Не знаю, как там в Швейцарии. Наверное, красиво. Но и у нас, в Новоспасском районе, — неплохо. Если вы приедете в село Новая Лава и подниметесь на холм, вид с него — удивительный! Но интереснее другое. Почти девяносто лет назад, даже не зная местных красот, сюда приехали… швейцарские эмигранты во главе с Фрицем Платтеном!

Сегодня его имя помнят лишь историки да жители небольшого села Новая Лава. Нынче и о Ленине вспоминать почти неприлично. А ведь Платтен оказался в России благодаря нашему земляку. И биография — почти советская! — у швейцарского коммуниста так и просится в книгу или на экран. Вот лишь некоторые факты.
В 1914-м в Швейцарии 31-летний Платтен познакомился с нашим земляком. Видимо, они быстро нашли общий язык. Не зря же весной 1917-го именно он организовал «пломбированный вагон», который переправил Ленина из Швейцарии в Россию. И уж совсем не случайно Фриц в 1918 году при первом покушении на Владимира Ильича заслонил его собой, прикрыв от пуль, сам же получил ранение в руку.
После этих событий не столь уж и фантастическим выглядит приезд Платтена из тихой Швейцарии в глубинку Симбирской губернии. Разве мог Фриц, к тому времени уже бывший одним из организаторов швейцарской компартии, отказать Ильичу? А вождь революции предложил соратнику дело неизведанное: организовать в советской России показательную сельскохозяйственную коммуну!
Приехали не с пустыми руками: привезли первый в этих краях трактор «Кливленд», плуги, сеялки, автогенный аппарат, аппараты для переработки молочных продуктов и проч. Весной следующего года эмигрантов прибавилось: прибыл еще 51 человек. Кстати, меньше половины были коммунистами. Что привело в российскую глушь остальных? Любопытство? Чувство долга перед мужьями-женами? Тем более что сельхозрабочих среди них были единицы. В основном же металлисты и деревообделочники. Пожилые родители Платтена согласились ехать с сыном в неизвестность! А ведь у них было еще 11 детей.
Создали коммуну под названием «Солидарность» под председательством Платтена. Поставили масштабную цель: доказать, что, работая на социалистических началах, можно достигнуть более для продуктивности страны, благосостояния ее членов, чем работая капиталистическим образом. От Наркомзема «Солидарность» получила на 24 года (с 1 марта 1924-го по 1 марта 1948-го) в пользование 607 десятин удобной и неудобной земли с находящимися на ней строениями, водами, мельницами и прочей движимостью. По договору «арендная плата определяется в 33 536 рублей золотом, вносимых товариществом в Губ-земуправление в конце каждого операционного года».
Ну а начали коммунары, конечно, с жилья. Отремонтировали шесть старых домов, построили 4 новых. И пошло-поехало! Запустили мельницу, лесопилку, открыли столярную, слесарную мастерские, столовую, ферму, организовали библиотеку и разные курсы. Вкалывали так, что местные крестьяне удивлялись и не спешили на помощь. Правда, когда швейцарцы построили в селе, как сейчас бы сказали, производственную и социально-культурную сферу, процесс сближения начался (хотя русским владел только Фриц), даже несколько интернациональных свадеб сыграли.
А может, и не климат виноват — сейчас об этом некому рассказать. В 1927-м швейцарцы переехали в деревню Васькино, ныне город Чехов под Москвой. И после этого «растворились» на российских просторах. А как же сложилась судьба Платтена? Переехал в Москву. Преподавал в институте иностранных языков. В 1938-м его арестовали (годом раньше посадили жену). Причину нашли легко: Фрица обвинили в работе на германскую разведку, а также в незаконном хранении оружия. Это был тот самый револьвер, который после покушения подарил Платтену Ленин… Умер в лагере в 1942-м. Официальное заключение — «от сердечно-сосудистого заболевания». Это случилось 22 апреля — в день рождения Ленина. Вот они — причуды судьбы!
Что сохранилось в Новой Лаве от швейцарской коммуны? Бревенчатый одноэтажный дом, на котором в 1973 году установлена мемориальная доска. Половина его пустует, в другой — живут новые эмигранты (из Казахстана). Начинает разрушаться построенная коммунарами кирпичная водонапорная башня — не нужна она в нынешней Новой Лаве. В селе осталось около 400 человек. От свинарников — одни развалины. Работы нет. Детсад и школу, в которой были компьютерный класс и бассейн, закрыли два года назад, 12 школьников
возят учиться за 30 километров… Но, как рассказала нам местная жительница Нина Борисовна, все сельчане знают, кто такие Фриц и его отец Петер Платтен, который умер здесь, в Новой Лаве, в сентябре 1925 года в возрасте 78 лет. Похоронен на сельском кладбище. По весне на могиле убираются местные жители, красят ограду. Помнят, что однажды, в конце 80-х, на кладбище приезжал сын Фрица.
А еще в селе жалеют, что совсем одичал посаженный коммунарами фруктовый сад. Он до сих пор буйно цветет по весне и упрямо плодоносит. Словно укор нам и напоминание о странных швейцарцах, строивших в заросшем бурьяном селе коммунизм…

Татьяна АЛЬФОНСКАЯ