Участники мордовского этноколлектива «Торама» не чураются рока и джаза

Осенью этого года уникальный фольклорный ансамбль из Саранска «Торама» (в переводе с мордовского — труба) отметит свое 20-летие. Праздник обещает быть ярким и запоминающимся. Артисты уже объявили, что пригласят на празднование и несколько ульяновских коллективов, вместе с ними принимавших участие в Межрегиональном фестивале мордовского фольклора и декоративно-прикладного творчества «Масторавань морот» («Песни матери-земли»), проходившем этим летом в селе Кивать Кузоватовского района.

Официальным годом рождения созданного известным в Мордовии фольклористом и этнографом Владимиром Ромашкиным коллектива считается 1989-й. Но сами его участники отсчет своей истории ведут с 1990 года, когда начались их первые выступления. После этого о «Тораме» заговорили как о редчайшем явлении культуры, жемчужине Мордовской земли. Стали приглашать на разные фестивали в России, а затем и по всему миру. Сейчас дело отца, сердце которого остановилось восемь лет назад, продолжают его сыновья. Андрей (на фото — третий слева) — худ-рук коллектива. Корреспонденты «НГ» пообщались с «торамовцами» на киватском фестивале.

— Андрей, наверное, вас отец в фольклор «тянул»…

— Да. Хотя я поначалу сопротивлялся. Хотелось в футбол погонять, побегать по подвалам, улицам. Но сейчас ни о чем не жалею. Спасибо папе. У нас жизнь очень интересная: фестивали, поездки, встречи с новыми людьми, обмен информацией, опытом. Чему-то учимся, чему-то сами учим. Приятно, и еще заряжаемся энергией на каждом таком фестивале, как в Кивати. И неважно, маленький он или большой.

— Вы по-прежнему черпаете свои вещи из папиного сборника «Памятники мордовской национальной культуры»?

— Да. Это же трехтомник. Там столько всего! И мокшанские, и эрзянские песни туда занесены, и обряды. Есть сочинения на языках шокша и каратай. И мы их тоже исполняем. Жаль, четвертый том не вышел — денег не хватило… Сами занимаемся аранжировками. Делаем вступления инструментальные, чтобы больше молодежи привлечь, чтобы молодежь проявляла интерес к национальной культуре.

— Такой джаз-фольк-рок получается.

— Да-да. Молодежи, слушающей современные ритмы, так легче воспринимать национальную музыку. Ну и подлинные вещи тоже исполняем.

— Ваши инструменты — это нечто невероятное!

— Почти все — подлинные. Мы их по старым образцам и чертежам восстанавливали. Вот мордовская пувама — инструмент, напоминающий волынку, а это — люлява, у финно-угорских народов символ мужского плодородия. На самом деле — это корень карельской березы, нам его в Финляндии один зритель подарил.

— А это что за забор?

— Это касияма. Звук — как у ксилофона. Каркас сами сделали. Коряжки перемотали, скобки поставили, а секции от ксилофона взяли, как нам удобно для нашего строя. Скрипки классические используем. Потому что традиционные мордовские есть, но они прямоугольной формы. Нам одну такую сделали, но она рассохлась. Секрет лака утерян. И пришлось брать скрипку…

Легенда

Перед тем как оставить этот мир, древний вождь мордовских племен эрзя и мокша Тюштя собрал свой народ и сказал: «Я оставляю после себя трубу, тораму. Она поможет вам объединиться. Если случится беда и племена поссорятся, трубите в эту трубу, я услышу и приду к вам на помощь». Миссия группы, носящей гордое имя трубы Тюшти, — сохранение древней культуры мордвы во всем многообразии этого народа (одного из крупнейших финно-угорских народов мира и одного из самых многочисленных народов России).