23 июня исполняется 130 лет со дня рождения одной из самых блистательных поэтесс Серебряного века Анны Андреевны Ахматовой (1889-1966).

В нашем крае жило семь поколений древнего дворянского рода Ахматовых. Это удалось выяснить Ирине Вениаминовне Смирновой, ульяновскому исследователю, заведующей Историко-мемориальным центром-музеем И.А. Гончарова.

Ахматовы пришли из Алатыря вместе с Богданом Хитрово основывать Симбирск. В этих местах за верную службу они получали крестьян и земельные наделы. Словарь Брокгауза и Эфрона свидетельствует, что в 1699 году шесть Ахматовых владели населенными имениями.

Известно, что начинающая поэтесса Анна Горенко решила заменить свою довольно заурядную фамилию на псевдоним «Ахматова». Она утверждала, что род ее предков ведет свое начало от последнего хана Золотой Орды Ахмата. Таковой на самом деле был, и известно, что в 1465 и 1472 годах он предпринимал походы на Русь, закончившиеся, впрочем, неудачей.

Это ничем не подтвержденное семейное предание не раз давало пищу поэтической фантазии Анны Ахматовой. В стихотворении «Имя» она писала:

Татарское, дремучее,
Пришло из никуда,
К любой беде липучее,
Само оно беда.

А в «Сказке о черном кольце» читаем:

Мне от бабушки-татарки
Были редкостью подарки;
И зачем я крещена,
Горько гневалась она.
А пред смертью подобрела
И впервые пожалела
И вздохнула: «Ах, года!
Вот и внучка молода».
И, простивши нрав мой вздорный,
Завещала перстень черный.
Так сказала: «Он по ней,
С ним ей будет веселей».

«Бабушка-татарка» — явное преувеличение поэтессы, любившей создавать о себе легенды. На самом деле татарами были ее самые отдаленные по времени предки.

Ирина Вениаминовна отыскала в сборнике дворянских родословных Симбирской губернии с десять имен рода Ахматовых и редкие документы о них, датированные еще XVII веком. Чего стоит одна только «Сговорная рядная запись помещика С.Д. Ахматова о выдаче замуж за Я.С. Чирикова дочери Пелагеи и о приданом за ней» 1676 года! Отец провожал дочь в замужнюю жизнь с солидным багажом. Какого только добра за ней не было! Тут и иконы с золотыми и серебряными окладами, и жемчуга, и камни драгоценные, и шубы атласные с мехами и кружевами, и крестьяне с крестьянками…

Что и говорить, богатая была невеста! Не от этой ли Пелагеи тот самый заветный ахматовский перстенек?.. По свидетельству близкого друга поэтессы художника Бориса Анрепа, она всегда носила черный перстень и приписывала ему таинственную силу.

Ирина Вениаминовна Смирнова установила также, что дедом Ахматовой был симбирский жандармский полковник Эразм Иванович Стогов, который служил при губернаторе Загряжском.

Женат Стогов был на Анне Егоровне Мотовиловой. История сватовства бравого жандармского офицера к ней необычна. Эразм Иванович был из обедневших подмосковных дворян. Окончив Морской кадетский корпус, он 12 лет служил на Камчатке, вернулся в Петербург, перевелся в корпус жандармов и, получив назначение, в 1834 году прибыл в Симбирск. Волевой и умный, он всего добивался сам.

В оставшихся после него записках можно прочитать: «Я все знал, что творилось в Симбирске, но никто не знал, что я знаю, и поэтому принимали меня радушно. (…) …я был любимым членом общества, верили, что я не мелочный доносчик, но вместе с тем верили, что и затронуть меня очень опасно…».

Амбициозному молодому офицеру шел уже 36 год, и пора было подумать о женитьбе. Стогов искал, как он пишет в записках, «великодушную невесту». Так выражаясь, автор отнюдь не имел в виду качество личности будущей супруги. Материалисту Стогову нужна была девушка, за которой имелось бы не менее ста душ приданого.

В Симбирске он не нашел себе подходящую партию и решил поискать в окрестностях. Узнал, что в селе Цильна Симбирского уезда живет Егор Николаевич Мотовилов. Этот богатый помещик был женат на представительнице рода Ахматовых и имел от нее шестерых детей. Две дочери были уже девицами на выданье. Они и стали объектом интереса Эразма Ивановича, и он отправился в Цильну искать себе счастья.

Глава семейства Мотовиловых, хотя сам не любил выезжать в свет, но гостя принял радушно. Чтобы сделать выбор, Стогову было достаточно услышать девушек. Он самонадеянно считал, что по голосам умеет определять людей. И в общем разговоре буквально с первого слова его сердце покорила 17-летняя Анна Мотовилова. В этот же день решительный полковник просит у изумленного от неожиданности отца руки его дочери. После недолгого семейного совета покорная воле родителей девушка дала свое согласие.

Удивительно, но столь скоропалительный брак, основанный к тому же на расчете, оказался счастливым. В согласии супруги прожили 40 лет. В своих записках Эразм Иванович писал: «Симбирск дал мне много счастливых дней, дал мне милую и ангела душою жену…». Здесь у Стоговых родилось двое дочерей. В 1838 году главу семейства переводят в Киев правителем канцелярии генерал-губернатора. На Украине в семействе Стоговых на свет появилось еще четыре девочки, младшая из которых — Инна — станет потом матерью Анны Ахматовой.

Впрочем, род Ахматовых славен не только ею. Ирина Смирнова выяснила, что их союз с Мотовиловыми дал России немало интересных личностей.

Послушником преподобного Серафима Саровского был Николай Мотовилов. У него необычная судьба, о которой написано несколько книг. Этот молодой симбирский помещик не на шутку влюбился в одну из девиц Языковых. Получив от нее отказ, занемог: отнялись ноги, и он не ходил несколько лет. Крестьяне на руках доставили барина к Серафиму Саровскому в Дивеево.

Святой спросил Мотовилова, верует ли тот в Бога и, получив утвердительный ответ, сказал: «Вставай!». И Николай Александрович поднялся, конечно, не без помощи слуг, и постепенно начал ходить. Саровский предсказал ему, что он женится на крестьянке, и это произошло на самом деле.

Писатель, автор книги «В окопах Сталинграда», диссидент Виктор Некрасов — тоже из рода симбирских Мотовиловых. Его мать была троюродной сестрой Анны Ахматовой.

Еще одна из Мотовиловых — Софья — вместе с мужем инженером Робертом Классоном организовала в Петербурге первый марксистский кружок. На одном из его заседаний в их доме впервые увидели друг друга и познакомились молодые Владимир Ульянов и Надежда Крупская. А впоследствии Роберт Классон работал на советскую власть, претворяя в жизнь ленинский план ГОЭЛРО.

Удалось установить, что внучка упоминавшейся уже невесты Пелагеи Ахматовой стала прабабушкой Павла Анненкова, известного литературного критика и мемуариста, издателя и первого биографа Александра Пушкина. Ахматовы находились в родстве с Карамзиными.

Сколько еще тайн хранит история рода Ахматовых, — это предстоит выяснить историкам и краеведам.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.