В понедельник на аппаратном совещании директор Центра управления стратегическими исследованиями Олег Асмус озвучил итоги  оценки объёмов «теневого» сектора экономики региона за первый квартал в сравнении с аналогичным прошлогодним периодом.

Сообщается, что потенциальная численность трудоспособных занятых в «теневом» секторе сократилась на 22,7%, составив 112,4 тыс. человек. Таким образом их доля в общей численности занятого населения уменьшилась с 23,4 до 19,1%, что хороший показатель в общем уровне по ПФО и Российской Федерации, отмечают в ЦСИ.

Потенциальный объём «серой» зарплаты, позволяющий обеспечить уровень жизни не ниже, чем среднемесячная заработная плата по региону, также снизился на 17,4% до 9594,8 млн рублей, несмотря на рост среднемесячной заработной платы на 7%.

Доля неформально занятых от общего количества:
мужчин уменьшилась на 2%, составив 57% (по итогам 2018 года – 59%) против 43% (ранее-41%) среди женщин.

“Рост занятых неформальной экономической деятельностью среди женщин связан с тем, что в последнее время, именно они используют данный вид деятельности как единственный источник дохода. В современной ситуации неформальная экономика зачастую рассматривается как способ выживания для женщин, исключенных из системы формальной занятости (парикмахеры, косметологи, мастера по маникюру, фотографы, продавцы, кондитеры и пр.) по причине воспитания детей, а отсюда – отсутствие опыта работы”, – говорится в докладе Асмуса.

Средний возраст занятых в неформальном секторе увеличился на 2,2 года, достигнув 43,2 лет (41 год в 2018 году). Связано это с ростом ожидаемой продолжительности жизни (с 2015 по 2017 год в Ульяновской области она увеличилась на 1,88 лет), а также увеличением пенсионного возраста.

“Данные факты «прибавляют» количество рабочих рук, занятых в экономике региона. Данное явление является естественным, но главная проблема в другом: возраст 40-50 лет опасен тем, что в случае потери работы в таком возрасте крайне сложно устроиться на другую официальную работу: к примеру, наши резиденты (Бриджстоун, ДМГ Мори и т. д.) принимают на работу людей только до 40 лет. Данный факт также способствует переходу трудоспособных людей в «теневую» деятельность”, – отмечается жирным шрифтом в исследовании.

Также сообщается, что снижение занятости в неформальной экономике произошло практически полностью за счёт тех, кто занят только в неформальном секторе, – с 97% (в 2018 году) до 92% (1 квартал 2019 года). А численность тех, кто совмещал неформальную подработку с официальной занятостью напротив возросла с 3% до 8%.

“Таким образом, мы наблюдаем картину  увеличения численности тех, кто совмещает неформальную подработку с официальной работой. И здесь мы вынуждены резюмировать: в условиях крайне низких темпов роста реально располагаемых доходов – стремление людей искать разные источники доходов выглядит довольно логичным“, – говорится в исследовании.

Как итог – ЦСИ советует Агентству по развитию человеческого потенциала и трудовых ресурсов сделать упор на поддержку трудоустройства молодёжи женского пола (по статистике, среди выпускников больше девушек, однако при приеме на работу во многих отраслях работодатели чаще всего предпочитают мужчин, и как следствие – рост «самозанятых» женщин) и проработать с предприятиями региона вопрос совершенствования механизма трудоустройства населения после 40 лет.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.