укрепрайон, можно сказать – прямо на его крышу. Закидали гранатами, пошли вперед. Впереди — дувал, и на нем крупнокалиберный пулемет ДШК. Залегли. Командир: «Два человека – вперед!» Все притихли. После паузы вызвался рядовой Игорь Плиска. А Сергей с ним – друзья, не разлей вода. «Ну, и я с тобой…» В душе боролись и страх (а кто не боится?) и неловкость какая-то, что не первым вызвался. До цели — метров 400. Ротный сказал: «Подберетесь поближе, метров 100-150 останется, ломитесь прямо на него». Так и сделали. Сергей вел стрельбу из подствольника. Еще разделись, когда пошли, остались в тельняшках. Тельняшка – символ. Духи панически боялись «полосатых». Когда добежали, увидели брошенный ДШК и четыре убегающие фигуры. Доложили по радиостанции. Подошли остальные. Пошли смотреть ущелье, спустились, обнаружили склады с продовольствием и боеприпасами. Советская сгущенка, болгарские консервы «Глобус». Оружие тоже советское. По склону тянется пластиковый, как сперва думали – кабель. Перекусили – оказалось, пустой. Шланг. Даже за водой в горную реку не спускались, качали с помощью небольшого дизеля и ручного насоса. Оказалось, укрепрайон оборудовали наемники-китайцы. 18 наемников удалось уничтожить на высоте, 19-го в ущелье, одного взяли в плен. И один, как выяснилось, ушел. В итоге получилось, что всемером взяли укрепрайон, обороняемый двумя десятками откормленных здоровых наемников. Фактор неожиданности. Само собой, быстрота, натиск… За этот бой Сергей Плюха получил свой первый орден Красной Звезды. Сам маршал Варенников, приехавший по случаю обстрела заставы и последующей операции, пообещал представить бойцов к орденам: «На «Красное Знамя» не тянет, поскольку одного, двадцать первого, все-таки упустили, а «Звезду» я вам обещаю». А возглавлявшему группу десантников ротному, старшему лейтенанту Сергею Пугачеву по его же выбору дали звезду на погоны.

Подвиг – единственный шанс

Ко второму ордену Сергей Плюха был представлен за бой 14 декабря 1986 года. Джелалабадский десантно-штурмовой батальон принимал участие в Панджшерской операции. Уходили в количестве 68 человек с очередной задачи, уничтожив учебный центр и перевалочную базу одного из бандформирований. Декабрь в горах суров: снег, ветер в лицо. Впереди шел Александр Линга из Чебоксар. Сергей шел вторым. Следом Бакшанов, пулеметчик. Стали спускаться в сумерки и нарвались на засаду. Всех положили на землю одной очередью. Возглавлявшего колонну Лингу смертельно ранило, просто снесло затылок. Но он жил до 4-х утра, ему кололи промедол. Сергею две пули попали в бедро и одна в живот. Он сам перевернулся на спину, перетянул раны жгутом, вколол себе промедол. Нужно было выносить Лингу. Сергея взять уже не могли. Приходилось оставаться. По существу, это был единственный шанс выжить. Кому-то все равно надо было прикрывать отход. Сергею утоптали площадку, оставили боекомплект. Снаряженные магазины, патроны, подствольные гранаты. Сергей понимал – надо двигаться. Иначе вычислят. Сорок минут, пока не пришли свои, держал оборону, стреляя по сторонам, «вытащил» на себя группу «духов», дав возможность своим сверху ее уничтожить. К ранам добавилось осколочное ранение руки и ожог лица. Геройство? Сам Сергей Плюха считает, что на самом деле просто очень хотелось жить. И это был единственный шанс.

«Звезду» за этот бой получал уже в Ульяновске.

Афганистан стал главным событием в его жизни. Сегодня он – один из активистов «Боевого братства». Помогает ветеранам войн и горячих точек. Потому что Сергей Плюха своих оставлять не привык. Вынесли же его когда-то раненым из боя там, «за речкой»…