Тема: сохранение конструктивизма

Невежество – страшная сила. В этом убеждаешься, глядя на зияющие пустоты оконных проёмов некогда функционирующего здания больницы на Нижней Террасе Заволжского района г.Ульяновска.

Здание в стиле конструктивизма построено, по данным местных историков, в 30-е годы 20-го века. Несмотря на солидный возраст, оно выглядит очень основательным: стены ровные, на них не видно трещин. Аварийным его никак нельзя назвать. Требуется лишь замена перекрытий и кровли. Много раз перекрашенный кирпич вполне можно почистить. Оконные рамы с оригинальным рисунком переплётов тщательно обмерить и заменить новыми. Заменить и стеклоблоки, добавив в них современную подсветку. Реконструкция здания, сделанная с умом, может превратить его в объект туризма.

В прошлом году (2019 г.) в городе проводились юбилейные мероприятия, посвящённые 140-летию архитектора, спроектировавшего это здание. А через год одно из его творений приговорено к уничтожению рукой невидимого Швондера 21 века.

Парадоксально, как повторяется история. В своё время Феофан Вольсов, автор здания больницы, будучи городским архитектором, спас от сноса памятник Карамзину и металлическую ограду особняка Шатрова (ныне – объект культурного наследия).

В настоящее время в Ульяновске нет городского архитектора с архитектурным образованием, который мог бы, по крайней мере, объяснить непонимающим, что такое конструктивизм и зачем его сохранять.

За строительство военных казарм и устройство рядом с ними парка на северной окраине Симбирска Феофан Вольсов был награждён Николаем II золотым портсигаром с бриллиантами.

Фото существующего состояния здания (декабрь 2020 г.)

Комментарии по теме.

Архитектор Лев Нецветаев: “Ведь есть у нас хороший пример: сохранённая застройка по ул. Ленина. Но это мудрое решение из 1960-х годов. Понятно, что тогда богаче жили и шире смотрели. А что, нашей ОБЛАСТИ сейчас слабо сохранить интересное здание, пусть даже поменяв начинку?”

Архитектор Владимир Сергиенко: “Патологическая страсть наших чиновников – построить новое – означает сломать всё то, что построено до них с убойным аргументом – “Место на въезде, и лучше места под поликлинику не найти”. Но представленный генплан подтверждает, что посадку нового здания поликлиники можно произвести без сноса старого. Вопрос ещё в том, что делать с этим памятником конструктивизма. Это уже в крови чиновников довести неугодное здание до состояния обрушения и потом в срочном порядке предлагать его ломать. Ведь здание действительно знаковое и терять его – это преступление. Так переместите в него Министерство здравоохранения и деньги сразу найдутся. И это здание после реконструкции простоит ещё сто лет в насмешку новомодным 24-х этажкам, которые через 50 лет просто рассыпятся. Удивляет отношение к этой теме чиновника Управления по охране культурного наследия (язык не поворачивается назвать его руководителем) – дайте нам то, дайте нам это, представьте экспертизу, а потом уж мы посмотрим… Да Вашу структуру поэтому и создали, чтобы Вы вели планомерную работу по выявлению зданий-возможных памятников и сами ставили их на учёт, это не бумажки перекладывать на столе и заниматься отписками”.

Краевед Иван Сивопляс: “Печально, конечно. В прошлом году, в декабре, я написал статью «Феофан Вольсов, первый зодчий советского Ульяновска», к 140-летию зодчего: «Он построил больницу при заводе имени Володарского, единственный в Ульяновске образец ценимого в мире советского конструктивизма 1930-х годов». На родине создателя советского государства советский конструктивизм, как кажется, не в цене. А сколько, и правильно, говорится о красном туризме – пандемия однажды закончится – и о музеефикации советской эпохи – но «по делам их узнаете их»… В прошлом, 2019 году, мы юбилеили по поводу Феофана Вольсова, в уходящем 2020 – в связи с 75-летием Великой Победы, и город наш получил почётное звание «Города трудовой доблести» – за труды тех, кто здесь, в тылу, ковал оружие Победы, и завода Володарского, всего, что с ним взаимосвязано это касается в особой мере. Здание больницы, построенной по проекту Феофана Вольсова – свидетель той самой Великой Отечественной войны, тех трудовых подвигов и свершений – и очень бы хотелось, чтобы и в последующие юбилеи оно являло нам сохранённую память”.

Архитектор Александр Варюхин: “Честно говоря, не ожидал, что снос больницы вызовет такое количество комментариев. Причём, на удивление, в основном серьёзных и аргументированных. Это как-то нехарактерно для комментаторов «Улпрессы». Тем радостнее.
Конечно, я за сохранение сооружения конструктивизма – стиля, признанного во всём мире и оказавшего огромное влияние на всю современную архитектуру.
Но подумалось о самой Нижней Террасе. Ведь это классический моногород, как Кыштым, Миасс и др. С той только разницей, что он внутри большого города. И на этой довольно небольшой территории собраны представители всех архитектурных стилей с момента её освоения. И модерн, и сталинский ампир, и «хрущёвки», и советский модернизм, и т.д. Да ещё и конструктивизм, представителей которого в нашем городе можно сосчитать по пальцам одной руки.
На этой территории можно изучать историю архитектуры нашей страны! Уже не говоря о городе. Если здание больницы снести, картина будет неполной. Но это кому-то неинтересно…”

Художник Александр Зинин: “Великолепная публикация. В ней всё горькая правда. Мной просмотрены все последние публикации на эту тему. Наши самые значительные архитекторы, высказавшие своё компетентное мнение, абсолютно правы. Заявленная при этом гражданская позиция честна, по-настоящему конструктивна и примерна для всех. У наших велиречивых и величавых хозяйствующих “чиновничков” – иначе их и не назовёшь – с подобной гражданственностью из рук вон… Эта публикация представляет нравственный образец и ещё великолепна в качестве серьёзной просветительской публикации, в том числе и всех наших чиновников, темой “Что такое советский конструктивизм!”. Спасибо авторам за их компетентность и гражданское мужество.”

Архитектор Кирилл Артамонов: “Подобных новостей в последнее время становится все больше и больше. Считаю дикостью подобное отношение к, пусть даже ветхой, архитектуре. Как говорится, «что имеем, не храним, потерявши плачем…». Очень печально, но, к сожалению, у нас в городе не умеют работать с архитектурным наследием, да и вообще с городскими пространствами, следствием чего является, в том числе, потеря национальной идентичности, самоидентификации и ухудшение качества жизни…
Однако, однозначно, сооружения подобной планировочной структуры, хранящие в себе определенную историческую память имеют огромный потенциал: не только быть восстановленными, но также, после грамотной реставрации и ревитализации, могут обрести новую современную функцию, став точкой притяжения не только для жителей нашего города, но и для всей страны.
Есть масса примеров грамотной работы с подобными сооружениями, не только в Европе, но, в том числе, и в современной России. Это и крупные столичные объекты вроде комплекса «Депо» на ул. Лесная в Москве, ставшее одной из ключевых точек притяжения столицы, и здание НАРКОМФИНА, превратившееся из ветхой постройки в самое дорогое жилье в стране, и, далеко ходить не нужно, сооружение «Белая башня» в малоизвестной до этого проекта Сысерти, которое сперва по инициативе неравнодушных людей прошло путь от попыток уничтожения к своему восстановлению, и вот буквально недавно получило федеральную поддержку для полноценной ревитализации.
Очень радостно, что руководство этих городов, а также инвесторы понимают, что эффект как культурный, так и экономический от грамотного переформатирования и реставрации старых построек оказывается всегда в разы выше, чем от безликой, типовой новостройки. Но одновременно вдвойне горестно от осознания, что в твоём родном регионе, в городе, являющемся столицей области, строительная деятельность (подчеркну, не архитектурная) направлена лишь на получение моментальной прибыли, моментального пиара «без реального дела», а о действительно качественных пространствах, бережном отношении к наследию архитектуры и грамотном градостроительном планировании, направленном на будущее, речи вообще не идет…”

Директор ООО “Средневолжское предприятие Спецпроектреставрация” Артём Климов, архитектор Александр Андрианов: “Здание является историческим наследием г. Ульяновска, этот стиль закреплён в учебниках по архитектуре. Здание нужно сохранить как пример стиля конструктивизма 30-х годов – для будущего Ульяновска, как города с историей. Предлагаем подготовить коллективное обращение на имя начальника Управления по охране объектов культурного наследия администрации Губернатора Ульяновской области для включения данного здания в выявленные объекты культурного наследия. Если к мнению архитекторов не прислушиваются, пусть это определяет эксперт по ОКН”.

Архитектор Николай Селянкин: “Как-то в последнее время к нам приходят новости, не дающие повода для радости. Смотришь на действа наших властей, а там ничего, кроме профанации, отсутствия культуры, здоровой принципиальной гражданской позиции, с одной стороны и с другой: дрожащая тишина со стороны краеведов, минкультры, историков, комитета по культурному наследию, советника по вопросам архитектуры, в чьих руках должны решаться подобные вопросы. Вам не кажется, что это уже диагноз. У них даже в голове ничего не щёлкает, про совесть молчим, что этим самым делают выстрел в спину своих внуков! При таком поведении мы проигрываем все, выигравших не будет! Поэтому на нас смотрят как на варваров, мы же поступаем, действительно, как самые настоящие варвары: имея постройку, являющуюся уникальной местной исторической достопримечательностью, возведённую замечательным, достойным архитектором Ф.Е. Вольсовым, много сделавшим для нашего Симбирска-Ульяновска, собрались всё это сносить. Вот довести до аварийного состояния и потом воодушевленно снести с радостной улыбкой, ну мастера! Это вам по плечу! А теперь представьте на секунду, что бы было со странами колыбели нашей цивилизации (Греция, Испания, Италия, Кипр), если бы они жили руководствуясь такими же подходами и манерами как у нас! Много бы из глубины веков дошло бы до нас? Даже страшно становится! А мы им позволяем уродовать нашу землю. Вместо того, чтобы сделать полноценную реконструкцию, обновить и довести до требований современных стандартов существующее строение и дополнить новыми постройками, органично включёнными в существующую планировочную структуру больничного комплекса. Найти в архитектуре такую гармонию уважительного диалога построек разных времен, объединённых одной функцией, вызывающего ощущение целостности всего комплекса и хранящего неподдельную интригу: как и за счёт чего такое могло состояться. Вот это задача! Да, не простая! Но только её решение делает наш мир богаче, а палитру жизни многогранней и интересней!
Совсем недавно ко мне пришла информация, поразившая меня тем что, несмотря на очень тяжёлое современное положение (Covid, кризис, экономика, социальная сфера), некоторые муниципалитеты в Италии проводят открытые архитектурные конкурсы по реконструкции объектов древности с целью поиска оптимального решения по включению их в современную жизнь, которая не терпит ни тишины, ни пустоты. Вот вам другой подход и другое отношение!”

Краевед Вячеслав Ильин: (Историческая справка) … Из исторических зданий по проезду Заводскому сохранилось только двухэтажное здание из красного кирпича. Ныне здесь находится дневной стационар терапевтического профиля ЦГКБ (проезд Заводской, №30а, корп. 6). Здание это строилось в 1930-1934 гг. для Заволжской больницы на 150 мест. Автором проекта в стиле конструктивизма был архитектор Ф.Е. Вольсов. Прорабом – начальником первого участка Ульяновской госстройконторы был К.А. Осипов. Строилась больница с типичными признаками долгостроя. Первые документы о планах возведения новой больницы датируются 1926 годом. В 1929 г. общество врачей по просьбе горздравотдела дало заключение по проекту строительства Заволжской больницы. «В течение строительного сезона 1929-30 года будут происходить подготовительные работы к закладке каменного здания для больницы при заводе №3». Были и опережающие оптимистические сообщения: «В 1932 г. в Ульяновске вступила в строй новая больница в Заволжье с родильным отделением на 30 коек». За ними следовала принципиальная критика: 03.06.1933 г. на заседании Ульяновского горсовета рассматривался ход строительства Заволжской больницы, было отмечено «нетерпимое отставание … и если они не обеспечат окончание строительства к XVI годовщине Октябрьской Революции, то будут персонально отвечать … как за умышленный срыв». Под «они» имелись ввиду лица, отвечавшие за городское строительство: Мясин – заведующий ГКО, Вольсов – главный инженер ГКО, Шамарин – начальник Коммунстроя. 13.12.1933 г. Президиум Ульяновского Горсовета констатировал, что «работы по пуску тепл. хозяйства Заволжской больницы не закончены, … будут закончены примерно к 20.12.1933 г.». В начале марта 1934 г. Президиум Ульяновского Горсовета в очередной раз установил «последний срок передачи Заволжской больницы в эксплуатацию 23-го марта с.г.». После открытия Заволжской больницы в течение нескольких лет главным врачом был И.Л Эрлих, сын провизора с заволжской слободы Часовни Л.М. Эрлиха. До сноса в этом районе зданий и сооружений 1930-х гг. и строительства многоэтажек заволжская больница числилась по улице Офицерской, №66 (~до 1973 г.). 18.01.2001 г. она стала называться городской больницей №4 (а до этого это был стационар Заволжской городской больницы №4. В 2014 г. после очередной реорганизации её присоединили к ЦГКБ Ульяновска…”.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.