Давно замечено, что по развитию партийной системы и политическим предпочтениям Ульяновская область отстаёт на 1-2 выборных цикла от общероссийских тенденций. Здесь дольше сохранялись прокоммунистические настроения, что на годы прикрепило регион к так называемому «красному поясу». Затем, в 1999г., когда мода на СПС по стране стала уже проходить, ульяновцы дружно поддержали либералов, продемонстрировав результат, существенно превышающий средне-российский показатель. Не стали исключением и мартовские выборы 2010 года. Успех регионального отделения «Единой России» особенно примечателен на фоне не слишком удачно проведённых единороссами выборных кампаний в других регионах страны.

Впрочем, если для политиков важен, прежде всего, результат, то для политологов – проявившиеся в ходе избирательной кампании факторы и тенденции. В этой связи мартовский успех местных единороссов не только впечатлил, но и серьёзно озадачил. Почему, при наличии у регионального отделения партии внушительного организационного ресурса и мощнейшей агитационной сети, столь низкой оказалась явка избирателей? Как объяснить, что почти вровень с победителями, либо с незначительным отставанием, финишировали те, кто потратил на избирательную кампанию в разы меньше, чем победители, при очень скромной поддержке своих партий?

Похоже, что неожиданной и серьёзной проблемой для победителей стал заметно возросший, в последнее время, протестный настрой избирателей. Однако, своеобразие ситуации проявилось и в том, что, отказав в былой поддержке «Единой России», основная масса недовольных, тем не менее, не бросилась пополнять ряды так называемой «оппозиции». Люди просто пытались обратить внимание властей на своё недовольство. Вполне естественно, что в условиях отсутствия в бюллетенях графы «против всех», протестные настроения трансформировались: частично в отказ от участия в выборах (вот вам и низкая явка), частично в поддержку тех кандидатов, кто в наибольшей степени неугоден власти (вот ответ на ещё один вопрос), частично в откровенную порчу избирательных бюллетеней. Наличие протестных настроений – объективный фактор нашего времени, игнорировать который и глупо, и недальновидно.

Как известно, искусство большой политики заключается не только в умении извлекать необходимые уроки из поражений, но и трезво оценивать свои победы. Не сделав правильных выводов, трудно рассчитывать на успех в будущем.

Всем региональным политикам следовало бы также самым внимательным образом присмотреться к опыту избирательных кампаний в тех регионах, где реализация только одного нововведения – обязательных публичных теледебатов – привела к заметному изменению соотношения политических сил. Испытание публичностью смогли выдержать далеко не все. В пяти из восьми субъектов федерации, в которых проходили выборы в Законодательные собрания, «Единая Россия» набрала менее 50% голосов. Как отмечали местные аналитики, публичные дебаты не только способствовали повышению активности избирателей, но и помогли оппозиции существенно обесценить конкурентные преимущества «Единой России». В искусстве ведения политической полемики и публичном позиционировании представители оппозиционных партий зачастую выглядели предпочтительнее единороссов.

Поэтому судьба будущих выборов, в отличие от прошедших, будет решаться, скорее всего, в публичных дискуссиях, и успех будет сопутствовать тем, кто сумеет сфокусировать на себе ожидания и предпочтения основной массы избирателей.

Николай Васин, политолог