По всей необъятной РОССИИ уже явно проглядывались приметы финансово-экономической рецессии, а в администрации сельского Ульяновского района царило благодушие.

— У нас кризиса нет, — заявил мне один из ее руководящих сотрудников. И добавил: — Потому что мы не паникуем, а целенаправленно и продуманно работаем.

Рядом со зданием администрации на тротуаре сидело десятка два женщин. Они продавали огородную снедь: квашеную капусту, картошку, морковь, кабачки. У некоторых на газетных листах лежали куски мяса — продукт с подворья.

— Наше единственное кормное место, — прокомментировала ситуацию молодайка лет тридцати. — Работы нигде нет, муж уехал в Москву искать заработок. А детишек надо кормить. Вот и сидим. Может, огурчиков возьмете? Сама солила, хрустят, попробуйте.

Общая ситуация в районе была такой. На учете в службе занятости стояло более трехсот человек — без ясных перспектив обрести хоть какое-либо рабочее место. Начиналась так называемая “оптимизация” бюджетно-финансовых расходов района, то есть уже были определены предназначенные к закрытию фельдшерско-акушерские пункты, “некомплектные” школы и прочие “социально несущественные” сельские учреждения. Руководители местных предприятий ломали головы над тем, как избежать массовых сокращений персонала.

— Оставлять хотя бы без небольших зарплат наших работниц рука не поднимается, — признался директор акционерного общества “Стройпластмасс” Равиль НАСЫРОВ. —Думаем, что делать. Может, откроем кулинарное производство, пирожки будем печь, продавать везде, где народ кучкуется…

Вот так. А чиновник районного масштаба заявляет, что “кризиса в районе нет”…

Но если бы только районные администрации пытались таким образом “оптимизировать” местное население! Бодряческий дух на фоне явной стагнации культивируется во всех кабинетах областной управляющей иерархии. Мэр города Ульяновска Сергей ЕРМАКОВ В прямом эфире местного телевидения сообщает, что на бюджетные средства уже созданы целых двести вакансий на общественных работах, что открываются возможности “перевода увольняемых с одного предприятия работников на другие, скажем, с автозавода на авиационный завод”… Ему вторит председатель городской Думы Василий ГВОЗДЕВ: “Кризис не в экономике, а в головах!” Министры регионального правительства также бодро информируют ульяновцев, что повсеместно созданы некие “антикризисные штабы”, что повсюду “идет процесс оптимизации расходов”…

Однако как обстоят дела в реальности в отдельно взятом “субъекте Российской Федерации”?

Положение дел здесь примерно такое же, как в описанном выше районе: производство падает, региональные доходы тоже, специальные программы урезаются или откладываются. Так, например, из сорока с лишним областных целевых программ (в том числе и социальных) в связи с сокращением доходов областного бюджета заморожено больше половины. Градообразующие предприятия, а это автомобильный завод, механический, моторный и ряд других, перешли на неполные рабочие недели. На общественные работы народ идет крайне неохотно— и даже те двести рабочих мест, о которых бодро рапортовал мэр Ульяновска, заполнены лишь на четверть.

И до кризиса немало ульяновцев уезжало из области на так называемые “вахты”, то есть на заработки в иные регионы России. Сейчас их стало в разы больше. В бюро по трудоустройству мне поведали, что народ, еще недавно придирчиво выбиравший адреса “вахтовки”— в зависимости от величины зарплаты и условий проживания, — ныне уже соглашается ехать на любую зарплату и в любой конец страны.

— Но работники кроме Москвы и Питера нигде не нужны, — грустно прокомментировала ситуацию миловидная сотрудница. И добавила: — Пожалуй, и меня скоро сократят…

Областные власти заявляют, что они пытаются “минимизировать последствия” бедствия, все плотнее и плотнее накрывающего регион. В намерениях властей все вроде бы учтено: и создание новых рабочих мест за счет федеральных и местных средств, и переобучение увольняемых, и развитие малого бизнеса при поддержке властей.

Честно говоря, мне не совсем понятно, какие надежды питает федеральное Правительство на регионы, выделяя последним немалые деньги на борьбу с безработицей. Механизм помощи таков: получите часть средств, предложите свои возможности, доложите о результатах — и еще получите. На первый взгляд вроде все логично. Но много ли может сделать региональная власть, даже получив деньги из Москвы? Организовать переобучение — но кого на кого?

Электронщиков — на дорожных рабочих? Кондитеров — на розничных торговцев? Или наоборот? Автомобилестроителей — как предлагает мэр Ульяновска — на самолетостроителей? Так и в этом случае (скажем, при всей теоретической возможности подобного) на практике ничего не получится. Ибо автозаводчане живут в одном конце города, а авиастроители — на противоположном, за рекой Волгой. А на единственном мосту через Волгу часами застывают автомобильные пробки…

Еще одна инициатива местных властей: тысяче безработных обещают выдать разом все годовое пособие — и на эти деньги (около 60 тысяч рублей) те якобы смогут создавать свой бизнес.

Выглядит заманчиво. Но реально ли? Известный ульяновский предприниматель Исаак ГРИНБЕРГ так прокомментировал эту инициативу:

— Таким способом безработицу не победить. И не только потому, что на вышеназванную смешную сумму никакого бизнеса создать нельзя. Еще и потому, что стать предпринимателем — дело непростое. Кроме склонности к этому виду деятельности нужно еще и обучение — серьезное, кропотливое. И потому мне трудно представить, как вчерашний рабочий с конвейера может, например, выращивать скотину, растить овощи или чинить бытовую технику… Прожектерство все это, мифология.

Самые болезненные точки проявления кризиса в регионе — конечно, безработица, сокращение реальных доходов и рост цен в первую очередь на продукты питания и на услуги ЖКХ. Так вот, по порядку. Безработица — официальная, не скрытая — растет стремительно: за три месяца нового года — втрое. В январе числилось две тысячи соискателей рабочих мест, в марте — уже шесть тысяч. Это без учета так называемой “неполной занятости населения”. Реальные доходы, напротив, стремительно падают. И не только потому, что тысячи ульяновцев стали получать урезанное вознаграждение, но и в связи с галопирующим повышением цен, в первую очередь на еду. Особенно заметно растут цены на продукты, доставляемые из-за границы: говядина, куриные окорочка, чай-кофе и все прочее зарубежное. Рост цен, по словам покупателей, от пяти до двадцати процентов в месяц.

За горло берет оплата жилищно-коммунальных услуг. Власть утверждает, что она сдержи-ваеттарифы. Мэр Ульяновска Сергей ЕРМАКОВ, в частности, заявил, что он распорядился заморозить тарифы на уровне прошлого года. И как же выглядит эта “заморозка”?

Местная газета “Симбирский курьер” так оценила услугу мэра населению: “От новогодних платежей — шок. Ульяновцы, оплатившие жилищно-коммунальные услуги, пришли в ужас: некоторые из них стали дороже втрое; кроме того, теперь людей заставляют платить и за то, за что раньше не брали вообще”.

Действительно, система ЖКХ “выжимает” из горожан все по максимуму. “Плата за горячее водоснабжение в течение трех месяцев выросла аж втрое: с 250 рублей до 710”, — рассказывает жительница дома № 67 по проспекту Гая Людмила АЛЧИНОВА. А жительница дома № 1 по улице Гончарова Вера АЛЕКСАНДРОВА недоумевает, почему в платежках появилась новая строка: “Дополнительная электроэнергия мест общего пользования”. За эту магическую “дополнительную” энергию коммунальщики взяли с пенсионерки еще 13 рублей 65 копеек…

Понятно, что многие горожане уже не в состоянии оплачивать услуги ЖКХ полностью. Жительница Ульяновска Людмила СИДОРОВА пишет: ”За январь мне выписали платежку в 5800 рублей. А доход моей семьи— всего шесть тысяч. Если я оплачу счет коммунальщиков целиком, на что мы будем жить?”

Поэтому Людмила заплатила лишь половину суммы. Но это еще ничего! Многие ульяновцы вообще перестали платить за услуги ЖКХ. Как сетует в телеэфире мэр Ульяновска, долг горожан структурам ЖКХ уже превысил пятьсот миллионов рублей. А что будет дальше? Неплательщиков — выселять? Но куда, ведь у города прак-тически нет никакого резервного жилья! Да и закон запрещает выселять собственников квартир. “Будем оставлять должников без света, тепла и воды”, — грозятся городские коммунальные службы. Но к чему это приведет?!

В связи с кризисом меняется социальная атмосфера в городе. Милиция фиксирует: с января 2009 года вдвое больше по сравнению с прошлым годом горожан побывало в вытрезвителях. Растут уличные грабежи. Местная “Молодежная газета” ошарашила читателей репортажем под заголовком “Оголодавшие ульяновцы воруют продукты”. В нем повествуется, что в Заволжском районе города число краж в продовольственных магазинах возросло вдвое, что подростки вырвали у женщины пакет с молоком и хлебом, что оголодавший бомж поджег супермаркет только из-за того, что его сотрудники перестали выбрасывать в мусорный бак подпорченные продукты…

Такие вот “туманы регионального кризиса”. И как из них выползать на ясно видимый фарватер, похоже, не знает никто.

Ульяновская область

P. S. Только что стало известно, что на фоне растущей безработицы и безденежья Ульяновская городская Дума приняла решение увеличить ежемесячные денежные вознаграждения муниципальным чиновникам. И как! Газета “Симбирский курьер” называет цифры: “…от 2,3 оклада в месяц для консультанта до 10,2 для заместителя главы города. Замглавы города может рассчитывать, кроме всего прочего, на ежемесячную премию в размере более 50 тысяч рублей. …Своеобразно реагируют власти на произносимые ими же самими лозунги о повсеместном сокращении расходов в условиях кризиса!”— ехидно замечает газета. И добавляет: “Более 10 процентов бюджета Ульяновской области (2,6 миллиарда рублей) тратится на содержание госаппарата”.

Дорого, однако, обходятся народу его “управленцы”!

Жан МИНДУБАЕВ

«Российская Федерация сегодня», №10, 2009 г.