«Саш, понравилось. Ты растешь. Правда. Охватываешь все новые и новые области, даже те, которые не так «поэтичны» – на первый взгляд. А ты делаешь из быта и грязи поэзию. Это, по-моему, и есть под­линное умение сочинять».

«Прекрасно написано, повеяло прямо Нико­лаем Рубцовым. Завидую по-белому. За Вами – поэтическое будущее». Это отзывы с сайта стихи.ру об Александре Дашко. Молодом ульяновском поэте. Необычном, неординар­ном человеке. С ним хочется – с высоты иного возраста и жизненного опыта – говорить о поэзии, о жизни, чувствах, смыслах.

– Александр, ты являешься лауреатом всероссийского фестиваля молодых поэтов имени Лермонтова «Мцыри». Как это случилось?

– Это было в Москве в 2011 году, и было мне 17 лет. Годом ранее я занял первое место на Поволжском этапе фестиваля в Пензе. Один знакомый посоветовал отправить туда стихи. Думал-думал, почему бы не попробовать? В последний момент отправился в Пензу. Про­вел там бессонную ночь и утром отправился на конкурс. Дальше была Москва. В рамках фестиваля побывал на семинарах и мастер-классах в литинституте. Сам конкурс проходил в Центральном доме литераторов. Нужно было не просто представить свои стихи, но и вы­разительно прочитать со сцены за пять минут столько стихов, сколько получится. Я получил диплом, книги и право публикации в москов­ских изданиях.

– Думаю, после таких событий даже у сомневающегося человека становится больше уверенности в себе? Тем более в 17 лет…

– Сначала, конечно, прилив творческих сил, эйфория. Тебя признали! Но через некоторое время наступает отрезвление. Я понял: это зарубка, какой-то этап на моем пути. И опреде­ленная ответственность…

– …надо начинать все сначала?

– Да, только уже на дру­гом витке спирали. Не упасть ниже достигнутого уровня. И появляются со­мнения: не стал ли я хуже, иду ли я по верному пути?

– А как начинался этот путь? Влияние семьи?

– В моем случае – сто­процентно. Мама – вос­питатель, отец – музыкант. В моей семье всегда куль­тивировались искусство, любовь к литературе. Так получилось, достаток в семье был небольшой, но никогда не жалели денег на книги, даже, может быть, жертвовали чем-то другим. До сих пор у нас очень большая би­блиотека. С самого раннего детства – сам я еще не умел читать – отец читал мне Блока, Есенина, Лермонтова.

– Как стихи отзывались в детской па­мяти?

– Завораживали музыка стиха и те эмоции, которые таились между строк. Я почему-то всегда плакал над есенинскими стихами.

– А когда научился читать, взял в руки…

– Ремарка и Диккенса – в 8 лет, потом появи­лись Достоевский, Лондон. На интеллектуаль­ном уровне, может, и не все понимал, но на уровне эмоций понимал. Детских книг я тогда не читал. Дошел до них в глубоко сознательном возрасте – для расширения кругозора. И прямо пропорционально чтению серьезных книг ухуд­шались мои отношения со сверстниками.

– В общем, серьезную базу подготовил для поэзии…

– В 12 лет погрузился в чтение Лермонтова, его юношеских поэм. И вот пришло в голову: что если я, «юноша бледный со взором го­рящим», сам напишу стихи? Получится ли? Первое стихотворение написал в пятницу 13 января 2007 года, и оно называлось сим­волично – «Утро». Возникла непреодолимая тяга писать еще и еще. Потом понял, что без этого не могу. Что-то внутри не дает покоя, и пока не напишешь – не переболеешь. Писал о природе, пытался философствовать.

– Любой человек может написать стихи, если захочет?

– Писать может любой. Но нужно понимать: если просто рифмовать – тогда это просто баловство. А если ты обнажаешь свой вну­тренний мир, если ты способен увидеть что-то необычное в мире окружающем (что дано не всем) – это и есть поэзия.

– Что может стать поводом для рождения поэтических строк? Чувства, мысли, явле­ния, поступки?

– У меня обычно получается так. Возникают какие-то мысли, рождаются образы – и скла­дываются в строки. Иногда это могут быть воспоминания о чем-то (например, о детстве, которое у меня прошло в коммунальных квар­тирах). И должна возникнуть какая-то искра.

– Что ее высекает?

– Боль. Страдание. Никогда не писал стихи, восторгаясь чем-то или кем-то. А когда есть какой-то конфликт внутри тебя, это стимули­рует работу мысли.

– И в твои 20 лет можно пережить много страданий?

– Но ведь у души нет возраста, если иметь в виду, что душа вечна. Я очень рано повзрослел, может, не в плане взаимоотношений с людьми, а в плане своего мировоззрения. Душа взрос­лела в зависимости от событий и от того, чем я ее заполнял.

– Поэзией можно и нужно зарабаты­вать?

– Лично я считаю, что не нужно. Торговать своей душой – это неправильно. Можно ли? В провинции – никак. Конечно, любая работа от­влекает от поэзии. Но не стоит только сидеть за столом и выжимать из себя строчки. Нужно проживать эту единственную жизнь. И в то же время поэту, наблюдающему за жизнью, нужно немножко оставаться в стороне.

– В современной жизни, забитой Интер­нетом, сведенной к безликому общению, так мало поводов приобщиться к поэзии, не правда ли?

– Сам я такого общения в соцсетях не при­емлю. Но задача поэта: сохранить то чистое, светлое, настоящее, что все-таки осталось в жизни, оберегать ее от всей этой мишуры.

– Твои стихи тебе помогают жить?

– Они помогают мне, с одной стороны, лучше познать себя, а с другой – оставаться самим собой. И чувствовать себя нужным другим.

…Сейчас Александр задумался о первой книге. Может, финансовая ситуация позволит выпустить ее в следующем году. Она будет на­зываться «Болевой порог».

Татьяна ФОМИНА