Житель села Старое Еремкино Чердаклинского района Виктор Додонов поменял бутылку водки на новую машину. Нет, не в буквальном смысле. Но эту метафору не следует воспринимать и упрощенно. Борьба между дьявольской алкогольной жаждой и разумной тягой к благопристойной жизни тянулась несколько лет с переменным успехом. Победил здравый смысл, а, может быть, инстинкт. За последние десять лет трезвости главы семьи Додоновы выкарабкивалась из злой нищеты. Теперь у них доходное крестьянское хозяйство, ухоженный дом, в гараже «десятка» – давняя вожделенная мечта Виктора.

Что же снизошло на его непутевую голову, коль он раз и навсегда расквитался с алкоголем и вернулся в мир естественных ощущений и желаний? Об этом превращении можно было бы сочинить впечатляющий рассказ в духе Франца Кафки. Но никакой мистики в этом нет. Все проще и суровее, как наша действительность. Участковый уполномоченный инспектор милиции Камиль Бекерев подловил Додонова на мелкой кражонке. Тот по пьяни упер с местной фермы мешок комбикорма. Замаячил суд. Прибежала к участковому зареванная жена пропойцы – Валентина: только не сажайте его!

Камиль Бекерев принял тогда неуставное, так сказать, решение. Либо срок с отбыванием в колонии, либо кодировка от алкоголя, но срок все равно получишь, только условный. Так и поступили.

Камиль Бекерев теперь глава Староеремкинской сельской администрации. О том, как он, будучи милиционером, боролся с пьянством деревенских мужиков и баб, рассказывает с внутренним содроганием. Старое Еремкино – село немаленькое, но достаточно компактное. Все знают друг друга в лицо: жить и жить бы в приятельстве. Но стоит только кому-то «наступить на пробку», уйти в многодневный сумасшедший запой – жди всевозможных ЧП. Семейные драки, соседские разборки, мордобой, поножовщина. Уж участковый-то знал: почти все преступления на бытовой почве – по пьяни! Уговоры, увещевания, задушевные беседы — все по боку. Единственная, пожалуй, зацепка – это заставить выпивох лечиться. На добровольно-принудительной основе. Поймал на каком-либо безобразии, сразу условие: иди, дорогой, на отсидку. Хотя, нет! Закодируйся, там посмотрим…

– Это вроде бы шантаж, Камиль Шамильевич, – говорю Бекереву, – разве такие ваши действия были законны?

– Да бросьте! О каком законе вы говорите? Вы хоть одну семью пьяниц видели? Вы видели, во что превращаются деревни, где пьют по-черному? Нет, я считаю, что все средства хороши, чтобы остановить этот девятый вал безумия.

Теперь семья Додоновых – живая иллюстрация безбедной трезвой жизни. Бекерев вспоминает, как однажды Виктор, столкнувшись с ним на улице, в шутку пожаловался: что-то не хватает мне, Камиль Шамильевич. Чего же именно? А вот с Валентиной своей давно не цапался. Нет повода, понимаешь…

Трезвая жизнь, оказывается, заразительна. В Старом Еремкино все больше семей, которые расстались с пьяным бытом. Мужики, а они, в основном, по природе своей люди дельные, мастеровые, всегда при работе. Это чушь несусветная, когда кто-то утверждает, что в деревне негде приложить руки, оттого и полная безнадега, оттого – пьянство. Тот же Виктор Додонов держит крепкое личное хозяйство и подрабатывает у местного фермера В.Плаксина. Тому трезвый помощник — свет в окошке.

Камиль Бекерев, как волонтер на антиалкогольном фронте, не одинок. В Сенгилеевском районе не так давно в СПК «Вперёд» выбрали председателем Валентину Краснову. Пришлось ее уговаривать, ведь хозяйство-то было разрушенным, что называется, ни кола, ни двора. Районное начальство обещало помощь: «инвестиции, инновации»… Я не знаю, что такое инновации, заявила Краснова, но мне нужно одно: отвадить мужиков от пьянки. Вот это будет самой лучшей инвестицией.

История повторилась как в Старом Еремкино. Краснова собрала в круг механизаторов. Либо и дальше будете голытьбой, либо жить и работать по трезвости. Завтра приедет бригада из областного наркодиспансера. Кто хочет лечиться – шаг вперед. Грубо, навязчиво? Но ведь насильно никто не тянул. Есть выбор, решай, как поступить. СПК «Вперёд» преобразился. Выполз из разрухи, люди стали получать зарплату, на лицах женщин заиграли улыбки.

– Ни в коем разе нельзя упрощать эту проблему, – делится своими соображениями Валентина Краснова. – Я прибегла к медицинской помощи от отчаянья. Вообще же, я убеждена: пьянство можно искоренить лишь оздоровлением всей социальной атмосферы на селе.

– Что вы имеете в виду?

– А то, что трезвость должна быть поощряемой, а пьянство – наказуемым. А у нас еще со времен царя Гороха к пьяницам отношение этакое жалостливое, сочувственное. Да еще подбадриваем: пьет – значит, не подлец и не больной. Куда хуже, когда пьянство объясняем социальными болячками в стране. А они, эти болячки, оттого и разрастаются, что заливаем глотку водкой.

Эпидемия пьянства, особенно на селе, достала, как говорится, не только оппозиционно настроенных наших политиков, экономистов, социологов. Даже самые либеральные СМИ время от времени вбрасывают для размышления убийственную статистику: потребление алкоголя перешло критические границы, смертность, преступность на почве пьянства подавляет другие причины. Пока мы размышляем, что же делать, на уровне обыденного сознания обнаруживаются такие яростные борцы за трезвость, что сами в приступе борьбы совершают преступления.

В Мелекесском районе бригадир одного из СПК предупредил сторожа: напьешься на посту – убью! Налакался все-таки. Бригадир вывелл его на берег речушки и со словами «Сталин вас бы пустил в расход!» разрядил в бедолагу двустволку. Убийцу отправили на психиатрическое обследование.

Камиль Бекерев риторически вопрошал: а вы видели деревню, где пьют по-черному? Не знаю, по-черному или по-светлому, но в той деревне, где я часто бываю, пьют. И во что она превращается – вижу. Вот идет по дороге напряженной походкой с наклоном вперед бабушка Анна. Двое молодых парней, назюзившиеся с утра, с восторгом замечают: смотри-ка, бабка на автопилоте. На таком же автопилоте промчалась по деревне машина с пьяным водителем. Ну, хоть бы одна трезвая физиономия! Действительно, все способы хороши, чтобы остановить это.