Он «воскресил» Гончарова и «убил» Сталина.
Слушать Марка Харитоновича Валкина можно часами. Он великолепный рассказчик, обладающий феноменальной памятью, несмотря на то, что позавчера справил 90-летний юбилей.
Ульяновский областной краеведческий музей Марк Харитонович возглавил, когда ему едва стукнуло 28 лет, и руководил им вплоть до выхода на пенсию. С именем Валкина связаны, пожалуй, основные вехи развития музеев в городе и области.

ИЗ РАЗВЕДКИ В КРАЕВЕДЕНИЕ
Уже в школе, «заболев» историей, Валкин не раздумывал о том, куда пойти после. На исторический факультет Казанского университета поступил сразу, да война оторвала от студенческой скамьи.
— Весной сорок второго, — вспоминает Марк Харитонович, — я ушел на фронт. Попал под Мценск. Служил в разведроте, от которой к осени в живых осталось тринадцать человек. Дошел до Берлина в звании капитана. Сперва из армии не отпускали. Но в сорок шестом подоспел сталинский приказ о возвращении недоучившихся студентов в аудитории.
В послевоенной Казани особых условий для жизни не предполагалось. Страна работала на восстановление. И — в ряду прочих мер — были отменены стипендии.
— И тут мне предложили возглавить отдел истории советского периода в Государственном музее Татарской АССР, — продолжает он. — Согласился сразу: тут тебе и практика, и оклад. Те времена стали неоценимым опытом. Мы создавали нечто новое — в пику тогдашним «концепциям». Начали собирать настоящие экспонаты.
Лично мне, например, удалось разыскать трактор «Фордзон-путиловец».
В 1949-м в столице Татарии состоялось крупное совещание музейных работников. И так понравилась заместителю заведующего облкультпросветотделом Ульяновской области работа вчерашнего студента истфака Марка Валкина, что вскоре тому пришло предложение стать директором Ульяновского краеведческого музея.

МУЗЕЙНАЯ ЛОДКА РАЗБИЛАСЬ О БЫТ
Первым — и неизгладимым — впечатлением от местной экспозиции стало чучело белого медведя, имевшего к средне-волжской фауне такое же отношение, как голова Гончарова к телу Столыпина. Но о политике чуть ниже.
— Хозяйственная же часть практически отсутствовала, — Марк Харитонович разводит руками, будто принял музей только что. — Не было транспорта, не было телефона, помещение отапливалось котлами 1914 года. Позже они, взорвавшись, едва не уничтожили часть экспозиции. И только «благодаря» этому нам провели центральное отопление. Еще «смешнее» была эпопея с выбиванием машины. Пришлось идти на хитрость. Вышел я с предложением открыть в музее промышленную выставку. Понятное дело, партийные бонзы чуть в пляс от восторга не пустились. Так у нас в числе прочих экспонатов появился выписанный с автозавода экспортный «бобик» — «ГАЗ-69». Однако время шло, и УАЗ требовал вернуть авто — в виду истечения срока аренды. И пошел я прямиком к председателю облисполкома, который нередко заходил ко мне в кабинет — «отдохнуть душой под коньячок с лимоном». Так вот, начал я издалека — аж из самого космоса, плавно спустившись на бренную землю. Он, по-моему, тактики моей так и не раскусил. Дело в том, что незадолго до того выбил я передвижной планетарий. Вещь, конечно, бесполезная. Но начальство загорелось идеей «астрономического ликбеза для тружеников села». Ну я и говорю, мол, да, строение Солнечной системы, безусловно, повысит надои молока и урожай зерновых, но не на себе же этот чертов планетарий таскать. Вот так нам выделили машину. Обком КПСС приобрел ее для нас за 14 тысяч, в виде исключения.
И впоследствии, приноровившись к нравам и интеллекту партийных руководителей, Валкин развивал областной краеведческий музей. Особенно благоприятными днями для просьб, говорит он, были советские праздники. Музейщики готовили ту или иную тематическую экспозицию — и пока руководство млело от восторгов, выбивали себе бензин, коммунальные удобства, места в штатном расписании. К слову, паркет, по которому и сейчас ходят посетители музея, был «с кровью» выцарапан у пединститута.
Так что предпринимательство — отнюдь не примета нашего времени. А некоторым вещам современным бизнесменам у Валкина еще поучиться бы. Только вряд ли он станет давать хозяйственные мастер-классы, поскольку всю жизнь интересовался преимущественно наукой и весьма сожалеет о том, что современные музеи съезжают с рельсов научных исследований в формат шоу.
Позволим себе еще одну, как нам кажется, существенную ремарку. В 1950 году штат областного краеведческого музея в Ульяновске составлял 11 человек, за 32 года руководства Валкин довел его до ста сотрудников!

КУЛЬТ – ЭТО НЕКУЛЬТУРНО
Не меньшей заслугой его считается открытие филиалов. Мы уж не говорим о так называемых «народных музеях» в районах, количество которых перевалило за сотню; хотя справедливости ради стоит отметить, что Сенгилеевский и Мелекесский краеведческие музеи именно при Валкине приобрели статус государственных. Что же до филиалов, то помимо музея народного образования и конспиративной квартиры большевиков одним из ярчайших достижений Марка Харитоновича является создание Дома-музея Гончарова.
— В пятидесятые Гончаров был в Ульяновске практически забыт, — рассказывает бывший директор. — Правда, теперь у нас с ним перебор. Прямо «культ культуры» — в плохом понимании, разумеется. И улица Гончарова, и театр его имени, и памятник в сквере, и бюст на эспланаде… Кстати, инциденте последним, когда голову Ивана Александровича кто-то очень «смышленый» вознамерился приделать к туловищу Петра Столыпина, есть пример идиотизма и полного неуважения к истории.
Гончаровым Валкин занимался круглосуточно в течение многих лет. И не просто штудировал архивные документы, а занимался поистине «разыскной работой». Так, Марку Харитоновичу удалось «вычислить» потомков семейства Карла Людвига Трейгута, служившего у Гончарова камердинером, и добиться от них признания в том, что одна из дочерей Трейгута — Александра — внебрачный ребенок автора «О6ломова».
Были в карьере Валкина и другие «исторические победы». Так было угодно судьбе, что Марку Харитоновичу довелось приложить руку к развенчанию культа личности Сталина. Однажды, еще в Казани, участвовал Валкин в «литературной зачистке» по приказу сверху. Запрещенные фолианты искал. И в одной из сельских библиотек — в мусорном чулане — обнаружил брошюрку с текстами известных писем Ленина, где тот предостерегал соратников отбывшего семинариста Иосифа Джугашвили.
— Книжку ту я не сдал, а оставил себе, — говорит Марк Харитонович. — А уже потом, в Ульяновске, как-то показал ее приятелю, работавшему в обкоме. Тот попросил ее «почитать», а заодно показать начальству. «Верну, — сказал, — через неделю». Но книгу не вернули вообще. Позже выяснилось, что сожгли ее прямо в здании обкома — боялись очень, однако слух пошел «по всей Руси великой», и, по некоторым данным, именно этот прецедент явился побудительным (и предварительным) мотивом к произнесению Никитой Сергеевичем Хрущевым его эпохальной речи на XX съезде КПСС в 1956 году.

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ
Музейные залы Марку Харитоновичу не снятся. Потому что он до сих пор поддерживает связь с коллегами. Уйдя на пенсию, он не «сел на завалинке». До сих пор пишет и издает книги о выдающемся ученом Сергее Александровиче Бутурлине, жившем в Симбирске много лет и тесно дружившим с Львом Толстым. Марк Валкин — также, как и с Гончаровым, — носился с Бутурлиным, как мать с дитятей. И не напрасно. Сегодняшние посетители Ульяновского краеведческого музея могут лицезреть и «комнату Гончарова», и «комнату Бутурлина».
Да, к сожалению, как верно подметил наш юбиляр. Рыночные отношения зачастую «берут за горло» науку. Но пока есть преданные своему делу люди, такие как Марк Харитонович Валкин, музейные экспозиции не превратятся в «баннеры спонсоров», а история не станет «комиксом».

P.S.
Коллектив «НГ» сердечно поздравляет Марка Харитоновича с юбилеем. Желаем вам здоровья и вдохновения. И спасибо вам за то, что благодаря вашим стараниям у нашего Прошлого есть Будущее.

Досье «НГ»
Марк Харитонович Валкин родился 31 июля 1922 года в Смоленской области. Окончил Казанский государственный университет. Директор Ульяновского областного краеведческого музея им И.А. Гончарова с 1950-го по1982 год. Заслуженный работник культуры РСФСР. Член Союза журналистов РФ. Ветеран Великой Отечественной войны, кавалер ордена Великой Отечественной войны I степени и ордена Красной Звезды.

Алексей БАЛАЕВ