Екатерина Нейфельд
На этой неделе, 15 марта, ульяновскому областному радио исполняется семьдесят лет. В этот день в далеком 1943 году в эфир вышел первый выпуск «Областных известий». К апрелю 1943 года среднесуточный объем вещания по Ульяновской городской сети был доведен с 30 минут до 50.
Усиленными темпами шла радиофикация, особенно общественно значимых мест, где люди могли послушать Москву, которая передавала сводки «Совинформбюро», передачи «Письма с фронта» и «Письма на фронт», материалы для которых готовили и ульяновские корреспонденты. За первое полугодие работы комитета в эфир вышло 17 передач из циклов: «Любите и изучайте свой край», «Наши знатные земляки». В эти циклы вошли передачи на темы: «27 лет со дня освобождения Симбирска от белогвардейцев», «Русские писатели в Майнском районе», «Прошлое города Мелекесса». Все они с огромным интересом принимались радиослушателями. Сеть ведомственных узлов по состоянию на 1 января 1944 года насчитывала 5787 радиоточек. А уже к 1 января 1945 года в области работали 26 районных редакций радиовещания, которые в эфир выходили с 30-минутными местными вестями.
Уместить всю его историю в одном газетном развороте, конечно, невозможно. Накануне юбилейной даты мы провели с коллегами только один день, чтобы узнать, за что легендарный голос областного радио Валентина Протасова любила доску с выговорами, сколько записей хранится в фонотеке ГТРК, на что жаль тратить эфирное время директору радио Николаю Сенчеву, из-за чего не заладилось коммерческое использование студии звукозаписи и сколько томов «Жалобной книги» – любимой рубрики радиослушателей – написано к сегодняшнему дню.

Радио должно шевелить мозги
Директор «Радио России-Ульяновск» Николай Сенчев в своем кабинете сидит редко. Поняла это, еще когда безуспешно дозванивалась на рабочий, чтобы договориться о встрече. Выводы укрепились, когда директора не оказалось на месте в момент, назначенный для интервью. Нахожу его у технических работников: радушно приветствует, но просит подождать минутку – решают какой-то вопрос.
– Я полностью включен в процесс создания программ: начиная с того, что обсуждаю с журналистами каждую их тему и идею, заканчивая тем, что иногда сам сажусь в студию и беседую с гостями, – объясняет Николай Васильевич свою постоянную «беготню».
– Журналистов не хватает?
– Сейчас на нашем радио работают 15 человек, из них семь журналистов. Это не много и не мало, в самый раз для того объема вещания, что мы сегодня имеем. Но в любом небольшом коллективе важна взаимозаменяемость. Вдруг кто-то заболел или не успевает. Мы не делим: вот эта программа Васина, а эта Петина, у нас один эфир на всех, и надо делать его хорошо. Однажды все заболели, и некому было выйти в эфир, мы посадили в студию звукорежиссера – прочитал текст за диктора.
– А какой у вас сегодня объем вещания?
– Мы вещаем сто тридцать минут ежедневно, кроме субботы и воскресенья. В шесть утра в течение получаса идут новости и реклама. С 7.10 до 8.00 в эфире общественно-политическая программа «Будни», вечерние новости и авторские передачи выходят с 18.10 до 19.00. Авторские передачи на самые разные темы, часто музыкальные и литературные.
– Вы работаете в записи или в прямом эфире?
– Когда как. Бывают и прямые линии, когда приглашаем интересного человека или эксперта в какой-либо области в студию, радиослушатели могут звонить и задавать ему свои вопросы. С одной стороны, это живое общение, прямой диалог с нашей аудиторией. Но лично я не очень люблю прямые эфиры вот за что: мы приглашаем человека, который может дать серьезный анализ происходящих событий, а ему звонят и начинают жаловаться, условно, на сломанный унитаз. Такие звонки предупредить трудно, и очень жаль тратить на подобные вещи эфирное время.
– На что еще вам жаль тратить эфирное время?
– Знаете, я не сторонник того, что радио должно только развлекать и услаждать слух легкой музыкой и побасенками. Мы должны давать оценку событий, заставлять людей размышлять над собой и окружающим миром, шевелить мозги. Еще стараемся меньше рассказывать о том, где кто сгорел, кого задавили или убили. Таких новостей везде хватает, сложнее найти доброе, но мы стараемся.
– Аудитория вашего радио уменьшилась за последние годы? Ведь раньше вы были одни, а теперь столько конкурентов.
– Потенциальных слушателей у нас 200-300 тысяч. Сложно измерить аудиторию, разного рода исследования грешат неточностями. Поэтому громкие заявления руководства радиостанций о том, что «у нас самая большая аудитория, мы – самая популярная станция», – это лишь способ привлечь рекламодателей. Но могу сказать точно, что нас слушают, потому что люди постоянно звонят: с критикой, с вопросами, замечаниями, просьбами. Нас точно слушают везде, где еще есть проводные радиоприемники. Да, проводное вещание постепенно изживает себя, но мы продолжаем звучать в эфирном вещании. Людям интересны именно областные новости, а их так мало в сегодняшнем множестве радиостанций.
– Областное радио сегодня и 70 лет назад – две большие разницы?
– Только в техническом плане – да. Суть его не меняется. В военные годы были репортажи из госпиталей, цехов, на фронт слали музыкальные заявки и даже записывали звуковые письма. Теперь мы тоже делаем актуальные репортажи, записываем «звуковые письма» от наших радиослушателей – их вопросы и претензии к власти. Мы – все тот же посредник. Если говорить об изменениях, то я считаю, что радио будет становиться менее элитарным и более народным. В том плане, что в эфире не будут постоянно звучать одни и те же начальники, а больше будут говорить сами радиослушатели. И пока будет существовать страна, область, будет существовать и наше радио.

Рояль «в кустах»
Николай Васильевич извиняется, ему снова нужно «сбежать» из кабинета – записать беседу с министром здравоохранения. Моим экскурсоводом он назначает звукорежиссера Светлану Дубровину. «Прекрасный специалист, с высшим музыкальным образованием», – Николай Сенчев восторженно говорит вообще обо всех своих коллегах, и «за глаза» (на интервью вспомнил каждого поименно), и «в глаза», когда представляет их лично. «Да, я закончила Горьковскую консерваторию, – отвечает Светлана Викторовна на мой вопросительный взгляд. – Пойдемте, сначала покажу вам свою обитель – фонотеку».
Прямо из кабинета звукорежиссера, где теперь один рабочий инструмент – компьютер, попадаем в комнату, похожую на библиотеку. Стеллажи от пола до потолка забиты пленками. Всего их здесь около тридцати тысяч. Оцифровано далеко не все, только то, что может использоваться для « оформления программ. Но и для того, чтобы перевести в цифровой и формат самое необходимое, понадобился год. Светлана Викторовна тянется на верхнюю полку и достает пленку в потертой коробке, это самый первый экземпляр коллекции ГТРК – «Солдатский вальс», 1953 год. Помимо классической музыки фонотека областного радио хранит редкие записи народных музыкантов Поволжья.
– Раньше мы могли записать хоть целый ансамбль, прямо у нас, на радио. Для этого нам делали специальную студию, одну из лучших в Поволжье, – рассказывает Светлана Дубровина.
– А сейчас что с ней?
– Она цела. Но мы не пользуемся ей по назначению. Пойдемте, покажу.
Комната – как небольшой актовый зал. Микшерный пульт занавешен шторой, в дальнем углу стоит рояль, а на стене – цифра «2012» из мишуры.
– Вот так и используем ее теперь, разве что на Новый год здесь , собираемся, – грустно улыбается
Светлана Викторовна. – Смотрите, вот эти квадратики на стенах и на потолке – это не дизайн, а настройка. За какими-то квадратами пустоты, какие-то заполнены, какие затянуты войлоком. Все для того, чтобы в помещении получалась особая акустика. Здесь у нас записывался Борис Штоколов, лучший бас СССР…
– Сейчас, если и вас какие-то проблемы с содержанием или использованием студии, почему бы не сдавать ее в аренду, получать с этого дополнительные деньги для радио? Раз таких студий в городе больше нет, она бы пользовалась спросом.
– Мы пробовали. Но однажды некие «музыканты» пришли, все здесь поломали и разбросали. С тех пор тему коммерческого использования нашей студии мы закрыли, – коротко ответила звукорежиссер и закрыла дверь.
Отправляемся к людям, которые наполняют эфир содержанием, – к журналистам. Наталья Козина, ведущий журналист областного радио сегодня, показывает огромную тетрадь: «Вот, пишу уже шестнадцатый талмуд «Жалобной книги». Слышали о такой рубрике? Она у нас самая популярная».
Рубрика «Дайте жалобную книгу» выходит на радио по четвергам, с 2005 года. Она состоит исключительно из звонков радиослушателей, где они указывают властям на их недоделки, ошибки, рассказывают о своих проблемах. Наталья Козина уверяет, что 35% проблем решаются благодаря их эфиру: «Руководители слушают эту рубрику, чтобы быть в курсе, что происходит у людей, чем они недовольны».
Сами «радийщики» называют ее самой народной рубрикой и «термометром, по которому можно определить накал страстей вокруг той или иной темы». Каждую неделю набирается примерно по семь звонков. «Люди желают высказаться, и мы даем им эту возможность. Самое главное, что на их слова реагируют. А если не реагируют, призываю их звонить еще и еще», – вдохновенно рассказывает Наталья Козина. «Вот вам, кстати, и ответ на вопрос, слушают ли нас», – она снова взвешивает в руках толстую тетрадь.

Что значит «чистый эфир», и когда диктор плачет от счастья
Центральная аппаратная – та самая, откуда на всю область передают голоса дикторов и журналистов, находится за дверью под цифрой «13» с табличкой «Посторонним вход воспрещен». Здесь работают электромеханики Сергей Евлампиев и Ольга Брантова. Радио в этой комнате не выключается, чтобы всегда следить за тем, идет ли сигнал и какого он качества. Сегодня и уже 38 лет подряд с эфиром работает Ольга Брантова: «В нашем деле главное внимание. Прямой эфир – это большая ответственность». Она говорит, что не только с техникой, но и с людьми в студии, которая за стеклом, давно научилась общаться жестами.
А за стеклом записывает новости для утреннего выпуска диктор Валентина Протасова. Не верится, что ее чистый красивый голос слышишь вживую, а не через провода и динамики – настолько «радийно» оно звучит. Когда она закончила, присаживаюсь поговорить за тот самый стол с микрофонами, где она работает вот уже 39-й год, откуда выходили в эфир легендарные дикторы ульяновского областного радио и сотни их гостей.
– Диктором на радио я мечтала стать с самого детства, – рассказывает Валентина Владимировна. – Радио – в нашем доме оно выглядело как черная тарелка – слушали с утра до вечера. А в соседнем доме жила диктор Валентина Дашук. Когда я узнала, что она – тот самый голос из радио, то стала смотреть на нее как на божество и мечтать, что стану как она.
– И стали. Как же осуществилась мечта?
– Проходила мимо здания телевидения, прочитала объявление о конкурсе на замещение должности диктора телевидения. Понимала, что я не телевизионный человек, но втайне понадеялась, что вдруг и на радио что-то получится. Причем там было написано, что ищут человека в возрасте до 25 лет, а мне было уже почти 27 лет, но я все-таки рискнула и пошла на конкурс. Вышла во второй тур, а третий не прошла. Потом через пару месяцев мне пришло письмо от Анатолия Михайловича Мавренкова, тогдашнего директора радио, где он написал: «У меня для вас есть предложение, от которого вы не сможете отказаться». Пришла, и мне предложили действительно быть на радио диктором. Я от счастья плакала.
– Над голосом пришлось поработать?
– Нет, голос – это подарок природы и мамы с папой. Приходилось работать над собой. А помог мне в этом замечательный человек, диктор Борис Васильевич Трутнев. В течение первых двух недель мне предложили читать объявления, в прямой эфир. Захожу я впервые в студию, включается микрофон, и у меня мысль только о том, что сейчас каждое мое слово услышит вся область. Это было такое волнение невероятное! Борис Васильевич, с которым работала в паре, не бегал вокруг меня, не говорил: «Успокойся, все будет хорошо», он просто сел в расслабленную позу и начал спокойно читать. А я стала повторять за ним. Он стал моим учителем и в профессии, и в жизни.
– Если голос не ставили, а он у Вас такой от природы, думается, что сам бог велел Вам становиться диктором…
– Знаете, вспомнила, что занималась если не постановкой голоса, то художественным чтением. Правда, еще в школе. Актриса из драмтеатра организовала при библиотеке кружок. Помню до сих пор, как она учила меня читать отрывок из «Анны Карениной», где Анна приезжает поздравить своего сына с днем рождения: тут сделай паузу, тут нужно понизить голос…
– За столько лет работы Вы, как никто другой, видели, как меняется радио. Технически все, конечно, усовершенствовалось. А что-то было лет двадцать-тридцать назад, чего нет сейчас?
– Сейчас нет доски, где вывешиваются приказы о выговорах «за небрежное отношение к материалу в эфире», и лично я об этом очень жалею. Если бы сейчас все подходили к работе так въедливо, как Анатолий Мавренков, при котором существовала эта доска, в эфире не было бы столько казусов. К радиокультуре относились строго, и мне это очень нравилось. Немыслимо было, чтобы в эфир выходил человек с дефектом речи.
Когда я начинала, все материалы готовили журналисты, а читали дикторы. Представьте, новости, потом очерк – и все моим голосом, это все сливалось, это скучно для радиослушателей. Когда появилась тенденция, что журналисты сами стали читать свои материалы, кто как чувствует и понимает, – эфир стал намного интереснее. Но когда на всю область вещает журналист с дефектом речи – этого я никогда не принимала и не приму. Эфир должен быть чистым.
– Областное радио, однако, планку не понижает. Я видела в студии словарь ударений, такой потрепанный, видно, что им пользуются.
– Да, им пользуются все, в том числе операторы эфира. А у нас в дикторской разных словарей целая кипа. Запомнить и знать все невозможно, каждый раз мы тщательно готовимся к эфиру.
– Во сколько же Вам приходится вставать, чтобы выйти в прямой эфир с утренними новостями, да еще и подготовиться?
– Долгие годы я была единственным диктором. Сейчас мы работаем по очереди с Владиславом Витковским. Так вот, каждый день, кроме выходных, я вставала в двадцать минут пятого. Транспорт еще не ходит в это время, шла пешком с Кролюницкого. Без десяти шесть я должна принять погоду и в шесть утра быть в эфире. Теперь же встаю в 5.25 и не каждый день.
– Такой ежедневный подвиг можно совершать только ради любимой работы.
– Я безумно люблю радио, так, что даже передать не могу. И люблю всех людей, кто здесь работает. Знаете, как мы между собой общаемся? «Здравствуй, Валечка, здравствуй Витенька, как твои дела?». Областное радио – это культура, это другая формация людей, которая сохраняется здесь уже много лет.

ПЕРВЫЕ ПОЗЫВНЫЕ
Каждая радиостанция, мало-мальски себя уважающая и желающая иметь «лица не общее выражение», в эфире ищет свои позывные. Так было и у нас. До начала 70-х годов вещание Ульяновского областного радио открывалось позывными – первыми тактами из песни «Течет река Волга». В одной из поездок на очередной фестиваль районной культуры редактор музыкальных радиопередач Л.М. Афанасьева и звукооператор B.C. Галанцев услышали впервые исполненную песню В. Левашова «Над Ульяновском вечер ласковый…». Она сразу понравилась творческой группе. Запись привезли в Ульяновск. Дали послушать председателю комитета И.Н. Милюдину. Ему тоже понравилось. Но принять решение о смене позывных без идеологического отдела обкома КПСС тогда было никак невозможно. Пригласили третьего секретаря обкома В.Н. Сверкалова. Ему сначала не понравилось. Но когда Владимир Николаевич услышал слова о родине Ильича, он удовлетворенно хмыкнул и сказал: «Пойдет!». Мелодию отвезли в Москву во Всесоюзный дом звукозаписи, где и были изготовлены новые позывные нашего радио, которые вы слышите каждый день до сих пор.

Дата
За 1951 год
у микрофона Ульяновского областного радио выступили 250 человек: рабочих, колхозников, партийных и советских работников. Вышло в эфир достаточно большое количество передач с заводов, фабрик, МТС, из колхозов. Уделялось внимание и подготовке передач для молодежи и детей. Вот некоторые из них: «Праздник букваря», «В чем красота человека?», «Вечер молодой семьи», «Наши корреспонденты». Активно работала и музыкальная редакция. Непременным условием подготовки радиопередач было участие в них Человека Труда.

1955
По данным 1955 года, в Ульяновской области имелось 188 радиоузлов; из них 62 – принадлежало Министерству связи СССР, 71 – колхозам, 55 – другим различным ведомствам.

1957
В 1957 году в области действовало 40 любительских станций, принимавших вещание из Ульяновска, немалое внимание уделялось и подготовке кадров.

В 1958 году радиосеть области состояла из 9000 коллективных приемников и 39 тысяч индивидуальных радиоточек.

В декабре 1959 года вступил в действие Ульяновский телецентр с уникальной, лучшей в Поволжье, концертной студией со специальной акустикой и монтажными аппаратными. В ней записывались выступления многих известных артистов Советского Союза, в числе которых и величайший бас – Борис Штоколов.

По данным 1960 года, в Ульяновской области работало 213 радиоузлов. 185 тысяч семей слушали проводное радио, из них более 122 тысяч на селе.

1970
В 1970 году в честь 100-летия со дня рождения В.И. Ленина и в связи с успешным выполнением поставленных перед Ульяновским комитетом по телевидению и радиовещанию при облисполкоме задач 600 связистов области были награждены медалями «За доблестный труд».

80-х
К началу 80-х годов к «радиодому» был сделан пристрой. В нем разместились аппаратные, редакторские кабинеты, фонотека, насчитывающая на сегодняшнее время более 30 000 (!) бесценных записей исполнителей «всех времен и народов», и, конечно, речевая студия, из которой мы «вещаем» и доныне.