Из федерального центра выделена компенсация на содержание украинских переселенцев в сумме более девяти миллионов рублей.

Поток временных переселенцев из Украины, едущих в нашу область, схлынул, некоторые вернулись на родину, кто-то уехал в другие регионы. Тем не менее сейчас на территории Ульяновской области действуют восемь пунктов временного размещения, в которых проживают 470 человек. Понятно, что условия в разных ПВР тоже различные. В минувшую среду в рамках своего визита в Кузоватовский район губернатор Сергей Морозов и члены регионального правительства посетили один из таких объектов, расположенный в селе Баевка Кузоватовского района. Пункт разместили в здании школы.
Понятно, что сельская школа в небольшом отдаленном селе и не шикарная, но все же гостиница в областном центре имеют очень разные возможности принять переселенцев. Условия в Баевке роскошными, конечно, не назовешь: за неделю в классах не выстроишь перегородки, чтобы обеспечить каждой семье изолированную жилплощадь. Но здесь поставили кровати, в туалете установили душевые кабины, принесли телевизоры и бытовую технику. Здесь тепло, есть вода, электричество и кормят. А с неба не падают бомбы.

– Мы из поселка под Луганском, – рассказывает Маша Сайголова. – Ночью прямо на наш дом упала бомба. Я, как была в ночной рубашке, босиком, успела выскочить и помчалась к сестре. Квартиру завалило, вряд ли ее можно восстановить. Хуже всего то, что там остался мой паспорт: все документы я держала у сестры, а паспорт постоянно таскала с собой, поскольку там за день его по двадцать раз проверяли. А я же даже одеться не успела и не взяла ничего.
После этого Маша и семья ее сестры Ольги Нестеровой решили, что нужно уезжать. Ольга – многодетная мать, у нее трое детей, младший Назар – совсем малыш. На границе они натерпелись – из-за того, что у Маши не было паспорта, их не хотели пропускать.

– Мы там торчали пять часов, – вспоминая, Ольга ежится. – Лил страшный дождь, дети у меня с ног валились, плакали. Денег у нас не было. Совсем. Потом все-таки пропустили. Говорили, что нас на той стороне границы должны были встретить сотрудники МЧС. Никто нас не встретил, стемнело, мы понятия не имели, куда идти. Нам помогли обычные люди. Сначала женщина объяснила, куда идти, и немного проводила, а потом мужчина на машине бесплатно довез всех нас до станции. И еще денег дал.

На вопрос, как им здесь живется, Ольга коротко отвечает – терпимо. Тепло, кормят хорошо. Но есть проблемы. Назар – аллергик, а у самой Ольги эпилепсия. Нужны лекарства. А в Баевке даже памперсы достать проблема.
– Мне лекарства привозят аккуратно, а вот с лекарствами Назарке возникают задержки. Я бы, конечно, хотела перебраться поближе к цивилизации – трудно с тремя детьми здесь. Но пока, видимо, придется остаться здесь. Муж уже работу нашел, и жилье мы подыскали. Но тут возникает еще один вопрос. Как только он выйдет на работу, нам надо съезжать отсюда. А на что мы будем жить до первой зарплаты мужа?

Маша уже устроилась на работу в баевский ФАП медсестрой – у нее медицинское образование. Но и у нее проблемы: надо как-то восстановить паспорт.

– Мне говорят, что для этого надо ехать в Москву, в посольство. А на что я, спрашивается, поеду? На свои пять с половиной тысяч?

В Баевку вынужденные переселенцы прибыли в ночь с 22 на 23 августа. Сейчас в учреждении проживают девяносто человек. Месяц назад прибыло почти вдвое больше – сто семьдесят, остальные уехали. В здании сельского клуба для детей дошкольного возраста открыта разновозрастная группа кратковременного пребывания, школьники обучаются на базе МОУ СОШ № 2 села Кузоватово.

Между тем на очередном заседании комиссии по координации и мониторингу социально-бытового устройства временных переселенцев обсуждалась другая проблема: вот-вот наступят холода.

– ПВР на базе «Ульяновского Артека» мы практически расформировали, – сказал советник губернатора, курирующий сферу временных переселенцев Александр Павлов. – Делали это по следующей схеме: совместно с центром занятости составили перечень вакансий во всех МО региона с возможным размещением. Потом побеседовали с каждой семьей, с каждым человеком. На данный момент из девяноста шести человек там осталось двадцать три, которые никак не определятся.
На прошлом заседании комиссии обсуждалась проблема с очень низким трудоустройством – всего 12 процентов. Эта цифра сейчас выросла, но ненамного – до двадцати семи. По информации специалистов профильного ведомства, в центры занятости населения региона обратились 307 граждан Украины. В результате трудоустроено 224 человека, из них 193 на постоянную работу и 31 – на временную. Кроме того, самостоятельно трудоустроились 112 переселенцев. Из числа граждан Украины, находящихся во всех пунктах временного размещения региона, 65 человек нашли работу, 86 проходят стажировку и собеседования.

Главным вопросом Сергей Морозов назвал вопрос обеспечения граждан Украины теплой одеждой и обувью. Выбегая из горящего дома, зимние сапоги прихватывать не будешь, поэтому обеспеченность теплыми вещами очень низкая – например, дети, которых в области сейчас 922, обеспечены теплой обувью на шесть процентов. Кое-что, конечно, уже раздали. Но и тут возникают неприятные ситуации. Как прозвучало на совещании, тут тоже равенства нет – кому-то раздали новые вещи, кого-то одели в секонд-хенд. Все это приводит к трениям, конфликтам. А люди ведь и без того взвинчены. Что, кстати, совершенно неудивительно.

А, безусловно, хорошей новостью стала информация министра здравоохранения и социального развития Павла Дегтяря. Региональная заявка Ульяновской области полностью одобрена в правительстве страны. И из федерального центра выделена компенсация на содержание украинских переселенцев в сумме девять миллионов 444 тысячи рублей. Эти средства покроют все расходы на организацию пунктов временного размещения до 1 сентября. На компенсацию дальнейших затрат будет составлена новая заявка.
Ксения Викторова