Сейчас я работаю заведующей поликлиникой и врачом-радиологом областного клинического онкологического диспансера. Но работаю здесь практически всю жизнь – с 1998 года, когда пришла сюда, еще будучи юной аспиранткой. Потом защитила кандидатскую диссертацию, стала доцентом кафедры онкологии и лучевой диагностики опорного вуза. Так получилось, что свою профессию я, можно сказать, не выбирала. То, что я стану врачом, знала еще с детства, потому что по бабушкиной линии со стороны мамы все были медиками. Я всегда слышала и слушала, как важна эта профессия, что врачи помогают людям жить, быть здоровыми, какую ответственность они несут. Это с самого раннего детства сидело во мне, где-то внутри.

О работе и мужестве 

Не задумываясь, сразу после школы я поступила на медицинский факультет (тогда еще филиала МГУ) Ульяновского госуниверситета. Там во время учебы познакомилась с моим будущим мужем.

Здоровье и жизнь людей – это главное. Увы, онкология сейчас в нашей стране стоит на втором месте по смертности после сердечно-сосудистых заболеваний. Мы, врачи-онкологи, сами из-за этого переживаем. Даже есть такой термин – «профессиональное выгорание», потому что каждый день за каждого пациента переживаем. Но все же хочу сказать, что моя профессия все-таки позитивная. Многие наши бывшие пациенты приходят и поздравляют с праздниками, многие, кто излечился, продолжают жить полноценной жизнью. Так, например, у одной молодой женщины была лимфома; было проведено 8 курсов химиотерапии, потом закончили лечение лучевой терапией (была 4 стадия болезни), и все сейчас хорошо! Женщина живет, счастлива, уже 10 лет прошло, а она приходит ко мне, рассказывает, как дела, поздравляет с Новым годом, с 8 марта. Есть также мужчина, у него опухоль была злокачественная на четвертой стадии, он прошел много курсов химиотерапии, потом лучевую терапию (было тотальное облучение всего тела). И тоже все хорошо сейчас, уже на протяжении 10 лет. Это не только моя заслуга, а общая, всего нашего коллектива – совместная работа хирургов, химиотерапевтов, радиологов. Еще есть такие люди, которые прошли и лучевую, и химиотерапию, а потом приходят к нам за справкой по прошествии многих лет – она им нужна, потому что хотят забеременеть, иметь детей. Мы им даем – да, в данный момент могут быть дети. К счастью, много таких случаев. Есть даже мальчики леченые, у которых была онкология (заболевание яичек) – тоже за справками приходят, хотят детей. Это так радует!

Но, конечно, нужно нам, прежде всего, быть сильными, мужественными, чтобы наши пациенты тоже были сильными. Ведь в первый раз человек приходит сюда, именно к нам, ко мне, когда у него что-то болит или беспокоит, и у него возникает очень много вопросов. То есть я сталкиваюсь самая первая с ними и решаю их проблемы, направляю на обследование и т.д. Да, нередко бывает, что именно сама озвучиваю пациенту, что у него опухоль… Но стараюсь не говорить человеку слово «рак», говорю – «опухоль, которую можно лечить после обследования». В любом случае эмоции человека мы щадим. Ведь если сказать в лоб слово «рак», пациент может и в обморок упасть от таких слов. Это большой стресс. Нам нужно, необходимо быть мужественными. Более того, после обследования пациента по всем законодательствам мы обязаны уже сказать ему этот диагноз, если подтверждается, какая гистология и как планируем лечить. И только с его разрешения можем сказать об этом его родственникам. Это бывает подчас очень сложно сказать, но необходимо…

О болезни и беде 

Меня многие спрашивают, откуда берется это страшное заболевание, онкология, зависит ли это от региона, от места жительства, от питания. Я так скажу – проблема комплексная. Все зависит от образа жизни человека: курение, алкоголь, не нормальное питание и т.д. Экология тоже занимает не последнее место. По последним теориям развития рака, вирус папилломы человека тоже играет свою роль в развитии онкозаболеваний, еще наследственность (особенно у женщин – рак молочной железы и гениталий). То есть какой-то одной проблемы не существует, которая влияет на развитие рака. Все вместе. Заболеваемость во всех регионах нашей страны высокая с учетом повторения населения. Чем старше человек, тем выше риск заболеть раком. Раньше заболеваемость онкологией была, конечно, меньше, потому что люди не доживали до преклонных лет, как сейчас, когда продолжительность жизни стала намного больше. Поэтому и болели раком меньше. Кстати, поколение, которое прошло Великую Отечественную войну, «дети войны», у них заболеваемость онкологией меньше, но больше заболевали раком именно из-за сигарет и водки, когда люди просто пытались выжить. Был рак желудка, легкого. А сейчас у нас не совсем экологически чистое питание и большую роль играет еда, в частности – фастфуд, различные пищевые добавки, модифицированные продукты. Кстати, мы много едим мяса, особенно жареного. Еще сказывается доступность и дешевизна продуктов. Раньше не было такого, чтобы мы каждый день ели мясо килограммами, а сейчас субпродуктов много разных. Курица варится 30 минут и от костей отваливается – это о чем говорит? То есть проблема комплексная. Питание и экология. От региона не зависит, но зависит от вредного производства в любом регионе. Увы, многие из наших пациентов работают на таких предприятиях. Все зависит от условий труда. А еще много онкозаболеваний среди ВИЧ-инфицированных. Это лимфомы, саркомы. Да, много таких молодых людей. Когда ВИЧ переходит в стадию СПИД (иммунодефицит совсем на нуле), поэтому рак очень высок у данного контингента больных.

О сложностях 

Так скажем, есть сложности, но они не профессиональные, а более моральные. Например, когда человек приходит и начинает на тебя кричать и спрашивать, что ж ему, идти умирать?! То есть у него начинается паника, и он считает, что это почему-то можно выплеснуть на меня, на нас, врачей. В настоящей моей должности такое бывает часто. Может быть, потому, что люди видят перед собой женщину (когда мужчина – врач-онколог, редко позволяют так себя вести). Бывает, что уже человек прошел длительное лечение, был на консилиуме, где его смотрели, но просто нас не слышит. Ему говоришь спокойно, что все это может быть излечимо, а в ответ одна агрессия. Был даже жуткий случай у моей коллеги (после этого у нас в онкодиспансере теперь двери изнутри не закрываются): пришел мужчина, закрыл дверь и сказал врачу, что он такой-то, хочет того-то, скрутил ей руки за спину и закричал, чтобы вела его к главврачу. Якобы ему что-то не понравилось, что-то не дали, не то рекомендовали. Да, ей было очень страшно тогда. Дело в том, что в последнее время пациенты пытаются самостоятельно лечиться по Интернету, где много информации по онкологии неизвестно от кого, консультируют непонятно какие «доктора», и, поговорив с ними, люди решают, что они знают все, знают лучше, чем врачи, как себя лечить. В итоге приходят с требованиями именно о том, что им нужно назначить. Мы отказываемся. Люди начинают злиться. Это вот такой у нас последний бич.

О награде 

Когда я узнала, что стала лауреатом Всероссийской премии пациентов «Будем жить!», было даже как-то неловко перед коллегами. Если честно, удивилась, почему именно меня выбрали, не ожидала. Да, мы подавали документы, был конкурс. Наверное, потому, что сейчас у меня должность заведующей поликлиникой, а еще, может, потому, что мы – лицо и ворота онкодиспансера. Но все равно не ожидала. Да, работаю давно, участвую в разных программах. Внедрила программу обследования мужского населения Ульяновской области старше 50 лет, результатом которой стало увеличение ранней выявляемости рака предстательной железы на 14%, провожу дни открытых дверей. То есть любой человек с улицы может зайти ко мне в регистратуру и сдать кровь на ПСА. Но это моя работа и работа всего нашего диспансера – помогать людям, поддерживать их, лечить, вылечивать и, прежде всего, вселять надежду в то, что все будет хорошо!

Когда 3 февраля в Кремлевском дворце съездов мне вручали эту награду, я очень волновалась: ведь это же на всю Россию, и там было столько известных людей, врачей! А еще у меня была гордость за наш Ульяновск, за диспансер, было очень приятно!

 

О главном 

Это мои дети. Чтобы они выросли здоровыми, умными и нам с мужем на радость. Дочке сейчас 11 лет. Пока она мечтает стать актрисой и даже еще не подозревает, что будет врачом. Именно в медицину отдадим учиться потом. Сыну уже 21 год, он выбрал другую профессию – учится в Казанском университете по специальности «экономическая безопасность».

О мечте 

Какая может быть мечта для женщины? Тоже быть здоровой и счастливой. И помогать людям. Я всем всегда говорю: «Приходите, чем могу, всегда помогу!.

Автор: Анна Рачинская

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.