Всегда любопытно посмотреть на себя немного со стороны, узнать то, как оценивает и воспринимает привычное для нас пространство некто иной. Особый интерес вызывает точка зрения того человека, который родился и вырос в другой стране и принадлежит совсем к другой культуре. Именно это любопытство руководило нами, когда мы попросили об интервью Эмори Ричардсона (Emory Richardson) – гражданина США, уже больше года живущего в Ульяновске. Наш собеседник – 27-летний преподаватель английского языка, работающий сейчас в одной из частных школ города, – с удовольствием откликнулся на предложение редакции.
– Эмори, хотелось бы сопоставить не вообще Штаты и Россию – это будет несколько абстрактно. Больший интерес, вероятно, представляет сравнение Вашего родного города и Ульяновска, – если, конечно, такое сравнение вообще уместно.
– Я родился в Огайо, но основную часть жизни прожил в городе Сент-Пол, штат Миннесота. В агломерации с Миннеаполисом – городом-близнецом – Сент-Пол вполне сопоставим по количеству жителей с Ульяновском. Если говорить именно о моем личном восприятии, то главное, в чем я вижу сходство наших городов, – это, конечно, «речное расположение». Сент-Пол, как и Ульяновск, раскинулся на обоих берегах крупнейшей
реки – Миссисипи. Поэтому я
очень люблю гулять по Новому Венцу: то место, где открывается вид на Волгу, – мое самое любимое.
Ну, а что касается промышленности – в Сент-Поле есть и своя авиакомпания, и военное предприятие, но в данной сфере я разбираюсь хуже, мне это не столь интересно.
Вообще, Сент-Пол не является крупным городом, но в то же время это не захолустье. Ульяновск, близкий к нему в данном отношении, поэтому меня и привлек. На мой взгляд, все очень большие города сильно похожи по культурной жизни, а вот города поменьше – в них есть какая-то специфичность, своя особенная культурная атмосфера.
– Кстати, почему Вы решили приехать в Россию и по какой причине был выбран именно Ульяновск?
– Мне всегда хотелось изучить второй язык. Я уверен в том, что одна из целей человеческой жизни – постоянный рост, самосовершенствование и преодоление внутренних и внешних границ. Познание нового языка как раз дает возможность такого преодоления.
Одно время я работал в Чикаго в юридической организации. Там было настолько скучно, люди были столь занудны и несчастливы, что я ужасался, говоря себе: «Ведь и меня ожидает такое же будущее!». Именно поэтому, когда представилась возможность поработать в такой экзотической для американцев стране, как Казахстан, я решил рискнуть и поехать. Как раз там я познакомился с русским языком. Вернувшись в США, я решил продолжить изучение русского уже в России, как мне и хотелось, – с глубоким погружением в языковую среду.
С этой целью я стал переписываться с различными российскими организациями, мне предложили приехать и в Санкт-Петербург, и в Москву, однако я решил выбрать провинцию. Мне показалось, что в столицах я буду слишком часто встречаться с носителями английского языка, а, к примеру, в том же Ульяновске этот шанс не столь высок.
– Если продолжить дальше сопоставление «Сент-Пол – Ульяновск»…
– Да. Я, конечно, не могу утверждать, что знаю ваш город очень хорошо, но, по моим субъективным ощущениям, Ульяновск гораздо больше связан с селом, с загородным пространством, чем, например, та же Москва. В Сент-Поле – примерно такая же ситуация. У нас есть так называемые «загородные дачи», условно говоря – сельская местность. По выходным многие выбираются «на природу» – правда, в Сент-Поле для этой цели предпочитают зимнее время.
Кроме того, наше старшее поколение – бабушки и дедушки – чаще всего, по происхождению связаны именно с сельской местностью, «районом», в то время как их дети и внуки
– уже городское поколение. Мне кажется, приблизительно то же наблюдается и в вашем городе.
Как и в Ульяновске, многие мои земляки хотят уехать в более крупные и престижные города и штаты в поисках лучшей жизни, – но в то же время многие из них с удовольствием продолжают жить, работать и наслаждаться жизнью именно в Сент-Поле.
– Вы упоминаете, в основном, о сходстве наших городов. А в чем, на Ваш взгляд, наиболее заметные отличия?
– Если говорить о каком-то «материальном» или, так сказать – визуальном отличии, то в первую очередь бросается в глаза, конечно, состояние дорог. Российские городские дороги похожи на загородные дороги в Штатах.
Еще одно заметное отличие – в каком-то отсутствии графиков, расписаний: нет того самого, что хочется назвать «тотальным менеджментом». Иными словами, вы живете так, словно у каждой организации или даже человека – свой индивидуальный график, не совпадающий со всеми остальными.
Сильно отличается, конечно, и кухня. Все-таки США – это ведь страна иммигрантов, которые привезли с собой огромное количество рецептов, специй, одним словом – разнообразили пищевую культуру страны. В Ульяновске, не знаю даже почему, заметно пристрастие к укропу и – особенно – сметане: мне кажется, эти ингредиенты добавляются в очень многие блюда.
Ну, еще обычно русские друзья меня спрашивают о мусоре в городе. По-моему, российская, ульяновская природа, в отличие от нашей, сама по себе не такая «прилизанная», более дикая, что ли, свободная – так что количество мусора в городе на этом фоне вполне приемлемо, никакого «неприятия» и особого внимания у меня все это не вызвало.
– Как все-таки в будущем Вы планируете использовать знание русского языка?
– Честно говоря, пока четко не представляю. В интеллектуальном плане меня интересует экспериментальная психология, точнее – использование нестандартного, творческого мышления в его связи с языком. Взаимодействие российских и западных ученых в этой области довольно-таки слабое, поэтому, скорее всего, я вернусь в Штаты для получения соответствующей научной степени. Уверен, что в любом случае знание второго языка пригодится – в том числе для моих психологических штудий.
– Родственники и близкие, когда Вы приезжали в США, не говорили вам, что Вы изменились после России?
– Специально об этом мне не говорили – просто не было времени, но многие отметили, что я сильно похудел!
– Считаете ли Вы, что жизнь в Ульяновске как-то приблизила Вас к пониманию России, «русского характера»?
– Вообще, вопрос о «загадочной русской душе», наверное, сильнее всего тревожит самих русских. По всей видимости, это схоже с вечной озабоченностью американцев темой «свободы». Конечно, я еще очень мало прожил в России, чтобы делать какие-либо заключения о ее культуре.
Скажу только, что моей настольной книгой является «Анна Каренина» Льва Толстого – я с удовольствием прочел ее два раза, правда, пока на английском. На русском читаю сейчас «Незнайку» Носова – не столько потому, что там простой язык, сколько по той причине, что в этом произведении употребляется много таких слов,которые используются в повседневной речи.
– А произведения симбирских писателей – Гончарова, Карамзина, Языкова – не читали?
– Пока нет. Слышал, конечно, о них, но еще не читал. Думаю, что обязательно с ними познакомлюсь.
– Хотелось бы что-нибудь пожелать ульяновцам и нашему городу?
– Американцы не умеют произносить тосты и говорить пожелания. Нужно подумать… Конечно, успеха и развития, а также – избежать «утечки мозгов», что весьма свойственно не самым крупным городам. Главное, наверное, не столько думать о том, как удержать людей в городе, сколько о том, как их привлечь сюда. А будущее -оно всегда зависит от нас самих и от тех, кто живет рядом.
Беседовал Евгений Нувитов Редакция благодарит преподавателя-методиста Ирину Акишину за помощь в переводе во время интервью с Эмори.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.