Обычно, если речь заходит о человеке, который ни думал ни гадал, да вдруг стал писать иконы, используют такие понятия, как «озарение». Еще говорят, что это перст судьбы и что на автора «снизошло нечто». Сергей Моисеев не помнит ничего сверхъестественного, мистического, что могло толкнуть его вышивать бисером иконы. Но, тем не менее, он более десяти лет занимается этим кропотливым, ювелирным трудом и не мыслит себя без этого занятия

Как и несколько лет назад, мы вновь побывали в доме у Сергея Валентиновича.

Стены его гостиной (она же – мастерская) увешаны картинами, вышитыми бисером. Большая часть – иконы.

Всего у Моисеева около тридцати икон. Одна из них подарена краеведческому музею, другая (изображение небесного покровителя Димитровграда архимандрита Гавриила) – Свято-Никольскому храму.

Среди тех, что остались дома, есть первая работа – икона Казанской Божией Матери.

На стенах и своеобразном «иконостасе», которым служит пианино, – Неупиваемая чаша, Георгий Победоносец, преподобноисповедник Гавриил, Тамбовская икона Божией Матери, Святой Иннокентий Иркутский…

Сергей Моисеев тратит на вышивание все свободное время. Правда, теперь порой просто заставляет себя останавливаться и делать передышку. Раньше по 12 часов не отходил от холста. Но ювелирная работа стала сказываться на зрении. Порой от усталости «черные мушки» перед глазами летают. В такие моменты Сергей Валентинович решает немного отдохнуть, заваривает чай с черникой и… вскоре снова садится вышивать.

Почему иконы так притягивают его? Ответа у автора нет. Он уверен, что в этом нет ничего мистического. Просто ничего ближе и светлее, чем изображения святых, для русского человека нет…

Сейчас ему нравится делать иконы больших размеров. В среднем такая икона вышивается года два-три. В 2004 году он отвез в Москву на выставку изображение Георгия Победоносца (размером метр на метр тридцать). Икона путешествовала в багажном вагоне. В Москве, увидев ее, ахнули. «Это просто нереально! – сказали специалисты. – Как вы смогли вышить середину работы?»

– Так как вы это сделали? Это сложно? – спрашиваю автора.

– Как сделал? Это мой секрет, – улыбается Моисеев и предлагает, – а вы попробуйте достать рукой центр изображения, и не просто достать, а иголочкой проколоть…

На рабочем столе лежит новая икона. Она еще больше прежней – метр десять на метр сорок. Это вновь Георгий Победоносец на белом коне. Работе отдано два года. И уже остается немного до завершения.

Интересно, что раньше Сергей коллекционировал… пивные кружки. Их у него уже полторы сотни. Некоторые стоят в буфете, некоторые – упакованы в коробки. Но это занятие ему уже неинтересно. А знакомые продолжают дарить кружки, и никак не могут поверить, что это он вышивает иконы.

Все просто, объясняет Сергей: он в жизни человек целеустремленный, ответственный, всякую работу старается завершить. Нет, святые не являются ему во сне. Никаких прозрений у него не бывает. Сергей Валентинович реалист. Просто порой вдруг до боли захочется вышить новое изображение. Тогда он идет в храм и выбирает понравившуюся в иконной лавке икону. И начинается работа… Когда вышивка закончена, он отдает икону художнику, который выполняет живописную часть – лики и руки святых.

Сергей Моисеев уже вы-брал икону, которую думает вышить следом за изображением Георгия Победоносца. Мы не будем забегать вперед и говорить, какую…

В городе есть и другие люди, увлеченные этой работой. Однако не у всех это так получается.

Однажды ему позвонила женщина, сказав, что хочет посмотреть его работы. А, посмотрев, призналась:

– Я ведь много лет вышиваю иконы. Когда прочитала о вас в газете, решила: приду, подниму на смех, утру нос…

– А теперь?

– Я принесла с собой свои работы. Но я вам их не покажу. Мне стыдно…

– Дело не только в опыте, – говорит он, – бывает, что ранняя работа интереснее и удачнее поздней. От чего зависит? Трудно сказать (Улыбается). Наверное, от того, как бисер ляжет…

Ремесло не приносит большой прибыли. Да и чтобы расшить одну картину, только бисера уходит на несколько тысяч рублей. А сколько времени, терпения, сколько жизни на нее уходит…

Но зато когда окончена большая работа, на которую ты потратил свои дни и ночи, когда она ожила и от нее исходит сияние… Кто опишет эту радость? Чем можно измерить ее?

Нонна АЛИЕВА