Ульяновец Михаил Маркелов столкнул родную сестру в колодец теплотрассы и оставил ее там умирать

Рано утром 2 апреля прошлого года в квартиру Маркеловых постучались. Раиса Петровна открыла дверь. На пороге стоял ее сын Михаил – грязный, оборванный.

– Мама, я Аленку нашел! – задыхаясь, сказал он. – Она там, в колодце! Мертвая…

Не помня себя, женщина кое-как собралась и вместе с сыном побежала к колодцу теплотрассы возле Инженерного проезда. Рядом с люком валялась ее шерстяная кофта, вся испачканная кровью.

Генетика

Михаил Маркелов рос, как обычно говорят, в нормальной семье и до определенного времени считался приличным молодым человеком. Когда его семья переехала в Ульяновск, поступил в институт, но вот закончить его парню не довелось. Вскоре после того, как ему исполнилось 20, в нем будто бы сработал непонятно кем и когда заложенный механизм саморазрушения.

Парень совсем забросил учебу, начал выпивать и периодически уходить из дома. Со временем его отлучки становились все продолжительнее, ночевал где попало и общался с соответствующими людьми. Как ни старались родители образумить свое чадо, все было бесполезно. К 30 годам Миша окончательно закрепился в статусе тех, кого правоохранительные органы именуют короткой аббревиатурой, ставшей уже именем существительным – бомж. Ни жилья, ни работы, ни семьи у него не было, отчаявшиеся родители махнули на сына рукой. Жил он, как и все его “коллеги”, где придется, но особо тяготел к теплотрассе возле воинской части Заволжского района.

В семье Маркеловых была еще дочь, Алена. Родители просто молились, чтобы она не повторила судьбу своего брата, и девушка, казалось, оправдывала ожидания. Благополучно вышла замуж, нашла себе работу. Брат-бомж иногда захаживал в гости, но и родители, и ее муж старались свести все контакты между ними к минимуму. Не помогло…

Такое ощущение, что кто-то из предков Маркеловых имел прочные “гены бродяжничества”, которые передались обоим детям через поколения. Как и в случае с Михаилом, механизм сработал у его сестры: шесть лет назад Алена ушла от мужа, бросила работу, пристрастилась к выпивке. Правда, через год бродяжничества она сошлась с другим мужчиной, но их сожительство трудно было назвать семейной жизнью. На суде он рассказал, что Алена злоупотребляла спиртным, а в состоянии опьянения запросто могла уйти из дома и исчезнуть на несколько дней. Чаще всего это время она проводила со своим братом.

В начале марта прошлого года Алена Игнатьева поссорилась со своим гражданским мужем, переехала к родителям и поклялась, что завязывает и отныне будет жить нормальной жизнью. Клятвы хватило на три недели: примерно 27 марта Алена опять ушла из дома. Больше мать и отец ее живой не видели.

Поступил “по-братски”

Около трех часов дня 1 апреля возле колодца теплотрассы компания из трех человек распивала спиртное. Это были Михаил Маркелов, знакомый Михаила Анатолий Терехов и сестра Алена.

– Мы вместе выпивали спирт, и через какое-то время я отключился, – рассказывал на суде Терехов. – Сколько проспал, не знаю. Проснулся и увидел, что возле люка никого нет. Тогда я заглянул внутрь и увидел, что Алена висит вниз головой, зацепившись левой ногой за перекладину лестницы, ведущей в колодец.

Со слов Маркелова, было примерно пять часов вечера, когда Алена собралась уходить. Но ведь “у нас так не принято, надо посидеть”, как говаривал персонаж Леонова в “Осеннем марафоне”. Михаил не хотел отпускать сестренку. И вразумил ее “по-братски” – ударил раза три по голове, сказал, чтобы спускалась в колодец, поскольку на улице похолодало. Легли спать, но спустя полчаса Алена вновь засобиралась. Несколькими ударами брат “предложил” ей немного задержаться. Через час мизансцена повторилась. После очередной экзекуции Маркелов уснул.

– Когда я проснулся, увидел, что Алена уже почти вылезла из колодца, – рассказывал на суде Маркелов. – Ее верхняя часть тела была уже на поверхности. Я разозлился и дернул ее за правую ногу.

Молодая женщина ударилась спиной о бетонный край колодца и упала вниз, еще раз со всего размаха впечаталась головой в нижнюю перекладину металлической лестницы. Ее левая нога зацепилась и она так и осталась висеть. Брат попробовал снять Алену с лестницы. Но ничего не получилось. Тогда он поспешно выбрался наружу и убежал.

– Под утро я вновь вернулся к колодцу, – рассказывал Михаил. – Сестра уже остыла.

Судебно-медицинская экспертиза установила, что Алена Игнатьева помимо тяжелой травмы головы, осложненной кровоизлиянием и ушибом головного мозга, получила перелом позвоночник.

Приговор

Через пару дней после случившегося Михаил явился в милицию с повинной. Ему было предъявлено обвинение по статье 111 часть 4 – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. Маркелов свою вину признал. Защита, правда, пыталась смягчить участь своего подопечного, утверждая, что с лестницы Алена упала сама, и, следовательно, основные повреждения образовались у нее по неосторожности. Однако Заволжский районный суд во внимание эти доводы не принял, поскольку они противоречили показаниям самого же обвиняемого, который утверждал, что удары своей сестре он наносил со значительной силой, а потом сам дернул ее за ногу, от чего она и упала. Маркелов был признан виновным. Его приговорили к девяти годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительно-трудовой колонии строгого режима.

Светлана ЛИВАНОВА