При вступлении в новый срок губернатор Сергей Морозов объявил о реформировании общественных структур. Количество ныне существующих местных палат, движений и советов подсчету не поддается. Конституционная, но пока совершенно незаметная Общественная палата кроме всего прочего совершенно затерялась среди сонма параллельных, дублирующих, формально — профильных, но играющих совершенно непонятную никому роль «палаток» поменьше. В каком находятся общественные институты сегодня, и в каком направлении могут пойти реформы мы поговорили с непосредственными участниками процесса.

В качестве большой вводки для полноценного обзора всей сложившейся ситуации позволим большую цитату. Коллеги с портала «SM-News» сделали расклад по всей местной общественности, разделив её на несколько условных групп:

«Первая — общественные движения, которые никак организационно не оформлены. Это движения «Начни с себя», «За советскую школу», «За гордость и славу родного края», «За сохранение лучших традиций отечественного здравоохранения», «Карамзинское движение» и ряд других. Все они либо лично инициированы главой Ульяновской области, либо поддержаны областным руководством и существуют за счёт энтузиазма участников и ведомственных ресурсов. Ко второй группе можно отнести общественные организации, которые обладают высоким статусом из-за поддержки со стороны областной власти и претендуют на роль голоса общественности. Это «Совет родителей», советы отцов, женсоветы, а также разного рода ветеранские организации, объединения инвалидов и отраслевые союзы, получающие от государства гранты и субсидии. Их руководители нередко являются советниками губернатора. В-третьих, создано большое количество советов при органах власти, либо тематических межведомственных советов. Только при областных министерствах и департаментах насчитывается 16 совещательных структур. К числу межотраслевых относятся Совет ветеранов войны и труда, Совет по демографической и семейной политике, национальным проектам, Совет по продвижению чтения и поддержке книгоиздания, Совет по развитию моногородов, Совет по развитию гражданского общества и правам человека, Совет по внедрению проектного управления, Экспертный совет по развитию ИТ и так далее. Все эти структуры включают в свой состав чиновников, экспертов и активных общественников, проводятся за счёт ресурсов ведомств и правительства. Четвёртую группу составляют структуры, которые носят общеобластной характер и претендуют на высшую строчку в условной иерархии общественности. Это Экспертный совет при правительстве области, Совет региональных и местных властей, Общественная палата Ульяновской области, а также Палата справедливости и народного контроля, которая включает пять уполномоченных по разным вопросам. Последние две палаты получают отдельное финансирование на содержание аппарата и оплату работы ответственных лиц: в 2017 году на них запланировано 5,1 и 23,7 млн. рублей соответственно. Работа палат регламентирована не подзаконными актами, как у отраслевых советов, а законами области. К последней группе примыкают Медицинская и Педагогическая палаты Ульяновской области, которые также имеют свои аппараты и финансируются из бюджетов соответствующих региональных министерств».

Слово экспертам:

Журналист Сергей Гогин: 

1

Суть не в количестве общественных структур, а в их качестве, которого у нас в Ульяновской области нет. С трудом назову те, которые отвечают задачам. Хотя один из положительных примеров — Центр спасения диких животных: они действительно помогают, и тем более на благотворительных основах. Остальные имитируют деятельность и нужны только тем, кто имитирует.

Председатель областной экологической палаты Александр Брагин:

1

— В новом сроке, когда губернатор собирал представителей политический партий, я одним из первых выступил с инициативой о роспуске всех общественных институтов. Нет эффективной работы, общественные палаты не видят проблем. В развитых странах, да и в СССР проблемы поднимались населением. Сейчас надо провести полную ревизию структур, посмотреть эффективность их работы за последние пару лет, и не по количеству заседаний, а по тому, какие проблемы поднимались и доводились ли до конца. Российское законодательство позволяет общественным палатам оформлять факты нарушений и направлять их в надзорные органы, которые принимают меры. Например в Димитровграде часть общественных советов работает хорошо: там отстояли Черное озеро, на которое деньги выделили, решили вопрос по браконьерам. Постоянно идут конфликты с капремонтом: не видел, чтобы районные советы или палаты их поднимали. Если брать отраслевые палаты, то здесь тоже нужно посмотреть их эффективность. Может их сократить и на базе Общественной палаты или Палаты справедливости создать отделения или комиссии.

Председатель РСМ Ульяновской области Александр Луконин:

1

— Общественные организации могут быть конкуренты различным учреждениям, в  том числе государственным.  Что касается отраслевых советов, если они есть: например, организация «Красный крест» — её работа должна заводиться по отраслевому методу, она должна быть представлена в министерстве здравоохранения и соцблагополучия. Нужно, чтобы организации собирались с руководителями направлений, профильными министрами и могли определять векторы работы. Это должна быть игра не в одни ворота. У нас собирают общественность, что-то обсуждают, но она не принимает участие в реализации этих направлений. На одном из заседаний совета по культуре бабушка предложила ежедневно проводить утреннюю зарядку на площади Ленина. Я предложил быть ей ответственной. И всё — ни слуху, ни духу. Советников много, а вот кто работать будет? Если назвался груздем — полезай в кузов. В советах нет ничего плохого, но это должны быть работающие органы.

Председатель совета Движения «Культурная инициатива» Дмитрий Ежов:

1.htmlж

«Общественность» — то есть наиболее активная, неравнодушная часть общества, для власти — или ресурс, или раздражитель. В зависимости от того, сильная власть или слабая. Ресурс — если власть действительно хочет работать для людей, а не для себя. Тогда общественность — сторона постоянного диалога, «поставщик» низовой (реальной) повестки. Собственно как и СМИ. Сейчас последние фактически взяли на себя роль проводника. И власть слышит и реагирует. Именно поэтому сейчас Ульяновск вполне можно назвать городом полноценной электронной демократии. В отличие от Самары, например. Где власть СМИ практически не слышит. Будучи руководителем комитета по СМИ ОП прошлых созывов я предлагал сшить работу интернет-СМИ и ОП напрямую. Собираться и разбирать текущую повестку. Не услышали. Но именно в этом направлении я бы видел развитие. Только на работе с реальной повесткой общественные институты могут занять реальную роль в общем механизме. Пока они — слишком вещь в себе, слишком замедлены для современных скоростей. В итоге сугубо гражданскую повестку подбирает оппозиция, и та же самая власть получает хорошие предвыборные оплеухи. Посмотрим, как процесс перезагрузки видит губернатор, но без решения обозначенных проблем ему точно не пройти.

К сожалению, так и не удалось получить комментарий у председателя Общественной палаты прошлого созыва, доктора политических наук Нины Владимировны Дергуновой. Предлагаем продолжить разговор в комментариях.