«Ретровояж». Sevетское прошлое Улпресса

История субкультур Ульяновска уходит в прошлое, поэтому мы решили создать на UL-PEOPLE рубрику воспоминаний «Ретровояж». И сегодня наш рассказ о клубе, где и появились первые неформалы и первая ульяновская музыка – «Sev-club».

Детство и юность без Интернета – сумасшедшие и кайфовые времена. Сейчас о том, что в Ульяновске был «Sev-club, вспомнит, пожалуй, только горстка людей. Здесь тусовалась неформальная молодежь всех мастей, а музыка и спирт, который проносился под куртками, были главными составляющими атмосферы.

Завсегдатаям «Sev» клуба нравилось все, что там происходило: за один концерт выступало до пяти-шести групп, и это было единственное место, где хоть что-то делалось. О мероприятиях узнавали по сарафанному радио, и на тот момент клуб отвечал всем потребностям молодежи: была музыка, была атмосфера, это был уже далеко не какой-то ДК и «сидячка». Здесь ты мог курить, пить, общаться, слушать музыку, и вообще, каждый был предоставлен сам себе. Такая свобода подкупала.

«Зима 2001 года… Бутылочки «Нирваны» перед входом оказалось достаточно для влюблённости в это заведение. С тех пор ходила туда стабильно почти каждое воскресенье».

В то время к походу в клуб готовились заранее, за несколько дней или даже недель. «Потому что это было для всех особенное событие и ждали его, как что-то особенное. Ведь люди ходили даже не на концерты конкретных групп, а именно пообщаться друг с другом.

«Вспоминая «Sev», нельзя не сказать о нашем общем друге и организаторе вечерин, хорошем человеке Юле Ананьевой!»

Там практически не было незнакомых друг с другом людей. Кроме того, тусовки тоже были разными, как ни странно, проводились даже гей-вечеринки», – вспоминает Илья Полевин, «вовсе и не тусовщик», но человек, оказавший определенное влияние на развитие рок-музыки в Ульяновске.

«В «Sev» я с мужем познакомилась, правда, встречаться начали в другом месте. Но самое крутое, что могло быть в клубе – это нижний бар. Это вообще незабываемо. Как-то у нас не было ложек, вилок и прочего, и мы ели капусту с клинков…»

«Каким-то образом ко мне в руки попала кассета группы «Скала Фреглов», которая дичайшим образом понравилась, и я захотел сходить на их концерт – презентацию этого альбома, – продолжает Илья. – Я уже и не помню, каким образом я узнал об этом мероприятии, но факт остается фактом – я его посетил. Это был 98-й год, еще клуб «Пионер». А уже в 2000-х я попал в «Sev», и с того момента началась та самая «движуха». На то, что звук в клубе был дерьмовый, особо никто и не обращал внимания».

На смену «Sev» клубу в Ульяновске стали проводиться концерты в гостинице «Советской» a.k.a. «Совок».

«В «Sev» я познакомился с рок-музыкой Ульска, о которой до этого вообще не слыхал. Нравилось, как нас встречали на сцене. Загадочное время было, время новых открытий и ощущений».

«Частенько приходилось ночевать в подъездах после концерта. Чтобы не замерзнуть, жгли газеты, «одолженные» из почтовых ящиков жителей того самого подъезда.И вот как-то раз разгневанный нашим громким исполнением какой-то известной песни под раздолбанную акустику житель нашего временного «дома» вышел на лестничную площадку чуть ли не с битой в руках, крича матерные слова. Но песня «Все идет по плану» пришлась ему по душе, и, в итоге, мы всей толпой вместе с ним орали часа два, запивая все это водкой, которую он же и принес».

Для концертов покрупнее брали аппаратуру напрокат, а когда люди понимали, как на самом деле хорошо может звучать живая музыка – это уже становилось эталоном. Все началось с ульяновских eventов и ульяновских команд. Позже до нас доехали и «Джейн Эйр», и «IFK», и другие известные группы.

«В «Sev» я попал примерно в 2001 году. Конечно, те команды, которые играли в то время в «Sev», да и вообще в Ульяновске, не отличались чистым звучанием, а больше напоминали сборище детей, которые просто не могли жить без драйва, присущего рок-музыке, хоть и не умели толком играть.

На той самой вечеринке я и познакомился с тусовкой местных рокеров. Помню, я просто офигел от происходящего! Особенность той тусовки была одна: была атмосфера. Такой я не встречал больше никогда и нигде. Это было детство. И я счастлив, что оно у меня было таким».