Анатомия убийства

Когда при шестнадцатилетнем Гакиле Байдукове кто-то упоминал его односельчанина Анвара Хуснутдинова, у подростка от ненависти темнели глаза. “Все равно когда-нибудь убью гада!” – шипел он сквозь зубы. Весь Татарский Шмалак знал, что Гакиль твердо уверен в том, что именно братья Хуснутдиновы полтора месяца назад убили его старшего брата Эмиля. Гакиль поклялся отомстить. И сдержал клятву.

Освобожден

от наказания

Эмиль Байдуков был убит 9 декабря 2003 года из огнестрельного оружия. Застрелил его старший брат Анвара, Дамир. Гакиль Байдуков присутствовал при убийстве. Все очевидцы преступления утверждали, что причин к его совершению у Дамира Хуснутдинова не было совершенно. Состоялся суд, который решил, что Хуснутдинов-старший нуждается в принудительном психиатриче-ском лечении. По заключению судебной психолого-психиатрической экспертизы, у подсудимого были обнаружены признаки реактивного психоза с шизофреноподобной симптоматикой. Подтверждалось это и показаниями гражданской жены Хуснутдинова, которая рассказала, что в последнее время он пил запоями, был немотивированно вспыльчив и агрессивен. В результате Дамир Хуснутдинов был освобожден от наказания и помещен в психиатриче-ский стационар специализированного типа в Казани. Позже отец Гакиля признается, что они боялись за сына – ведь тот стал свидетелем преступления. На суде некоторые свидетели говорили, что, пока шел процесс по делу брата, Анвар Хуснутдинов запугивал тех, кто мог дать показания против его брата. А Гакиль лютой ненавистью возненавидел Анвара и Дамира, ведь ему казалось, что убийца его брата ушел от наказания. Как же, суд ведь освободил его от наказания! И 4 января Татар-ский Шмалак потрясла вторая трагедия.

“За брата!”

В этот день вечером Гакиль в компании других подростков собирался идти в клуб. Проходя мимо дома Хуснутдиновых, Гакиль подобрал железный штырь и с силой запустил его через забор:

– Может, этому гаду по башке попадет!

Его примеру последовали и друзья. Но швырять железо им быстро надоело, и они отправились дальше. И тут им навстречу попался сам Анвар.

– Бейте его, ребята! – завопил Гакиль и бросился вперед. За ним побежали и его приятели.

– Не подходи, застрелю! – крикнул Анвар. – Там же, где и брат, окажешься!

– Да врет он, нет у него никакого ружья! – оповестил кто-то из толпы.

Подростки догнали Хуснутдинова на территории заброшенной фермы СПК “Путь вперед”. Байдуков схватил обломок штакетника, валявшегося на пустыре, и с такой силой ударил им Анвара, что палка разлетелась на три куска.

– Хуснутдинов пошатнулся и выхватил большой кухонный нож, – рассказывал на суде один из участников событий, Руслан Ниязов. – Почему-то он не пытался им обороняться, а кинул в сторону Гакиля. Тот подобрал его, сбил Анвара с ног и несколько раз ударил в грудь.

Тут подоспели другие участники погони и тоже стали наносить удары. Гакиль схватил с земли обломок кирпича и несколько раз с силой опустил его на голову Анвара, приговаривая:

– Это тебе за брата, сволочь! За брата!

Однако и этого ему показалось мало. Байдуков отбросил камень и схватился за валявшийся неподалеку ржавый молоток. Некоторые из его приятелей поспешили уйти – их напугала та жестокость, с которой подросток расправлялся со своей жертвой.

– Когда я прибежал из клуба, то увидел, что Хуснутдинов лежит на земле и закрывает руками окровавленную голову, – рассказывал на процессе другой свидетель, Рустам Низамуллин. – Байбаков бил его ногами по голове и матерился. Потом сказал: “Ребята, не бойтесь, я все беру на себя”. Говорить Хуснутдинов уже не мог – только хрипел.

Рана номер пять

Вместе с Байдуковым на скамье подсудимых оказался еще один участник событий. Шестнадцатилетний Рамиль Нигматуллин, по его словам, сначала даже пытался вызвать милицию, чтобы предотвратить избиение, для чего стал стучать в ближайший дом, но ему не открыли.

– Тогда я вернулся. Анвар лежал на спине, а рядом на коленях стоял Гакиль, в руках у него был кухонный нож. Им он два раза ударил Хуснутдинова в грудь. Остальные ребята стояли немного в стороне. Кто-то из них сказал, что Хуснутдинова надо добить. Я стоял рядом с Рустамом Низамуллиным, тот достал металлический нож-зажигалку. И тут на меня что-то нашло: я схватил этот ножик, подошел к Анвару и ударил его один раз в живот. Лезвие сломалось. Не помню, куда я дел ножик. Потом мне стало плохо. Когда немного пришел в себя, убежал.

Гакиль остановился только тогда, когда его враг был мертв. Вместе с оставшимися подростками вернулся в клуб. Там участники избиения договорились никому не рассказывать о том, что случилось. Но как только труп был найден, сразу стало ясно, кто является подозреваемым номер один. На следующий же день Гакиль Байдуков был арестован.

Данные судебно-медицин-ской экспертизы только в одном приговоре занимают четыре страницы. На погибшем буквально не было живого места, по описанию его ран просто можно было изучать анатомию. Специалистам пришлось присваивать каждой ране порядковый номер. Всего их оказалось около тридцати. Одних только колото-резаных ножевых ран в области груди было четырнадцать! Работа экспертов осложнялась еще и тем, что удары наносились самыми разными орудиями – палкой, кирпичом, молотком, ножом. “Все удары были нанесены в короткий промежуток времени друг за другом, причем каждое из последующих воздействий усугубляло предыдущее… Причиной смерти потерпевшего явилось колото-резаное проникающее слепое ранение груди с повреждением сердца (рана номер 5)” – цитата из протокола – С.Л.)

Удары левой

Виновным Байдуков себя не признал. Рассказал, что били Хуснутдинова все вместе, он только раза четыре ударил его ногой. Удары кухонным ножом попытался свалить на Нигматуллина: якобы это он сделал. Правда, в ходе предварительного следствия он практически все признал, но на суде заявил, что на него было оказано психологическое давление. Якобы его уговаривали взять всю вину на себя, чтобы не маяться с таким количеством подозреваемых. Однако все его доводы были бездоказательными. Начать хотя бы с того, что Байдуков – левша, и эксперты, конечно, установили, что удары ножом были нанесены именно левой рукой. Следовательно, Нигматуллин сделать этого никак не мог. Кроме того, в обломках штакетника обнаружили волокна искусственного меха и установили, что они идентичны с подкладкой дубленки Байдукова. Да и свидетельские показания давали довольно ясную и логичную картину того, что произошло на самом деле.

Павловский районный суд под председательством судьи П.Н. Девягина признал Гакиля Байдукова виновным по статье 105 часть 1 УК РФ (убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку). Его приговорили к пяти годам лишения свободы с отбыванием наказания в воспитательной колонии. Рамиль Нигматуллин, который обвинялся по статье 111 часть 1 (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека), получил три года условно.