Сегодняшняя новость прокуратуры о том, что убийце трехлетней девочки в Цильнинском районе предъявили обвинение, видимо стала для меня «точкой кипения».
Случай, на мой взгляд, вопиющий. 25-летняя жительница села Кундюковка родила ребенка. Отец малышки сейчас находится в местах не столь отдаленных. В апреле мамаша начала сожительствовать в 28-летним неработающим мужчиной из Татарстана. В мае он убил ее ребенка. 10 дней методично избивал – бил по голове. Что послужило причиной, не знаю. Предположить можно – думаю, девочка просто плакала. Просила есть, ей было плохо или холодно, она хотела внимания мамы, которая была занята новым «мужем». Плакала – значит, мешала. Стукнул по лбу – заткнул.
Никому не нужная девочка умерла – от перелома лобовой кости. Назвать этого ублюдка мужиком у меня даже язык не поворачивается. Мужики – это те, кто ни на женщину, ни тем более на ребенка руку не поднимет. Даже у большинства животных подрастающее потомство охраняют и самцы и самки.
Такие новости мне, воспитывающей полуторагодовалую дочь, разрывают сердце. Мне просто плохо, когда я представляю, как здоровый мужик бьет беззащитного трехлетнего ребенка.
Кто-то скажет: да таких семей в России тысячи. Люди спиваются от плохой жизни, деградируют. Рожают никому не нужных детей, которые зачастую не доживают до пяти лет. Про «плохую жизнь» не соглашусь: мое твердое убеждение – у человека всегда есть выбор. Пить или работать. Искать хорошей жизни в другом месте, если в родном селе плохо. Варианты всегда есть. Да и в Кундюковке, думаю, живут не одни алкоголики.
Точно одно – ребенок был никому не нужен. Как сообщила прокуратура, «семья с октября прошлого года состояла на учете в системе органов профилактики безнадзорности несовершеннолетних, как находящаяся в социально опасном положении. Мать девочки вела аморальный образ жизни». То есть, органы опеки, чиновники, призванные отвечать за детей, ЗНАЛИ о том, что малыш находится в потенциально опасных условиях. Они ДОЛЖНЫ были постоянно следить за тем, как обращаются с девочкой. Кормят ли ее, одевают ли должным образом на улицу. Не бьют ли. Или я неправильно понимать суть органов опеки – ОПЕКАТЬ? Предотвращать такие трагедии. Забирать детей у женщин, которым они не нужны… Много ли таких малышей, за жизнь которых нужно опасаться, в Цильнинском районе? Ведь этого ребенка, смерть которого, в том числе, и на совести ответственных людей (ведь о семье знали!), можно было спасти. Я в этом уверена на 100 процентов.
Ведь главная цель работы тех, кто следит за такими семьями – не оставить ребенка в ОПАСНОСТИ.
И ведь этот случай не первый. Если мне не изменяет память, наверное, где-то с год назад в одном из районов области маленькая девочка ошпарилась кипятком. Семья тоже была неблагополучной, сигналы о том, что ребенок в опасности, были. Но бестолку. Не знаю, чем закончилась эта история. Надеюсь, девочка выжила. Наказали ли ответственных чиновников? Главу района? Сильно сомневаюсь.
Равнодушие – это главное, что убивает. Молчат соседи, которые слышат крики избиваемого ребенка, но считают, что «моя хата с краю». Мало ли – настучит еще и мне этот 28-летний неработающий гражданин по голове. А ведь наверняка все село знало, в каких условиях жила погибшая малышка.
Молчат чиновники, которым просто не хочется портить статистику. На бумаге, наверное, в Цильнинском районе все благополучно.
Я обращаюсь к губернатору Ульяновской области Сергею Морозову. Накажите, хотя бы раз СЕРЬЕЗНО тех, кто действительно ответственен за произошедшее. А не просто влепите выговор сотрудникам низшего звена, как бывает обычно. Создайте прецедент, чтобы другие чиновники боялись! И начали следить за всеми детьми, проживающими в таких семьях! Только так можно будет сохранить жизнь малышам, которым не повезло уже с рождения.
Ведь их еще действительно можно спасти.
Никакие победы на выборах не должны затмевать боль от того, что произошло в Кундюковке. Все теряет смысл, когда в мирное время вот так, запросто, убивают детей. Потому что ничто в этом мире не стоит слезы ребенка.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.