Мы любим путешествовать. После поездок делимся первыми впечатлениями, потом воспоминаниями. Со временем они становятся бледнее, и их теснят иные впечатления. Путешествия же художников всегда особенные. Они складываются в мир особого живописного звучания – эмоционального и непосредственного, глубокого и серьёзного. Пропущенные через талант, они способны донести до нас и экзотику, и что-то родное в новых дальних мирах. В этюдах, этих всплесках впечатлений, в картинах, написанных по воспоминаниям, мы ощущаем себя причастными к художественным открытиям, которые могут остаться с нами навсегда.

Великий художник ХХ века, наш земляк Аркадий Александрович Пластов дважды побывал в Италии: в 1956 году он участвовал на международной выставке «Биеннале ди Венеция», в 1963 году состоялась ещё одна творческая командировка. Для страны это было время оттепели, ощущение свободы в новых горизонтах художественного творчества. Оговоримся, Пластов никогда не чувствовал себя несвободным: писал то, что считал необходимым, важным. Это был неоспоримый художнический путь, на протяжении которого он развивал традиции русского импрессионизма, придавая этим традициям мощную и одновременно изысканную основу. В итальянских этюдах поражает вдохновенное признание в любви к великой итальянской культуре прошедших веков и одновременно атмосфере быстроменяющегося современного мира. Он сделал великое прошлое доступным для нашего восприятия, а быстроте и некоей хаотичности второй половины ХХ века придал ощущение вечности.

Собственно, создал новую живописную реальность, подвластную только гениальным художникам.

Бурлеск цвета и света, необузданность смелой живописной манеры – это облик простора, заполненного солнцем в работе «Неаполь» 1956 года. Белая кайма зелёных волн с многочисленными оттенками голубого и синего цветов, медленно «сползает» со стены парапета, втягивая всё в орбиту радостного времяпрепровождения – людей на пляже, Неаполя у горизонта – цветастого, под стать живописному лоскутному одеялу.

Если в неаполитанских пейзажах художник выстраивал впечатление от общего к частным эпизодам, то виды Рима обретали всё большую логическую строгость, предлагая движение, напротив, от деталей в качестве своеобразной живописной мозаики, к общему замыслу. Так, «Арка Тита» в окружении зелени получила домашнее, загородное настроение, а «Пантеон» будто вплетался в общее движение людских масс, транспорта современного города. Эта магия живописного движения способна смягчить грозную монументальность и пафос архитектурного победителя. Пластов умел как, вероятно, никто в ХХ веке, одушевлять предметы, архитектурные сооружения и памятники, придавать им человеческий облик, создавать между ними разнообразные диалоги.

Венецию А.А. Пластов открыл для себя ещё в 1956 году. Он создал пронзительные и тонкие пейзажи с влажным воздухом, благодаря чему и одинокие фигуры и колоритные толпы прохожих, словно миражи, соединены с поэзией архитектурных ансамблей и мостов. В том же году была написана иная, поразительная по колориту картина «У дворца Дожей ночью».

Художник вобрал в холст аромат пряного, синего морского воздуха, само время суток. Весёлая публика на набережной для Пластова – это впечатление иного рода: глубоко и точно, порой почти по-детски открыто художник искал то, что соединяет людей. Собственно, и в итальянской работе с очевидностью проявилось то, что он искал и нашёл как один из основополагающих стержней в своём творчестве – общность людей в планетарном масштабе с единой историей, землёй, памятью. В этюде «Большой канал. Венеция» 1963 года ощущение праздника передано в мажорном колористическом решении, движении кисти, способной передать бурный всплеск эмоций. Среди этюдов большое место занимают пейзажи с мостами – небольшими пространствами, соединяющими человеческие жизни.

Вероятно, потому он писал мосты и с верхней точки зрения или прямо, в упор, как и памятники древности.

А.А. Пластов создал живописную летопись Италии, увиденную глазами именно русского художника. Это ощущение первородства искусства он передал следующему поколению художников.

Итальянские впечатления 1963 и 1974 годов в работах Николая Аркадьевича Пластова и его жены Елены Николаевны Холодилиной – это следование бесценным урокам А.А. Пластова и одновременно поиски самостоятельных решений. Видно, что некоторые этюды они писали с одного места. Но как по-разному они трактованы.

Н.А. Пластов создавал более монументальные, строгие, подчас суровые по своим эмоциям картины. Художник словно поверял свои впечатления в «исторической перспективе», избирая строгую гармонию истории как основу мотива. Вертикаль композиции этюда «Венеция. Памятник кондотьеру Коллеони» 1974 года естественно преображалась в историческую вертикаль. Каждая деталь городских итальянских пейзажей призвана подтвердить уникальность страны в её культурном аспекте. Гармония в живописи равняется гармоническому впечатлению от увиденного. Причём, это могут быть всемирно известные памятники архитектуры, скульптуры, без которых представить улицы Рима, Флоренции, Венеции невозможно. Но могут быть незаметные уголки, не облюбованные туристами. Выбеленные солнцем арки в работе «Рим. Мосты на Тибре» складываются в перспективу мощного и одновременно лёгкого пейзажа. Этой лёгкости подчиняется даже монументальный замок Ангела на дальнем плане. «Причал у дворца Дожей в Венеции» 1963 года с вездесущими «скорлупками» – гондолами в серой дымке отразил уникальное для художника «ощущение воды» с невероятным живописным богатством в её трактовке.

В этюде Е.Н. Холодилиной 1974 года «Вид на набережную Неаполя. Фонарь» марево южного солнца, розовые, голубые краски неба снисходят на разморённый город, делая его почти миражом. Сложные оттенки прибрежных волн – та граница, что отделяет город-мираж от подчёркнуто осязаемой, плотно написанной воды. Притулившийся на краю картины старый покосившийся фонарь призван сгладить флёр прекрасного далёка, подчиняя всё – небо, море, землю – человеческому присутствию.

Женская интуиция, поиски гармонии в неприметной детали, вмиг превращающей неприступную историческую веху в мягкий, окутанный ласковой доверительностью облик – то, что отражено в этюдах Е.Н. Холодилиной.

Памятники в композициях картин далеко не всегда занимали главное место. А кошка или собака, бродящие по ограде, огромное дерево с живописными ветвями в этюде «Рим.

Вид на собор святого Петра с виллы Абамелик» ещё очевиднее способны подчеркнуть величие старины, причём без парадной суетливости. В этюде «Рим. Древний виадук» античное сооружение проглядывает сквозь пинии и цветущее поле. В результате пейзаж становится максимально заполненным этими сравнениями: переброска эмоций от настоящего к прошлому проходит естественно и деликатно.

Притом, живопись мощна и энергична, колорит выстраивает это равенство напряжения и мягкости.

Во время поездки 1956 года А.А. Пластовым был создан солнечный этюд «Аппиева дорога». Годом позже, в Прислонихе, художник написал картину по этому мотиву, изменив время дня – к вечеру, добавив фигуры отдыхающих у обочины путников.

Аппиева дорога становится монументально-торжественной частью мира, понимаемого как универсум. Может быть, художник везде искал аналогию родной Прислонихи? Этюд, оставляя за собой право на непосредственное впечатление, перерастает в былинно-эпохальную Историю. Эта картина, находящаяся в постоянной экспозиции Музея современного изобразительного искусства, стала основой для реализации выставочного проекта «Итальянские впечатления».

Выставка состоялась летом 2009 года благодаря неоценимой помощи семьи художника, прежде всего, Николая Николаевича и Татьяны Юрьевны Пластовых. Уникальные произведения А.А. Пластова, Н.А. Пластова, Е.Н. Холодилиной, впервые в таком значительном объёме представленные в России, были специально выбраны для показа в Ульяновске.

В экспозиции было представлено более 100 произведений: живопись и графика художников 1920–1950 годов: Н.А. Соколова, П.Н. Крылова (Кукрыниксы), Г.Г. Ряжского, Е.А. Кибрика, А.И. Кравченко, К. Калинычевой, работы ульяновских художников: Г.И. Мишовой, В.В. Мишова, Ю.Н. Панцырева, Л.Н. Нецветаева.

Путешествия продолжили акварели стипендиатов Фонда поддержки творческой молодёжи им. А.А. Пластова, наших земляков из Карсуна А. Свиязова, И. Кужаньязовой, москвички В. Прониной. Будем ждать новых впечатлений художников молодого поколения.

Елена Сергеева,

зав. Музеем современного изобразительного искусства им. А.А. Пластова

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.