Количество приговоров за лжесвидетельство в регионе растёт.
Что такое орудие преступления? Это предмет, с помощью которого человек нарушил Уголовный кодекс. Чаще всего – нож, пистолет, ружье, сковорода, отмычка, лом, «фомка»… Ну и, конечно, язык. Самый обыкновенный. Тот, которым мы пользуемся каждый день, произнося разные слова и целые выражения. А слово, как известно, ранит (не говоря уж про выражение). Впрочем, сейчас не об этом. Сейчас – о том, как с помощью этого инструмента речи можно навредить ни кому-то, а себе самому, чтобы кому-то, наоборот, помочь.

Сердце матери
Вот, например, житель Кузоватовского района по фамилии Кажаев подрался с односельчанином, а когда в конфликт вмешалась полиция, досталось и ей – дебошир не только осыпал стражей порядка отборной руганью, но и руки, что называется, приложил. В итоге – уголовное дело и обвинение по трем статьям: за применение насилия в отношении представителей власти, за оскорбление их же и за побои, то есть за совершение насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий (это уже в отношении того самого односельчанина).
В ходе следствия была допрошена и мать обвиняемого. В принципе, по закону она имела полное право отказаться свидетельствовать против сына, то есть не давать никаких показаний, о чем ей и было объявлено под расписку. Однако Кажаева от этой возможности отказалась. Но в этом случае, опять же по закону, она обязана была говорить правду, только правду и ничего, кроме правды, о чем также была предупреждена.
Однако и на следствии, и в ходе судебного разбирательства мать всячески выгораживала сына, утверждая, что полицейских он не оскорблял и уж тем более не бил, да и потерпевшего пальцем не тронул. А синяки да шишки на теле последнего исключительно из-за того, что парень сам по себе упал и расшибся. Но поскольку утверждения женщины шли вразрез с доказательствами и рассказами других участников инцидента, «суд отнесся к ним критически» и свой срок за несдержанность эмоций и рукоприкладство Кажаев все же получил.
А после того как осужденный отправился отбывать наказание, освободившееся место на скамье подсудимых пришлось занять его матери. Ее судили за заведомо ложные показания в суде и при производстве предварительного расследования. По нашим законам за это преступление можно получить штраф «в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы, или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до трех месяцев». Однако Кажаева отделалась сравнительно легко – попытка выгородить сына обошлась ей в 15 000 рублей – именно такой штраф назначил суд за лжесвидетельство.
Прокурор счел это наказание слишком мягким, а защитник, напротив, слишком жестким. В результате приговор обжаловали и тот, и другой. Однако коллегия по уголовным делам Ульяновского областного суда оснований для отмены приговора не нашла. А значит, пенсионерке придется раскошелиться. В общем, и сыну не помогла, и сама пострадала. Хотя такое поведение матери можно понять.

Ради соседа чего ж не соврать?
В феврале прошлого года мировой судья Инзенского района рассматривал дело некоей Э.Г. Коткиной. Ее обвиняли в мошенничестве. Суть дела такова – подсудимая якобы проживала в одном из сел, жителям которого положены «чернобыльские» доплаты, и женщина их исправно получала, хотя на самом деле жила там, где надбавок нет. Факт этого криминального несоответствия и должны были подтвердить свидетели, уже сделавшие это однажды в ходе предварительного дознания. Однако в суде они вдруг обо всем «забыли». В частности, шестидесятилетняя почтальон Евгения Васильевна Коняхина вдруг стала утверждать, будто подсудимая с семьей в их селе постоянно не проживала. Это же она настойчиво твердила и в ходе рассмотрения дела в апелляционной инстанции.
Точно так же вели себя в этом процессе и ее односельчане – сорокавосьмилетний нигде неработающий Виктор Александрович Керов, утверждавший будто понятия не имеет, где живет Коткина, хотя она была его соседкой, и пятидесятисемилетняя музработница детского сада Светлана Николаевна Елинова.
В результате все четверо были осуждены – Коткина приговорена к штрафу в 7000 рублей, Коняхиной придется выплатить в доход государства на 900 рублей меньше, Керову – на 500, а Елиновой на 1000 рублей. А еще их биографии на склоне лет украсит запись о судимости.

Я свидетель! А что случилось?
Главный участник следующей истории жизнь, наоборот, только начинает. В начале июня 2011 года в Базарном Сызгане случилось ДТП – на перекрестке мотоцикл врезался в «девятку», за рулем которой сидел местный житель Д. Харитонов. Владелец автомобиля решил взыскать причиненный, по его мнению, ущерб своими силами, не прибегая к помощи официальных органов.
Вечером 19 июня он встретил незадачливого мотоциклиста на окраине с. Сюксюм Инзенского района Ульяновской области и стал требовать возмещения вреда, для доходчивости несколько раз ударив его кулаком в лицо. Однако денег от этого у пострадавшего не прибавилось. И сеанс вымогательства пришлось повторить через месяц – 12 июля уже в Базарном Сызгане, около часа дня бывший мотоциклист и автовладелец встретились на ул. Ульяновская. Харитонов снова стал требовать денег и дважды ударил «должника» кулаком по спине.
Свидетелем этих акций устрашения в обоих случаях был житель Базарного Сызгана Станислав Крайнов двадцати одного года от роду.
Поэтому, когда в отношении Харитонова возбудили уголовное дело за вымогательство, Крайнова вызвали на допрос, и он рассказал, как все было: дескать, ну, ударил пару раз. А нечего от долгов прятаться.
Однако, когда в октябре начался суд, свидетель вдруг изменил показания, утверждая, что на самом деле Харитонов никого не бил и ничего ни от кого не требовал. А потерпевший сам виноват – не надо было на мотоцикле пьяным ездить. Тут же он вдруг «вспомнил», что в момент ДТП был на месте происшествия и собственными глазами видел, как нетрезвый мотоциклист протаранил переднее крыло «девятки».
Однако внезапное «озарение» не помогло. Инзенский районный суд признал Харитонова виновным в вымогательстве и приговорили к двум годам лишения свободы условно со штрафом в 20000 рублей. После того как приговор вступил в законную силу, взялись за Крайнова. Попытку «отмазать» приятеля суд расценил как лжесвидетельство и приговорил его к 180 часам обязательных работ. Они заключаются в выполнении осужденным в свободное от основной работы или учебы время бесплатных общественно полезных работ. Это – очистка территории от мусора, озеленение, земляные, ремонтные работы дорог и других объектов внешнего благоустройства, уборка придомовых территорий, чердачных и подвальных помещений, ремонт систем водоснабжения, канализации и иных объектов коммунального хозяйства, уборка подъездов (лестниц, проемов, площадок), санитарная очистка территорий и контейнерных площадок от мусора и твердых бытовых отходов; погрузочно-разгрузочные работы. В случае злостного уклонения осужденного от отбывания обязательных работ они заменяются лишением свободы.
Кстати, это второй приговор Крайнова, полученный им меньше, чем за год – 8 сентября 2011 тот же Инзенский суд присудил ему 7000 рублей штрафа за кражу. На момент вынесения очередного вердикта штраф оставался неоплаченным.

Антипедагогическая поэма
В прошлом году местную (да и не только местную) прессу обошло известие о двух сверхкреативных воспитателях одного из димитровградских профтехучилищ, значительно расширивших горизонты педагогический науки за счет собственных нетрадиционных методик воспитания. Например, таких, как длительное стояние воспитуемых обоего пола на полусогнутых ногах, принятие внутрь раствора воды и нашатырного спирта, многократные приседания, бег по лестнице с первого этажа на пятый и обратно. Кроме того, выявлены многочисленные факты оскорбления несовершеннолетних, причинения им телесных повреждений, в том числе при помощи газового пистолета, угроз совершения насильственных действий сексуального характера, вымогательства денег. В общем, педагогический арсенал, как видим, оказался весьма широк и разнообразен. Правда, по достоинству оценила его не педагогическая, а юридическая общественность. В 3 и 3,5 года лишения свободы соответственно.
Однако на этом дело не кончилось. Вернее, не кончились дела, которые пришлось рассматривать Димитровградскому городскому суду, поскольку многие из бывших потерпевших сами превратились в подсудимых: в ходе процесса над преподавателями те, кто их недавно единодушно обличал, вдруг принялись столь же единодушно выгораживать, на ходу меняя показания. В результате восемь человек – пять девушек и двое молодых людей были осуждены к штрафам от 5000 до 10000 рублей, обязательным работам от 100 до 180 часов, а одна – к исправительным работам на год с удержанием из заработка 10% в доход государства.
Примечательно, что оба молодых человека к этому моменту уже были судимы, а один из них – двадцатилетний Денис Туляков – дважды. Первый раз за кражу условно и второй – за грабеж реально на два года четыре месяца. Так что лжесвидетельствовал он уже будучи доставленным в зал суда под конвоем. Однако это не помешало ему соврать суду. В результате срок его отсидки увеличился на четыре месяца. Так что из всей компании он пострадал больше всех, а потому оказался единственным, кто обжаловал приговор. Однако областной суд не нашел оснований для его отмены.

Последнее слово
Рассказанные выше истории – лишь часть случаев из ульяновской судебной практики текущего года. На самом деле приговоров за лжесвидетельство гораздо больше. Увы, но большинство наших сограждан не считают вранье под присягой чем-то зазорным и уж тем более преступным. Напротив, это ж святое дело – помочь ближнему своему! Однако при всей кажущейся безобидности подобного поведения оно может иметь весьма и весьма тяжкие последствия – из-за свидетельского вранья преступник может оказаться безнаказанным (что, увы, нередко и случается), но гораздо страшнее то, что может быть наказан невиновный. И совсем не случайно, что в странах, которые у нас принято называть цивилизованными, кара за лжесвидетельство куда как суровее. Например, в США, Швеции и Германии за это можно получить до пяти лет. В Израиле и Великобритании – до 7.
Владимир Федоров
Материал подготовлен при содействии пресс-службы Ульяновского областного суда