Почетному разведчику недр РФ Ивану Мирошникову — 75 лет!
Для Ивана Мирошникова геология — больше чем профессия, это состояние души. Он из тех, кто стремится постичь неизвестные широты. Путь к открытиям непрост, но природа всегда делилась с ним секретами. Мирошников, объехавший вдоль и поперек наш край с его мозаикой ландшафтов, внес ценный вклад в исследования месторождений Ульяновской области и в природоохранную деятельность. И сейчас он продолжает трудиться на благо региона, работая государственным экспертом в «Ульяновскгос-экспертизе».
— Иван Петрович, с чего начался ваш путь в геологию? Это была мечта детства?
— У меня было две мечты. Одна — явная, открытая, а другая — тайная. Первая — капитан дальнего плавания — море, форма, дальние страны. Мечту сразу не приняли родные. Странно, но я не очень огорчился: во мне уже тогда формировался новый мир — мир «Основ геологии» В.А. Обручева, которые были хорошо проштудированы, мир минералов А.Е. Ферсмана, от которого я и сегодня с трудом отрываюсь, собственные робкие, но свои «открытия» — все властно повлекло меня в геологию.
По рождению я кубанский казак и свое необычное образование получал в столице донского казачества Новочеркасске в удивительном, построенном в начале XX века англичанами политехническом институте, крупнейшем для юга страны вузе — где что ни преподаватель, то корифей науки. Что говорить, в институте только горных было четыре факультета, а общее число студентов в вузе — около десяти тысяч.
— Сложно было поступить?
— Сказать «трудно» — мало. Тогда геология была, как совсем недавно космонавтика. Пробиться туда — даже не удача, а счастье. Мои родители, потомки казаков, были простыми рядовыми колхозниками. Надеяться было не на кого, а пробивать свою тропу в жизни нужно было своим лбом. Низкий поклон родителям за то, что в меня они, как стальным стержнем, всадили мысль: по жизни идти честно, своим трудом и помнить всегда — рядом с тобой люди, такие же, как ты, а может быть, и лучше.
Конкурс — шестнадцать человек на место, шесть экзаменов, проходной балл — двадцать девять, то есть дозволялась одна четверка. Тридцать баллов получили два человека. Один из них я.
— Увлекались географией еще со школьной скамьи?
— В школе был старостой географического кружка. Особенно интересовали географические атласы. И сегодня это моя страсть! А за нею — любопытство, бесконечные вопросы. Только карта может столько рассказать и столько задать вопросов! Если вы с картой на ты, ваш любимый прибор — компас, а у геологов — горный компас. В 8-м классе я по своей инициативе с помощью компаса делал съемку местности, которая недоступна. Компас, конечно, попросил у преподавателя. Подымов Николай Григорьевич — вот преподаватель от бога, вот такие учителя определяют направление жизни. Царство ему небесное! Это его мысль: «Географ (читай — геолог) обязан уметь рисовать». И он умел: и мелом на доске, и карандашом в альбоме, и красками на холсте. Сколько умею, стараюсь подражать. Наша казачья станица стоит высоко над Кубанью, как Ульяновск над Волгой. У Кубани тогда было мощное течение, и ее отложения не песок и ил, а окатанные булыжники в
10-15 сантиметров в поперечнике. Ахнешь камнем о камень, брызнут осколки — и откроется иногда такая красота, такие цвета, такие кристаллы, такие минералы, что дыхание перехватывает. Поэтому я рано стал разбираться, где кварц, где полевой шпат, где слюда.
— Что будущего геолога интересовало в студенческие годы?
— Студенты разъезжаются на практику во все концы нашей страны. Отовсюду в институт стекаются образцы, минералы. Представляете, какой неимоверной ценности коллекции! Можно было просто не вынести этого богатства и красоты! Я, рожденный в кубанской степи, привыкший к чернозему, лессовидным суглинкам, такого великолепия просто не мог себе представить. А преподаватели учили: «Не туда бросаетесь, не в яркости дело. Процесс! Суть его — вот где разгадка тайны!». А чтобы разгадать процесс, нужны химия, физика. Спасибо огромное нашим школьным учителям за то, что по этим предметам я чувствовал и чувствую себя как рыба в воде. Странная особенность моей натуры — никогда не боялся экзаменов. Был уверен, что знаю, а значит, изложу.
— С супругой в институте познакомились? Как завоевали ее сердце?
— Она тоже геолог: учились на одном факультете. Отделения разные: я — разведчик месторождений полезных ископаемых; она — специалист по поискам и разведке подземных вод. Я ее быстро высмотрел и на общих лекциях садился так, чтобы ее было видно через всю аудиторию. Чем уж не знаю, но чем-то взял. Уже на третьем курсе поженились и с 56-го вместе. И слава богу! Не будь ее рядом, кто знает, куда бы мои способности меня завели.
— А в Ульяновской области как оказались?
— По распределению. Предложили на выбор: Самару — там и опытных геологов много, там традиции — и Ульяновск, где все нужно начинать с нуля. Мы, конечно, долго не раздумывали.
— Что-нибудь удивило в Ульяновске?
— Был август. Рано утром поднимаемся по деревянным лестницам из речного порта в город, а через забор спелые яблоки так и просятся в руки. Впечатление такое, что они в саду не помещаются. Вышли на перекресток улиц Минаева и Железной дивизии: тут на каждом углу рыба на продажу. Помню стол, лежит на нем щука, а хвост ее чуть не до земли. Таких чудовищ и не видывал. Я сам по гороскопу Рыба, и рыбное блюдо для меня — мечта. Вот и второе впечатление: попали в рыбный рай. Ну а как геологи сразу обратили свои взгляды на камень, которым тогда были вымощены улицы: прочный, ребра острые, как ножи. Окажется потом, что это фирменный строительный камень области и нам с ним придется еще повозиться.
— Как здесь складывалась карьера?
— Первые пять лет работы мы — молодые спецы. По карьерной лестнице шли довольно ровно. Правда, я успел какое-то время поработать главным геологом. Но грохнул 1965 год и время «розового» геологического романтизма кончилось. Кому-то на свои плечи нужно было принимать огромную тяжесть: судьбу сотен людей и членов их семей, судьбу экспедиции. Перст судьбы в облике райкома партии уперся в мой лоб. Первое по-настоящему тяжкое решение нужно было принимать. Страшно боялся потерять геологию и потому согласился с условием: одновременно буду и главным геологом. Сегодня это не понять: вторая должность — на общественных началах.
— В какое время занялись вопросами охраны природы?
— К чести своей, из геологов в Среднем Поволжье я один из очень немногих, кто еще в 60-70-е годы прошлого века понял, что жить стране далее без экологии нельзя. Это геологу видно особенно ярко. Не только понял, но и стал действовать. А к середине 80-х уже вся страна помешалась на экологии. У нас в области борьба за экологический государственный контроль приобрела черты общенародного движения. В каждом СМИ (и районном, и областном) был раздел по экологии. На областном телевидении я тогда вел альманах «Мы и природа» по предложению М.Ф. Радовой, редактора. Это не год и не два, более пятнадцати лет. Подобная картина была, видимо, и в других субъектах РФ.
В 88-м в стране был введен государственный экологический контроль и стали создавать областные комитеты по охране природы.
В области был настоящий природоохранный бум. Реальной силой стала природоохранная общественность. Это сегодня трудно понять: именно эта сила играла роль конкурсной комиссии, через которую проходили будущие члены комитета. Именно эта сила определила меня на должность первого заместителя председателя Ульяновского областного комитета по охране природы — главного государственного инспектора Ульяновской области по охране природы.
— Мечта геолога — открыть свое месторождение — для вас сбылась?
— И да, и нет. Да и не может быть иначе. Ташлинское месторождение стекольных песков — великолепнейшее из месторождений этого вида минерального сырья. Мы в его судьбе появились на определенном этапе и сыграли большую роль в его исследовании и разработке. Для меня лично очень важно, что именно здесь мною сделан важный шаг в становлении геолога: впервые я на себя взял много, очень много, но с честью справился. Как ни странно, мне это месторождение ценно и как экологу. Почти завершена его разработка — огромная выемка, но туда в выработанное пространство вернулся сосновый лес, опять царствует его экологическая система. Сделали это разработчики, работники леса, но жестко за этим проследили мы.
Многое и мы не успели. Решив в целом, например, проблему водоснабжения области за счет подземных вод, перед населением правобережной части Ульяновска мы остались в долгу, но об этом — в другой раз. И все же и по развитию минерально-сырьевой базы области, и в части улучшения экологической обстановки в регионе, и по улучшению качества изыскательских работ сделан огромный шаг вперед. И в этих непростых делах есть моя серьезная доля. Вот этому я от души рад.
Коллектив «Ульяновскгосэкспертизы» от души поздравляет Ивана Петровича Мирошникова с юбилеем и желает ему доброго здоровья, счастья, долголетия, благополучия, успеха и радости от общения с коллегами, детьми и внуками!