Известный драматург и актёр за два часа побывал на Марсе, на Полюсе и в… раю.
Восемь лет Евгений Гришковец не ставил новых спектаклей. Три года из них он как раз и работал над новой моноисповедью «+1», которую в минувшую пятницу показал в Ульяновске. Земляки стали одними из первых зрителей этого спектакля. До них его видела лишь публика Украины, несколько раз спектакль был показан в Москве и единожды в Самаре, откуда к нам и прибыл Гришковец. «УП» убедилась, что любимец интеллигентов, олигархов, домохозяек и вообще всех-всех-всех по-прежнему верен своей любимой теме: о себе, о счастье и о Родине, хотя теперь рассказывает обо всем этом мудрее и спокойнее.
«+1» начинается с фразы: «Меня никто не знает…». И хотя знают Гришковца многие, лукавства тут никакого нет. Ведь речь не вообще о многих. А лишь о самых близких. К таковым к финалу спектакля может отнести себя каждый его видевший.
Гришковец уже меньше запинается, реже машет руками. Но все также импровизирует, постоянно уходит от темы, вспоминая случаи из жизни и воображая себя в местах достаточно отдаленных, а порой и вовсе нереальных, не думая о четком построении фраз в своем повествовании. Сильно волнуясь и перескаивая с одной темы на другую. Из этой хорошо сыгранной (или пережитой?) спонтанности и рождается та самая его фирменная исповедальность, которая в этом спектакле поднимается до недостижимых высот. Ибо при всей внешней респектабельности и презентабельности в «+1» у Евгения хватает смелости заявить о своем глобальном одиночестве. Он никак не может ощутить себя частью человечества. Он «всегда +1 к человечеству, но не его часть». И поэтому исповедальные куски, как обычно, лучшее, что есть в спектаклях Гришковца.
В новой постановке драматург и актер приготовил зрителям немало сюрпризов. Это и вставная интермедия о космонавте с маленьким триколором в руках весьма комично, но при этом искренне признающемся в любви к России с планеты Марс: «Уж здесь-то никто не обвинит меня в квасном патриотизме». Почти дословное повторение знаменитого спектакля Робера Лепажа «Обратная сторона Луны». Это и пересказ Всемирной истории, когда в качестве хронологической линейки используется бытовой сантиметр. Не так глубоко, как у французского эссеиста Бернара Вербера, но веселее и доходчивее. Это и критический (самокритичный, в первую очередь) анализ теории Дарвина на примере ящерицы, захотевшей стать и ставшей Эйнштейном. Фантазия Гришковца переносит его даже в Эдем: ахалай-махалай – и актер с помощью нехитрого а ля Акопян фокуса оказывается на райской лужайке. Евгений Гришковец не боится быть не только ироничным, но и по-эстрадному юморным, и сентиментальным, и гуманистичным, и даже патриотичным. Он не боится банальностей, если банальность соответствует истине.
«Меня никто не знает таким, каким я хотел бы, чтобы меня знали, – уточняет его лирический герой, который он сам и есть. – Меня никто не знает, значит, я не «один из», я не часть человечества, человечество плюс один. Значит, я одинок». Он честно и почти на слезе признается, что скучает по себе маленькому, по тому себе, которого все любят. И уточняет: «Хочется, чтобы меня любили все, пусть не очень сильно, но все».
Работая над этим спектаклем, он понял, как соскучился по театру, признался Евгений «УП»:
– Пока в ожидании похвалы Гришковец, как начинающий гастролер, колесит по всему СНГ со своими спектаклями. Строит планы на экскурсии – в Ульяновске с прошлого приезда мечтает попасть в музей Гончарова, но времени хватает лишь чуть-чуть поспать в гостинице «Барселона» и снова в путь. Но он еще и романтик. По
этому способен порадоваться малому. Снегу в Ульяновске, например. Или приближающемуся Новому году. И за это сохранение в себе безнадежного романтика воспоем Гришковцу отдельную хвалу…

Артур Артёмов