Суждено ли этому симбиозу оживить наш сельхозпром? Или это лишь очередной мираж российских реформаторов?

«Нацпроекты…» Не знаю, кто обозначил так неуклюже элементарную бюджетную помощь российскому населению, но дело не в этом.

Каждый раз, когда я слышу бодрые заявления о победной поступи нацпроекта «Развитие агропромышленного комплекса» по необъятным просторам России, мне вспоминаются истории, имеющее самое непосредственное отношение к вышесказанному.

Есть близ границы с Татарстаном деревня Беденьга. Живут там и русские, и татары, и все знают здешнюю частушку, которая звучит весьма грустновато:

Беденьга, Беденьга,

Нет скотины – нет деньга…

И вспоминают кота Матроскина из деревушки Простоквашино, мечтавшего:

– Корову бы купить. Только у нас денег нет…

Так вот, после явления сельского нацпроекта один из местных жителей решил разводить овец и отправился в банк за кредитом. Никто в селе не верил, что ему дадут триста тысяч. И правильно не верили – потому что для получения кредита нужны поручители с гарантированным заработком. А где его взять в сегодняшнем селе? И кто рискнет?

Подобные мытарства знакомы ныне тысячам крестьян. Не потому ли ныне подзабыли о «сельском нацпроекте», что он не дал ожидаемых результатов?

Вот сетует военный пенсионер Рустем Галеев: «Я еще не стар и мог бы заняться кроликами – это мне по душе. Но!

Надо строить крольчатник, надо покупать племя. А кредит -то мне не дадут, потому что поручительство четырех состоятельных граждан нужно. Где таких я найду в селе?»

Недовольна и (как она отрекомендовалась в письме) «…живущая всю жизнь своим трудом баба Маша Кириллова из Тимерсян». Ей захотелось обзавестись десятком пуховых козочек – а кредита не дали. «Невзирая на то, что мое подворье все в порядке, сена запасено на два года – а вилл и грабель у меня целых семь штук», – с некой обидчивой гордостью завершает гражданка Кириллова свою жалобу на банкиров, не желающих помочь сельскому народу и стране в целом быстрее встать на ноги…

Такого рода нареканий немало.

Мне подумалось: преувеличивают граждане. Государство и селянину, и себе помочь хочет! Какие препоны могут тут возникнуть? Так, по крайней мере, понимал ситуацию я в силу своих поверхностных знаний в микро- и макроэкономике.

Однако в отделе кредитований регионального отделения «Россельхозбанка» мне резонно пояснили:

– Да, кредит предоставляется не каждому. Мы же деньги не с неба берем и раздаем всем желающим! Да, государство берется выплачивать за крестьянина 95 процентов ставки рефинансирования, то есть делает для него кредит почти беспроцентным. Но кредит-то надо возвращать в банк. И потому мы должны предусмотреть все варианты возможных рисков. Отсюда и положение о поручителях, и жесткие требования к четкому возврату взятых кредитов, вплоть до одного дня, и налоговая чистота занимателя. И очень важное условие: наличие залоговой стоимости. То есть гражданин, берущий у нас кредит, должен быть готов в случае чего поступиться своим имуществом. А собственность большинства крестьян и фермеров нигде не зарегистрирована, не оформлена должным образом. Земли, помощения, склады, жилой дом, инвентарь существуют часто просто де факто, без юридического сопровождения… И как потом судиться-рядиться с недобросовестным, а то и злонамеренным заемщиком? Вы лично дали бы взаймы плохо знакомому человеку, без уверенности, что он заем вернет?

Остается досказать немногое. Цены на еду неуклонно и быстро растут. Но не растет поголовье скота. Не распахиваются заросшие поля…

И вспоминается анекдот: всего четыре причины треножат развитие АПК в России – весна, осень, зима, лето. И, конечно, «вилы бабы Маши»…

Жан Миндубаев