Вещи, которые сделаны своими руками, стоят особняком среди того многообразия продукции, предлагае­мой сегодня покупателю. Натураль­ные материалы, кропотливый труд и оригинальный дизайн – вот, что отличает такие работы. Но много ли ценителей такого эксклюзива? Предприниматель из Ульяновска Юлия Емелина специализируется на производстве изделий из кожи. «УП» встретилась с рукодельни­цей и поговорила с ней о тонкостях ремесленного бизнеса.

– Юля, расскажите немного о себе и о том, почему вы решили работать с кожей.

– По образованию я дизайнер, художник-оформитель. Меня всегда удивляло, что в Ульяновске нет такой услуги, как изготовление подарков под заказ, когда человек приходит с какой-то своей идеей и просит специалистов помочь ее воплотить. Или он вообще не знает, что подарить, и ему нужен со­вет. Вместе с одной знакомой мы соз­дали агентство, которое занималось именно такими подарками. На первом этапе у нас не было никакого оборудо­вания – мы придумывали и воплощали разные идеи с помощью подручных материалов. Как-то попробовали по­работать с кожей – нам понравилось. В итоге это дело нас затянуло, и мы переквалифицировались из агентства в производителя изделий из кожи. Теперь мы выпускаем постоянный ас­сортимент, который продается у нас в Ульяновске и пользуется спросом во многих других городах.

– Вы сказали, что к вам в агент­ство приходили люди, которые не знали, что подарить. Какие были варианты?

– Разные. Все зависело от того че­ловека, которому был предназначен подарок. Например, одна ульяновская компания заказала в подарок своему руководителю золотую корову, кото­рая доится золотыми деньгами. А один частный клиент попросил сделать кар­ту для любителя вин, в которую он мог бы вставлять пробочки с отметкой тех мест, где побывал.

– Теперь у вас есть постоянный ассортимент товаров. Что поль­зуется наибольшим спросом?

– Ежедневники с кожаной об­ложкой, брелки, визитницы. Это до­статочно стандартные вещи, но мы их делаем в своем стиле. Из сувенирной продукции сейчас очень популярны чехлы на кружки – у нас есть темати­ческие наборы: «Пират», «Шериф» и так далее.

– Где вы берете материал?

– Материал для работы найти не­трудно, мы покупаем его у кожевенно­го завода.

– Сколько людей работает у вас в мастерской?

– Четыре человека. У нас часто появляются новые люди. Так как это в основном молодежь – они еще ищут себя, ротация происходит быстрее. Но некоторые остаются. Сейчас у нас сло­жившийся коллектив.

– Какое оборудование вы исполь­зуете в работе?

– Швейные машинки. Тиснильный аппарат и лазер, с помощью которого мы делаем гравировку.

– Сложно было открыть торго­вую точку?

– Непросто. Сначала крупные тор­говые центры в принципе никак не реагировали на нас. Тогда я пришла к руководству одного из них с нашими изделиями, поставила и сказала: «Вот, смотрите, что мы делаем». Им понра­вилось, и они сказали: «Да, давайте мы найдем вам место». Расположение у нас не самое удачное, но покупатели нас знают. Некоторые даже приводят к нам экскурсии.

– Легко ли было в принципе начать свое дело? С какими трудностя­ми вы столкнулись как предпри­ниматель?

– Сложнее всего было переквали­фицироваться в производственную компанию. Нужны были деньги на оборудование, на аренду производ­ственного помещения, на материалы. Увеличилось количество работников, изменился рынок сбыта. Появились дополнительные траты – выезды на разные выставки.

– Вы являетесь членом региональ­ной Ремесленной палаты. Что это вам дает?

– Помещение для производства нам предоставляется на льготных условиях. И на выставки они нас при­глашают.

– На недавней встрече губернато­ра с ремесленниками обсуждался вопрос с патентами. Как вы от­носитесь к этой идее?

– Положительно. Я считаю, что налоговое администрирование – это абсолютно ненужная нагрузка для ремесленников. Свой оперативный учет мы все равно ведем по-другому, и нас он вполне устраивает. А все, что делается для налоговой, – делается специально. Лучше, чтобы этим за­нимался отдельный человек, потому что у мастера нет на это времени. В то же время бухгалтер не понимает специфики ремесленников, нужно садиться и помогать ему, объяснять какие-то вопросы. То есть я за патен­ты обеими руками. Единственное, что мне не очень нравится, это то, что пла­нируется выдавать патенты ремеслен­никам без регистрации их в качестве ИП. Мне кажется, это не совсем верно. Все-таки человеку нужно давать воз­можность самому реализовывать свой товар – не через кооперативы, как это делают, например, в Казани, а напря­мую. Либо этот вопрос нужно как-то продумать, чтобы человек, не будучи индивидуальным предпринимателем, мог реализовывать свой товар корпо­ративным клиентам или магазинам, которым нужны документы.

– Есть ли у вас конкуренты в Ульяновске?

– Прямых конкурентов нет – тех, кто бы специализировался именно на изделиях из кожи. Есть компании, ко­торые занимаются корпоративной су­вениркой, но мы друг другу не мешаем, у нас свой сегмент. Если же говорить о мастерах, которые что-то делают на дому, то с ними мы тоже не конкури­руем – наше оборудование позволяет делать немного другие вещи.

– Вы говорили, что продаете свои изделия не только в Ульяновске. У вас есть интернет-магазин или это благодаря выставкам?

– Мы представлены на портале «Ярмарка мастеров». Конечно, и уча­стие в выставках помогает найти по­купателей – как розничных, так и опто­вых. Со многими магазинами в других городах у нас налажено сотрудниче­ство. География магазинов, которые продают наши изделия, очень широ­кая: Москва, Нижневартовск, Орел…

– А как вы определяете цены на свои изделия?

– Как и все, наверное: считаем рас­ходы, стоимость работы (если это се­рийная вещь, есть понимание, сколько у человека уходит времени на ее изго­товление) плюс наценка на прибыль компании. При этом у нас есть две цены: оптовая и розничная.

– Вы продолжаете работать с частными заказами, когда люди приходят и говорят: «Сделайте мне что-нибудь эдакое»?

– Да, девочки в магазине прини­мают такие заказы. Хотя чаще всего человеку нравится какая-то вещь и он хочет такую же, но «с перламутровы­ми пуговицами».

– А что-то необычное заказыва­ют? Костюм ковбоя, например?

– Костюм ковбоя мы еще не шили, зато делали кожаные шкатулки под за­каз. Одна компания попросила обшить кожей металлический сейф – сделать его похожим на книгу с надписью «Ка­питал».

– А какие-то необычные материа­лы вы используете: кожу кроко­дила, питона?

– На самом деле все, что делают из экзотических кож, очень простое в дизайне. Сама кожа является главным украшением. А нам интересно пои­грать с цветом, с фактурой. Мы красим материал, шкурим, пропитываем чем-то. С экзотикой так делать не будешь.

Но если кто-то закажет что-нибудь такое, мы сделаем. Если он еще и сам шкуру принесет для этого, будет от­лично.

– Ваш магазин работает уже три года. Планируете расширяться?

– Нельзя сказать, что розничная торговля – это основная наша сфера деятельности. Она у нас скорее имид­жевая. Увеличения торговых точек мы не планируем. Розница – это отдель­ный вид бизнеса, которым нужно за­ниматься. У нас пока к этому нет боль­шого интереса. Да и смысла в большой розничной сети, на мой взгляд, в горо­де нет. Товар из кожи достаточно спец­ифичный. Такие изделия редко приоб­ретают спонтанно, до такой покупки нужно дозреть. Поэтому, я думаю, нам достаточно одной торговой точки.

– Можете ли вы составить пор­трет вашего клиента, кто он?

– Это люди, которым нравятся тактильные ощущения, которые лю­бят вещи с душой – не штампованные, а именно сделанные вручную. Даже магазины – наши оптовые покупатели – часто заказывают что-то специаль­но, для продажи только у себя. Про возраст наших покупателей ничего не могу сказать – это абсолютно разный контингент.

– Предприниматель – это и швец, и жнец. Вы сами сейчас больше занимаетесь офисной работой или непосредственно изготовле­нием изделий?

– Нагрузка действительно очень большая. Много времени отнимает бухгалтерия. Тем не менее я стараюсь и сама работать с кожей, потому что мне это нравится. В последнее время стало интересно еще ездить по выстав­кам – общаться с людьми, выстраивать контакты. Там ты получаешь много об­ратной связи, черпаешь идеи.

– Остается ли у вас время на себя?

– Остается. По-другому нельзя. У меня семья, двое детей, они сами за­берут это время. В какой-то момент я поняла, что нельзя работать кругло­суточно. Это и на самой работе пло­хо сказывается – пропадает интерес к тому, что ты делаешь. В этом году у меня был первый за последние пять лет полноценный отпуск. Я специаль­но уехала за границу, откуда в принци­пе не могла решать какие-то вопросы, и отдыхала по полной программе.

Алёна Дамбаева