Николай Марянин прислал  нам грустую весть:тринадцатого  ноября на 87-ом году жизни скончался чувашский поэт Анатолий Фёдорович Ермилов (творческий псевдоним — Анатолий Юман).

Анатолий Фёдорович родился 28 октября 1932 года в деревне Средние Алгаши Ульяновского района Средневолжского края (ныне Цильнинский район Ульяновской области) в семье учителей. Первое своё стихотворение опубликовал в 1947 году в районной газете. После окончания Староалгашинской школы  был корреспондентом   районной газеты.  В  1961 году окончил отделение журналистики Казанской высшей партийной школы; затем работал заместителем редактора Цильнинской районной газеты.В 1989-1994 годах был  заместителем  редактора Ульяновской областной чувашской газеты «Канаш».

Жил в селе Большое Нагаткино .

Анатолий Юман – автор  многих   поэтических сборников на чувашском и русских языках. Его перу принадлежат переводы произведений русскоязычных поэтов на чувашский язык. Издал более сорока  книг стихов и прозы..

Анатолий Фёдорович был почётным членом    правления Ульяновского культурно-просветительского общества им. И.Я.Яковлева, члеом  правления Ульяновской областной чувашской культурной автономии. Удостоен звания Заслуженного работника культуры Российской Федерации и Почётного гражданина Цильнинского района. Лауреат премии имени Марии Ульяновой Ульяновской областной журналистской организации и литературной премии имени Петра Хузангая,учрежденной  Союзом писательской организации Чувашской Республики.

Прощание с Анатолием Юманом прошло 15 ноября в селе Большое Нагаткино.

«Симбирский глагол» публикует  стихи   Анатолия  Юмана.

                                               ***

 

Анатолий ЮМАН (1932-2018)

 

СЕЛО

 

Государством лежит на увале село:

Сколько судеб оно воедино сплело!

 

Деревенская улица — ровной строкой,

Огороды прорезаны чистой рекой.

 

Каждый дом, словно кладезь народных примет,

И совсем не похож на соседа сосед.

 

Этот в пляске — орёл, тот в работе — мастак,

Ну, а этот — лентяй и поспать не дурак!

 

Тот — душа, неразменная совесть сельчан,

Ну, а этот — чванлив, пустослов, грубиян.

 

Но не зла, а добра больше в нашем селе,

Потому и живём мы на этой земле!

 

*   *   *

В этом мире тот и жив поныне,

Кто раздвинул времени предел.

Позабыты те, кто Паганини

Дать приют в земле не захотел.

 

Он творил. Рукоплескали залы.

Бешено пульсировал висок.

Наливались злобой кардиналы —

Гений был свободен и высок!

 

Мир изменчив — он текучий, зыбкий,

Зло проснулось — и талант затих:

Там, где глупость, — умолкают скрипки,

Там, где чванство, — умирает стих.

 

Властолюбец просто так не сгинет:

Волю дай — и подомнёт народ,

Отлучит от скрипки Паганини,

Сто талантов походя затрёт.

 

Настигает царская немилость —

Как былинка, гибнет человек.

Скрипка Паганини… ты пробилась

Неслучайно — в наш враждебный век?

 

ПРИСЛОНИХА

 

                   Аркадию Пластову

 

Талант твой крепко был сколочен.

Ты край родной любил и знал,

Сюжет и краски для полотен

В далёких странах не искал.

 

В деревню русскую влюблённый,

Ты с нею горести делил,

Знал земляков всех поимённо

И в вечность их переселил.

 

Ты ставил их с собою рядом

И в светлых помыслах был чист:

Глядит с холста спокойным взглядом

Усталый сельский тракторист.

 

Сметливый ум в глазах подпаска,

Соседка встала у крыльца…

Да разве будут блекнуть краски

Полотен доброго творца!

 

То сенокосный полдень тихий,

То март прозрачный у ворот.

И светлый образ Прислонихи,

Нам душу радуя, живёт.

 

РУКОПОЖАТИЕ

 

Вертится извечной жизни круг:

Руку подаёт при встрече друг.

 

— Как здоровье? Как идут дела?

Жизнь обычай этот сберегла.

 

И людская мудрость говорит:

Подал руку — ты душой открыт!

 

…Было так: ещё в пещерный век

Встретил человека человек.

 

И раскрыл один из них ладонь:

— Камня нет! И ты меня не тронь!

 

А другой ответил:

— Я не враг! —

И разжал увесистый кулак.

 

И отвёл смертельную беду

У людского рода на виду.

 

Жив обычай и в нейтронный век,

Жив рукопожатьем человек.

 

Доброта, зажги в сердцах огонь!

Шар земной, раскрой свою ладонь!

 

Перевёл с чувашского

Лев Бурдин.

 

СОЛНЦЕ

 

О, солнце… Лишь ему благодаря,

Над городом, селом встаёт заря.

Есть ты да я… И чудный мир сей есть,

Чтоб сень его воспринимали здесь.

Мы без него не можем испытать

Природы благородной благодать.

Оно же, как гостям, несёт нам свет,

И каждый теплотой его согрет.

Быть может, вправду, землю возлюбя,

Хозяином считаем мы себя?

И эту, нам оказанную честь,

Должны мы с благодарностью учесть.

Всё ж радуйся, что ты пришёл на свет,

И не сведи достоинство на нет.

Как солнце же, неси ты чудо-свет,

Оставив за собою светлый след.

Храни ты честь, забудь про серебро,

Жизнь человека — лучшее добро.

Скажу я не для красного словца:

Храни Мать-землю, Солнышко-отца.

 

*   *   *

Нас родила так нежно Мать-землица,

Она ж взрастила, кормит всех одна,

Чтоб мы смогли душой с природой слиться.

И мне она, как счастья знак, дана.

И после смерти нас хранит она.

 

Перевёл с чувашского 

Анатолий Смолин.