От кори умерла молодая мама. Остался крохотный ребенок… Как возможно это сегодня? Когда есть высокоэффективные вакцины, когда доступны научные исследования, доказывающие значимость прививок в защите от смертельно опасных инфекций? Когда медики, не уставая, разъясняют, что от кори нельзя уберечься, лишь поедая чеснок и соблюдая правила здорового образа жизни… Об этом и о других сопряженных проблемах мы беседуем с президентом Союза педиатров России, руководителем НИИ педиатрии и охраны здоровья детей ЦКБ РАН, заслуженным деятелем науки РФ, академиком РАН Лейлой Намазовой-Барановой.


Лейла Намазова-Баранова: В Конго от кори умерло больше людей, чем от лихорадки Эбола. Фото: Олеся Курпяева/ РГ

Лейла Сеймуровна! Пандемия COVID-19 еще мучает нас. И все ждут не дождутся прививку от нового коронавируса. Неужели и теперь еще можно найти кого-то, кто сомневается в важности вакцинации?

Лейла Намазова-Баранова: Увы, Ирина Григорьевна, на начальном этапе пандемии и мне показалось, что антивакцинальщики как-то вдруг куда-то исчезли. Показалось, что наступил момент, который нам всем давно необходим: когда можно спокойно напомнить людям, которые опять стали слышать, слушать медиков, всю правду о вакцинации и вакцинах. А главное, о том, почему не нужно болеть инфекциями, чтобы получить защиту на будущее — иммунитет.

И почему же?

Лейла Намазова-Баранова: Потому что любая инфекция, особенно на старте жизни, в детстве, всегда чревата или возможными летальными исходами (многие инфекции по-прежнему смертельно опасны для человека), или глубокими последствиями для здоровья. И это миф № 1, что инфекции — это легкие болезни и лучше ими переболеть в детстве! Известны факты о том, что коклюш, если им заболеет новорожденный или ребенок первых трех месяцев жизни (до того как ему успеют сделать прививку), может привести к смерти от остановки дыхания или удушья. А у выживших часто формируется эпилепсия или тяжелые поражения легких как результат перенесенной болезни.

Менингококковая инфекция в течение буквально нескольких часов может забрать на тот свет до этого совершенно здорового ребенка. А если врачи сумеют все-таки спасти его от смерти, ребенок будет жить, но с ампутированными ручками или ножками — потому что тяжелый инфекционный процесс часто вызывает гангрену конечностей. Значительно возросла в последние годы тяжесть течения ветряной оспы, когда ветряночные энцефалиты оставляют глубокий след на психоневрологическом и когнитивном здоровье ребенка. Если, конечно, вообще оставляют его в живых…

А вот еще из последних новостей. У пациентов, перенесших в детстве ротавирусную инфекцию (так называемый «желудочный грипп»), не только остается проблемным на всю оставшуюся жизнь желудочно-кишечный тракт, но и достоверно чаще, чем у неболевших, формируется сахарный диабет. А прививка от ротавирусной инфекции, соответственно, опосредованно защищает и от диабета. И список этот я могу еще долго продолжать.

Вот и по поводу COVID-19 говорили, что он реже развивается у тех, кого активно прививали против туберкулеза прививкой BCG.

Лейла Намазова-Баранова: Вы правы. Уже проанализированы данные, которые убедительно свидетельствуют: люди, привитые живыми ослабленными вакцинами (не только против туберкулеза, но и против кори-краснухи-паротита или, например, оральной вакциной против полиомиелита), действительно болеют реже. А если и заболевают новой коронавирусной инфекцией, то переносят ее легче. И это понятно: такие вакцины стимулируют врожденный иммунитет, который как раз и должен защищать от таких вирусов, как SARS-CoV-2.

И вот это миф № 2: что нет смысла вакцинироваться, потому что все время появляются новые вирусы гриппа, других возбудителей, против которых нужны все новые вакцины. И поэтому смысла в вакцинации вроде как нет. Так вот, наоборот: смысл есть. Есть потому, что любая прививка является, безусловно, специфичной защитой именно против того возбудителя, против которого она сделана. Но дополнительным бонусом идет неспецифическая стимуляция, то есть активация защиты и от других сходных антигенов иных возбудителей. Например, прививаясь от гриппа, мы начинаем реже болеть и другими респираторными инфекциями.

Интересно! Но беда в том, что многие думают, будто инфекций как бы и нет вокруг нас, что мы вроде бы давно их победили. И на дворе эра эпидемии неинфекционных болезней — ожирения, гипертензии, инфарктов и инсультов…

Лейла Намазова-Баранова: И вновь миф! Миф № 3: якобы человечество победило инфекции. Мне хотелось бы привести несколько аргументов, его опровергающих. О том, что мы еще очень далеки от того, чтобы победить инфекции, свидетельствует как раз нынешняя пандемия COVID-19. Разве могли мы предположить еще совсем недавно, например, сидя за новогодним праздничным столом и встречая новый, 2020 год, что уже через пару месяцев жизнь наша сделает столь крутой поворот?! Безусловно, нет.

Взрывной рост заболеваемости и числа смертельных исходов от новой коронавирусной инфекции, медицинские работники в скафандрах, жители, которые много недель сидели в изоляции… Это больше похоже на сценарий фантастического фильма. Но на самом деле было правдой из нашей жизни. А если еще добавить сотни тысяч и даже миллионы людей разного возраста, болеющих и умирающих от банального гриппа, кори, пневмококковой и ротавирусной инфекции и так далее… болезней, абсолютно предотвратимых с помощью вакцин, то становится совсем грустно от неразумности жителей Земли. Особенно тех, кто подобную возможность имеет, но по разным причинам пренебрегает ею. Кстати, и дифтерия в последние годы вновь «подняла голову», и другие инфекции, которые уже казались почти побежденными.

«Любая инфекция, особенно в детстве, чревата в будущем глубокими последствиями для здоровья»

И уж раз о мифах, то еще о двух уместно напомнить. Потому что эти мифы многие люди многократно транслируют, даже не задумываясь об их ложных посылах.

Миф № 4: нет смысла думать об инфекциях! Ведь люди сегодня страдают от болезней сердца и сосудов, ожирения, аллергии, онкологии, аутоиммунных болезней и так далее. На это можно ответить следующее. С позиций современной медицины программирование здоровья человека осуществляется в первые годы его внутриутробной и внеутробной жизни. И если в это время малыша не защитили в первые же дни с помощью прививки от агрессивного внешнего мира, если ребенок переболел какой-то инфекцией, особенно с применением в лечении антибиотиков, то в его организме начнутся необратимые изменения нормального (противоинфекционного) иммунитета на патологический тип иммунного ответа. Это когда сразу или отсроченно стартуют аллергические, аутоиммунные или даже онкологические болезни. Кстати, и масса тела у тех, кого в первые три года жизни лечили антибиотиками, достоверно чаще избыточна по сравнению с теми, кто не болел. Как видите, инфекции и отсутствие вакцинации могут выступать в роли причинного фактора эпидемии неинфекционных болезней.

С другой стороны, обострение атеросклеротического процесса в виде разрушения бляшки, которое приводит к сосудистым катастрофам — инфаркту, инсульту, — тоже запускается инфекцией. Например, известно о так называемых «отсроченных» инфарктах и инсультах, случающихся у перенесших грипп людей. И, кстати, онкологические больные гораздо чаще погибают от инфекционных осложнений, случающихся на фоне применения противоонкологических препаратов, сильно угнетающих иммунитет, то есть противоинфекционную защиту организма.

Теперь миф № 5: якобы в пандемию COVID-19 нужно приостановить плановую вакцинацию. Это категорически неправильное утверждение! Если мы сейчас остановим вакцинацию, то погрязнем во вспышках не менее смертельно опасных инфекций! Всегда привожу в пример опыт Демократической Республики Конго, где случилась год назад вспышка лихорадки Эбола. Пока все ждали как манну небесную прививку от этой новой болезни, перестали вакцинировать от банальной кори. А когда подвели итоги — не сдержали слез: от кори умерло существенно больше людей, чем от лихорадки Эбола.

Так что альтернативы вакцинации сегодня у человечества нет, и спорить с этим бессмысленно.


Внимание! А вы сделали прививку? Фото: Сергей Михеев/ РГ

Вместо послесловия

В своем обращении президент остановился на теме, которая, по его словам, выходит далеко за пределы сферы здравоохранения и является чувствительной для всего общества. Это лечение, помощь детям с тяжелыми, в том числе редкими, так называемыми орфанными заболеваниями. Здесь необходимо системное, именно государственное решение. Помощь должна дойти до каждого ребенка, до каждой семьи, которая столкнулась с такой бедой, подчеркнул президент. Что такое орфанные заболевания? Это болезни, распространенность которых не превышает один случай на 10 000 жителей. Дети страдают ими в разной степени. Но все такие пациенты нуждаются в пожизненном лечении препаратами, которые «исправляют» генетические ошибки природы, лежащие в основе заболевания. Еще 10-15 лет назад до взрослого возраста доживали единицы, в основном с «легкими» генетическими мутациями. Сегодня все изменилось. Дети стали жить дольше. Улучшилось качество их жизни. Их стали активно прививать, причем не только «календарными» вакцинами, но и другими доступными на российском рынке. Так, например, активная позиция родительского сообщества детей с мукополисахаридозами привела к тому, что все дети были защищены от гриппа, пневмококка и т.д. Возможно, именно это явилось объяснением того, что никто из этих детей в эпидемию COVID-19 не заболел. Вот она — сила прививок!

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.