Конференц-зал Ульяновского наноцен­тра опустел лишь к вечеру. Сессия ведущих экспертов Фонда «Сколково», инвесторов и «стартаперов» длилась больше шести часов: в программе было восемнадцать проектов. Экс­перты из Москвы строго следят за временем, ограничивая каждое выступление девятью минутами. Реакция на критику экспертов не­однозначна: спор, некоторые сглаживают ше­роховатости юмором, а кто-то не первый раз приехал на экспертизу, настойчиво исправляя прежние ошибки. После многочасовой рабо­ты модератор встречи директор по науке Кла­стера ядерных технологий Фонда «Сколково» Александр Фертман любезно согласился дать интервью «Ульяновской правде».

«Индивидуальные, а не серийные подходы»

– Александр Давидович, в феврале во время Startup Tour вы уже посещали наш город. Сам факт вашего приезда в Ульяновский центр трансфера техноло­гий свидетельствует о том, что наш ин­терес к Фонду «Сколково» не является односторонним…

– Действительно, по итогам Startup Tour мы договорились, что будем вести совместную работу с регионами по развитию технологиче­ского бизнеса. Мы, конечно, заинтересованы в том, чтобы вовлечь в орбиту «Сколково» луч­шие инновационные проекты. Но есть четкое понимание – нельзя «оголять» регионы. На­помню, что в соответствии с законом с 1 ян­варя 2016 года стартапы – участники нашего проекта – частично должны перенести свою деятельность в «Сколково». Мы предпола­гаем, что, поработав в «Сколково» один – два года и завершив свои разработки, компании вернутся в регионы с уже готовыми продук­тами и, создав производство, принесут своей малой родине значительные налоговые по­ступления. Для регионов – это новые рабочие места и налоги, а для нас – вариант успешного развития бизнеса сколковских резидентов.

Что касается Ульяновского центра транс­фера технологий, то с этой командой мы дела­ем несколько пилотных проектов. В том числе УЦТТ участвует в реализации соглашения с Ульяновской областью о совместном раз­витии инновационной среды. Обычно такие мероприятия, как сегодня, мы проводим более локально с конкретными университетами или технопарками, но в Ульяновске это переведе­но на более системный уровень – под патронат региональной администрации. Для меня это первый опыт такого взаимодействия.

– На работу в «Сколково» вы пришли из науки. Параллельно занимались бизнесом или серийным предпринимательством?

– Бизнесом не занимался, но организа­ционную деятельность, необходимую для развития научных проектов, вел активно. Когда у вас есть лаборатория с большим ко­личеством молодых сотрудников, требующих адекватного уровня зарплаты, необходимо привлекать гранты, контракты. Получалось привлекать средства на научные разработки, коммерциализацию технологий. Мы в отделе А.А. Голубева в ИТЭФ сделали первую по­пытку трансфера в Россию технологии угле­родной терапии для лечения онкологических заболеваний, разработанной партнерами в ин­ституте GSI в Германии.

Коллеги любят термин «серийное пред­принимательство», но я не совсем понимаю, что это такое. Мой опыт показывет, что в боль­шинстве случаев для развития технологиче­ского бизнеса требуются индивидуальные, а не серийные подходы.

«Американцы не привыкли долго думать о других»

– Помимо ядерного кластера, вы отве­чаете за взаимодействие с зарубеж­ными научными сообществами. Есть ли напряженность между учеными из-за политических событий?

– Научное сообщество не так полити­зировано. Больших проблем с европейски­ми учеными нет, какие-либо дискуссии не останавливают нашего взаимодействия. Три недели назад в США участвовал во встрече российско-американской ассоциации сооте­чественников. Мероприятие проходило под лозунгом «Думаем по-русски», были вели­колепные выступления украинских ученых. Соотечественники, работающие в научных центрах США, рассказали, что июньская ис­терика немного схлынула: американцы не привыкли долго думать о других. Но в биз­несе есть проблемы: чувствуется нестабиль­ность отношений России с Западом. С этой неопределенностью в Америке не готовы мириться. А европейцы, по-моему, готовы, поэтому на бизнес-уровне не прерывается взаимодействие со средними и крупными не­мецкими и финскими компаниями.

– Падение курса рубля отменяет проек­ты Фонда «Сколково»?

– Зависимость от курса валют есть, но ресурсы достаточны. В дальнейшем при пла­нировании надо переходить на новые меха­низмы. У фонда достаточно возможностей, чтобы реализовать проекты, под которыми он подписался, и запустить новые качественные проекты, на которые мы очень рассчитываем. В кризисные времена наиболее мудрые пра­вительства инвестируют в инновации.

– Зарубежные ученые по-прежнему явля­ются обязательными экспертами новых проектов?

– Сохранившаяся легенда. Раньше было требование (отменено более двух лет назад), чтобы внутри проекта был иностранный спе­циалист. Вопрос, на который отвечает экс­перт, анализирующий проект, претендующий на статус участника «Сколково», сегодня – международный опыт команды. Он оценива­ется по количеству международных проектов и конференции, в которых принимал участие разработчик и/или предприниматель. Кроме того, в заявке необходимо продемонстриро­вать способность подняться над локальным пониманием своей технологии и показать ее место в технологических цепочках не только в России, но и в мире. Во время сессии я не­однократно делал замечание коллегам, что они мало знают о достижениях российских и зарубежных конкурентов.

Ульяновские стартапы

– Сегодня в основном молодые люди пре­зентовали разработки. Результат сес­сии оправдал ваши ожидания?

– Такой возраст не типичен, в русском стартапе средний возраст – пятьдесят лет. Не­много расстроило то, что проекты поступали медленно. Мы не могли понять, какого типа экспертов и инвесторов приглашать. Наша встреча была объявлена больше месяца на­зад, но проектов до последнего момента было мало, и мы еще за неделю сомневались, не от­менить ли мероприятие. У инвесторов плот­ный график, а когда за четырнадцать дней до сессии они увидели, что заявок почти нет, то просто удалили мероприятие из графика… При этом большинство обсужденных сегод­ня проектов имеет приличный уровень, да и количество на пределе (больше 20 проектов за сессию оценить затруднительно). Но из-за «нерасторопности» ребята упустили шанс по­общаться с большим количеством экспертов и инвесторов.

Я представляю ядерный кластер, а Дими­тровград – ядерный центр. Надо сказать, что я ждал более активного участия со стороны профессуры вузов и удивился очень слабому представительству Димитровграда. Как и во время Startup Tour, этот город обещает много на словах, а на сессии было мало его предста­вителей.

– Какие проекты, на ваш взгляд, наибо­лее перспективны?

– Из ульяновских разработок я отметил проектирование 3D-принтеров (разработчик цветов. – Здесь и далее прим. авт.) Этот про­ект относится к одному из приоритетных для ядерного кластера направлений – аддитивные технологии. Проект по сетевым решениям на базе простых, дешевых сенсоров – тоже наш (разработчик Дементьев). Хороший проект по диагностике оптической прозрачности и вязкости нефтепродуктов (разработчик Ни­заметдинов). Ульяновские стартапы по тема­тике биомедкластера также обладают, на мой взгляд, хорошей перспективой.

– Интересно, что среди выступающих две – три команды не собираются делать бизнес: неплохие идеи, но им надо переформатиро­вать проекты, чтобы работать с нами. Им надо продолжать работу в университетах, и хорошо бы при поддержке центров трансфера техно­логий, которые во многих местах еще нужно организовать. Возможно, функцию базовой поддержки выполнит совместный Центр трансфера технологий РАН и РОСНАНО.

Важно отметить, что во многих проектах есть куда двигаться. Например, проект по ди­агностике заболеваний лосося существенно продвинулся за полгода благодаря партнер­ству с региональным наноцентром: разработ­чики изменили взгляд на бизнес. Ульяновский проект по 3D-принтерам может пойти в Фонд «Сколково» напрямую, мы готовы помочь с подготовкой заявки. Участниками фонда становятся малые и средние компании, но не лаборатории или частные лица. «Сколково», оказывая поддержку технологическим стар­тапам, не входит в капитал и не претендует на интеллектуальную собственность даже в случае предоставления грантовой поддержки проекту. Компания остается чистой и свобод­ной для инвесторов. Участникам «Сколко­во» государство предоставляет налоговые и таможенные льготы, которые позволяют на первом этапе развития сэкономить деньги для развития технологии.

Первые шаги по взаимодействию Фон­да «Сколково» с региональными центрами инноваций очень важны, только в личном общении мы начинаем доверять друг другу и двигаться дальше в этом непростом деле, и я хочу поблагодарить ульяновских коллег за гостеприимство и плодотворную работу.

Алексей Ткачёв

Справка «Ульяновской правды» Фертман Александр Давидович, кандидат физико-математических наук, 42 года. С янва­ря 2011 г. работает в Кластере ядерных технологий Фонда «Сколково». Организует взаи­модействие с российскими и зарубежными научными и технологическими центрами и индустриальными партнерами фонда, ведет работу по привлечению в проект высококва­лифицированных ученых и инженеров и по поиску новых бизнес-идей для разработчиков, специализирующихся в области радиационных и ядерных технологий. Содействует иссле­дователям в организации контактов с предпринимательским сообществом. Важнейшими элементами его деятельности являются формирование экспертного сообщества Кластера и определение технологических приоритетов Фонда «Сколково» в области ядерных и радиаци­онных технологий.