Мы начинаем цикл экспертных обсуждений уже принятой и опубликованной “Стратегии развития города до 2030 года”. По ссылке весь текст – приглашаем включаться всем заинтересованным.
К разговору приглашены сразу несколько ульяновских экспертов. Первым откликнулся известный ульяновский бизнесмен Сергей Алексеевич Герасимов. Интервью получилось скорее политическим, но содержательным.

Ежов: Сергей Алексеевич, опубликована “Стратегия развития Ульяновска до 2030 года”, которая привычно прошла практически незамеченной. Власть поставила галочку, а общественность и эксперты приучили относиться к подобным документам, как к чему-то формальному и дежурному. Но, вчитавшись, лично я обнаружил очень много интересного. Мы решили вынести обсуждение на уровень реальных экспертов, не теоретиков. 
Во-первых, как бы Вы охарактеризовали саму систему управления городом? В документе об этом говорится много, и это показалось особенно ценным.

Герасимов: Я бы охарактеризовал её как хаотично коррупционную. И для этого есть множество фактических документальных оснований. О многих вещах жители города и те люди, которые более или менее интересуются происходящими процессами, осведомлены. История этого началась не сегодня и не вчера. Просто в настоящий момент это приобрело гротескные формы.

Если говорить в переносном смысле, в мире никому не удалось обуздать коррупцию. Но есть страны, где она находится в определенных рамках: где уровень коррумпированности держится на низкой планке и в результате этого возникает нечто похожее на демократию, справедливость, возможность людей апеллировать к решениям судов. Я в этом неоднократно убеждался. Мне даже приходилось судиться за границей. Это было достаточно давно, но тем не менее я на себе ощутил, что есть возможность победить европейское государство в его собственном суде.

В России я много раз убеждался в обратном. В “Стратегии развития Ульяновска до 2030 года” сразу видим те моменты, которые выпукло характеризуют управленцев, находящихся у власти достаточно долгое время, характеризуют их уровень, цену их диссертациям, управленческий опыт, образование, понимание процессов – всё то, чем управленец должен обладать.

Ну, давайте перейдем к конкретному примеру, а потом поговорим о характеристике документа. Вот взял я в руки официальный газету нашего муниципального образования “Ульяновск сегодня” и читаю: “Ульяновская городская дума, Ульяновская область, город Ульяновск, решение номер 102 от 8 сентября 2015 года “Об утверждении стратегии социально-экономического развития МО “город Ульяновск” до 2030 года”. И вот читаем пункт 2.1. Вслушайтесь: “Обеспечить подготовку плана мероприятий по реализаций плана мероприятий по реализации стратегии социально-экономического развития МО “город Ульяновск” до 2030 года”. Вам ничего это не напоминает? У вас есть справка, что вы не верблюд? А справка о том, что есть справка, что вы не верблюд, есть? Если глава города подписывает  документ и предлагает главе городской администрации  разработать план мероприятий по реализации плана мероприятий, то она тогда не понимает, что такое план мероприятий. Как документ, как способ управления план мероприятий (просто к сведению бывшей главы города Ульяновска Беспаловой Марины Павловны) заключается в формулировании целей, задач и путей достижения решений этих задач путём обозначения действий с указанием временного промежутка и исполнителя, ответственного за исполнение и реализацию. И не может быть плана мероприятий по реализации плана мероприятий. Это масло масляное, это двойка на любом экзамене по управлению. По русскому языку в конце концов даже, я думаю.

Ежов: Да. Но, возвращаясь к документу непосредственно, не к вводной части. Разработчики – это питерцы “Strategy Partners Group»…

Герасимов: Да, давайте теперь поговорим об исполнителях. Так сложилось, что я буквально два дня назад встречался с реальным экспертом, имеющим сертификат в различных областях, в оценочной и прочей деятельности, связанной с имуществом, землёй и бизнес-процессами. Он сказал, что стоимость работ по разработке и реализации учёта кадастра земель в целом по городу Ульяновску должна стоить 6-7 млн рублей. Такая работа в Москве и других крупных городах стоит по их расценкам столько же. Для Ульяновска нужно брать коэффициент понижающий на полтора. А заплатили за эту работу, если мне память не изменяет, не то 10, не то 12 млн рублей.

Ежов: 10 там фигурировала цифра.

Герасимов: В любом случае это ещё один образец того, как люди, наделённые полномочиями, полностью не наделены ответственностью. Они просто взяли и наши бюджетные деньги выпалили неразумно. Мы ещё сейчас к содержанию вернёмся. В газете я насчитал 16 листов, то есть миллиона за лист. Почти миллион рублей за лист! Но бОльшая часть этих материалов – это либо статистические выкладки,  надёрганные из разных источников, либо социологические исследования, которые мы тоже знаем, сколько стоят, кем они, как и для чего выполняются. Хороший управленец, по крайней мере, не переплатит, даже если эта работа нужна. Но системный подход у нас в городе отсутствует, система у нас только одна – коррупция.  Всё остальное – как бог на душу положит. Принятие любого управленческого решения – есть общий механизм, общая процедура принятия управленческого решения, которая начинается с оценки обстановки. Здесь дана формально оценка обстановки в городе Ульяновске. Второй этап – это как раз оценка ресурсов. Разрабатывая стратегию до 2030 года нужно понять, а есть ли у  Ульяновска ресурсы, если сегодня не хватает на оплату коммунальных платежей, жизнеобеспечения, то есть тех проблем, которые касаются текущей жизни. Какая стратегия? За какие деньги, простите вы меня. Где эти деньги брать на реконструкцию системы, на реализацию программы, о которой здесь идёт речь. Сегодня денег нет на зарплату бюджетникам . Мы прекрасно знаем, какие ресурсы привлекает область, чтобы закрыть возникающие дыры, – миллиарды рублей. А мы говорим о стратегии.

Ежов: Попытаемся всё-таки поговорить о самой стратегии. Многие данные, действительно уже просто сомнительны, цифры взяты 2013 докризисного года, они откровенно устаревшие. Это характеризует и отношения, и то, что у нас со статистикой и с исследованием плохо всё. И мы легко прыгаем с данных 13 года на 30-й.

Герасимов: А давайте сами себе зададим вопрос, а почему 30-й год?  Это старый, испытанный, далеко не добрый способ, чтобы затуманить людям мозги, получить формальное право оперировать неучтёнными фактически по результатам бюджетными деньгами. Ну просто называется воровать, другим словом. То есть создать себе теоретическую платформу для того, чтобы украсть дополнительные деньги. Я уверен, что с этого контракта кто-то поживился. Вот есть у меня уверенность такая, из опыта моего из жизненного, из того, как это сделано, из многих нюансов, о который бездоказательно не стоит говорить. Мы видели ту ожесточённую борьбу на выборах главы города, каким трудом удавалось оттащить от кормушки эту оголтелую часть нашего муниципального управленческого аппарата. Я думаю, что часть денег отсюда и не только пошла на проплату СМИ, которые искажали реальное положение дел в Ульяновске, где-то даже обливали грязью руководителей области и добивались определённых успехов в этом. Слава богу, что у большей части делегатов на конференции “Единой России” и подавляющей части депутатов Гордумы хватило здравого смысла не обращать внимания на эти игры, безобразие, которое творилось, и принять решение, которое, возможно, послужит каким-то изменениям. Сомневаюсь. Система плодит клонов определённой фармации, определённой направленности, но будем надеяться.

Ежов: Я пытаюсь вернуться к документу всё-таки. Мы хорошо прошерстили “Стратегию”, многое публиковали скрин-шотами. Причём даже эти старые данные указали на многие несоответствия каких-то идеологических тезисов и реального положения дел. Например, у нас никто абсолютно не говорит, что мы – рекордсмены по алкоголизму среди 12 соседей.  Оказывается, мы алкоголики больше, чем все ближние и дальние соседи по Поволжью…

Герасимов: Более того, в городе планировалось усилить алкоголизацию путём свободного доступа алкоголя в киоски. Пивом опьянения человек не достигает (назовём вещи своими именами, мы же реалисты).  Мы с тактикой не можем разобраться. О какой стратегии может идти речь…

Ежов: Меня заинтересовала больше вторая часть всего этого добра, она небольшая, буквально 1-3 странички. Здесь идёт разговор о том, о чём и вы частично сказали: о подходах.  Они говорят, что идёт серьёзный разрыв между декларируемыми решениями и практикой. Причём постоянно идёт речь, что стратегии нет вообще,  и на её полном отсутствии упор делается на сиюминутные текущие решения. Но обозначенная в стратегии модель управления городом и критика текущего состояния ставит вообще крест на той практике управления, что реализуется сейчас. Просто вот так: утром проснулись и побежали. Об этом прямо пишут авторы

Герасимов: Она не ставит крест, она даёт чрезвычайно низкую оценку уровню управления, уровню тех, кто управлял городом в последнее время.

Ежов: Про последние годы мы можем говорить долго. Вот, кстати, вопрос в развитие тезиса. Вы видели и работали с многими мэрами. Была какая-то эволюция? И в какую сторону? Например, при Ермакове она была более стратегической, системной и продуманной.

Герасимов: Сегодня мои дети учатся в школе и, немного занимаясь с ними уроками, я понимаю, что эволюция – это движение от простого к сложному, от худшего к лучшему. В городе была и продолжается антиэволюция. То есть с приходом каждой команды ухудшалась и направленность на систему защиты горожан, ухудшалась управляемость городом по всем параметрам. Я считаю, наращивалась отрицательная масса воровского коррупционного, негативного. С моей точки зрения так.

Ежов: О каком периоде речь?

Герасимов: Давайте так. Я помню Ермакова ещё в первом пришествии. При Горячеве. Сергей Николаевич, потом Романенко, Марусин, потом снова Ермаков, потом Пинков. Каждый этап не идеален, но я говорю, что с моей точки зрения негатив нарастал. Происходило пошаговое ухудшение беспредела, ситуации, управляемости в моём понимании этого смысла. Цели ставились более низменные, видимо, чем у предыдущих руководителей. Динамика-на все большее скатывание к решению текущих сиюминутных задач.
Во что превратили город, разбазаривая его по кусочкам за большие деньги? Понатыкано точечной архитектуры. Я спрашиваю: ребята, скажите мне просто, есть определённый смысл в том, что делается с архитектурой, с градостроительством в городе? Почему нельзя идти по простому пути. Есть градостроительный план,  архитектурная мастерская, архитектурные институты, достаточно неплохие  специалисты в этой области, которые не просто разрабатывают  архитектурный облик, а концептуально, пошагово наполняют его.

Вот есть, скажем, улица Федерации. Если кто-то покупает этот участок, то он берет его с проектом, либо строишь то, что нарисовано в проекте, либо ты не берёшь и не строишь ничего. И никак по-другому.  А проблема в том, что в этом случае на карман чиновнику не упадёт. Карт-бланш даётся, строятся эти курятники. К этому причастны конкретные люди. В итоге получаем хаотически застраиваемый город. И это только один пример

Ежов:   Ещё разок перейду к стратегии.  Здесь пишут, что можно выделить 4 ключевые проблемы, существующие в системе управления в Ульяновске. Первая – отсутствие стратегического планирования, то, о чём мы говорим. Вторая – приоритет срочных задач и поручений над плановой работой. Третья – фокус бюджета на исполнение текущих обязательств, без контроля достижения результатов. Четвертая, и это  выделяют как основное, – отсутствие системы оценки эффективности работы подразделений. Другими словами, авторы говорят о том, что никаких формальных критериев оценки работы просто нет.  То есть люди сами себе ставят задачи без каких-то формальных признаков, дают себе направление, куда ручкой махнули и это задекларировали- туда и побежали. 

Герасимов: Знаете, вы сейчас говорите, а мне вспоминаются слова моего татарского друга. В татарском языке нет слова назад, есть только вперёд – алга. И когда татарская конница наступала, сабли вынули и алга. Доходят до определённого момента, чувствуют, что что-то не то, разворачиваются и опять алга. Это вот очень напоминает, когда люди сами себе определяют вектор движения, сами себя оценивают. А что вы перестали плитку тротуарную стелить в Ульяновске? Приоритетная же задача была несколько лет назад.  Все мы понимаем почему. Кто-то к чему-то имел отношение, у кого-то был какой-то заводик где-то рядом, куда колоссальные деньги бюджетные двигались. Сменилось, у новых заводика нет, деньги пошли в другом направлении. У нас дорогу на улице Симбирской, где я недалеко живу, каждый год стабильно, осенью ремонтируют, каждый год. Деньги на ремонт утекают просто в никуда. На глазах.

Ежов: Я точно так же слежу за дорожной разметкой по всему городу, которая у нас обновляется каждый год. Причём каждый год делают хуже и хуже. Заезжаешь на мост около университета, с линейкой не бегал, но даже визуально – полторы машины. Дальше проезжаешь, на точно таком же ровном участке вдруг получается, что уже другой участок на полторы. Точно так же у моторного. Живёт всё разово, причём всё на чистом глазу. Или. Катафоты на пешеходных переходах. Весной декларируют гарантию на 10 лет, ставят, мы фотографируем. Осенью точно так же фотографируем: половины нет. И поскакали дальше, к новым “высотам”.

Герасимов:  Вы совершенно правильно заметили, что есть правила, есть основы управления. Если ты не ставишь конкретных обозначенных, реальных цифр результатов, которых ты должен достичь, если ты не определил систему контроля за этими результатами, непонятно, куда идти.

Ежов: Здесь я последний пункт не назвал. Низкий уровень оплаты труда. В документе констатируют, что слабая связь вознаграждения за достигнутый результат не позволяет удерживать в муниципалитете лучших сотрудников. Как бы вы кадровый состав оценили, начиная от топовых до уровня начотдела?

Герасимов: Есть, конечно, хорошие, классные специалисты, есть люди, которые добросовестно выполняют свои функции, но очень много людей, которые “выполняют задания”. И они несколько стесняются об этом говорить. Есть небольшой пример, на мой взгляд  достаточно показательный. Тогда когда я, имея в аренде участок земли, оплачиваю арендную плату на протяжении многих лет, в итоге во время определённого мониторинга выясняю, что арендная плата была установлена в три раза больше, чем нормативная. У нас же есть формула расчёта арендной платы, чиновник не может её произвольно поставить , он должен рассчитать её строго по формуле, утверждённой законодательным органом нашей муниципальной власти. Значит, была допущена ошибка, был применён не тот коэффициент. Чиновники это признали после того, как мы им на это указали. Они тут же арендную плату уменьшили в три раза. Но за пять лет набежала сумма в 15 млн рублей.

Я в YouTube видел недавно эксперимент в Арабских Эмиратах. Там выпадал кошелёк у одного якобы индийца перед разными категориями населения, более 32 раз они бросали кошелёк с деньгами. И приезжие, и люди не очень обеспеченные, люди, которые являются гражданами Эмиратов, все 32 раза кошелёк возвращали владельцу. Все 32 раза! Про таксиста читал, у которого кто-то 400 тысяч рублей оставил в сумочке. Он нашёл владельца, вернул деньги, хотя таксисту они бы тоже не помешали. У нас мораль такова, что чужие деньги надо возвращать. Это нормально. И нормально, когда речь идёт о деньгах в бизнесе, это же взаимоотношение между деловыми партнёрами. Они тоже предусматривают определённую честность и порядочность. Так вот: мне деньги не вернули. Более того, наш суд встал на сторону тех, кто взял лишнее. Признали, конечно, всё. По закону, нельзя было не вернуть. И для суда это должно было быть очевидным. Мотив действий чиновника, мотив действий правосудия на сегодняшний день знаете какой был? Неформально, в кулуарах они это обозначили. Это же бюджетные деньги, а в бюджете денег сейчас мало. Как я после этого должен относиться к правосудию, муниципальным служащим, ко всему остальному? Я их должен понять и простить, или по-другому?

Ежов: Раз уж речь зашла о мотивации, с этим-то что делать?  Без пинка работа не идёт вообще.

Герасимов: Проводилось исследование на тему мотивации. Например, в Германии не платят премий, там просто работают за то вознаграждение, которое определено. Либо человека устраивает, либо не устраивает, но если он работает, то он работает. И во многих других странах именно подход к выработке систем мотивации при оплате труда разный. В России исследование показывает, что размер мотивации за труд роли не играет. Ни на объёме, ни на качестве. Но в отдельных случаях, как из любого правила бывают исключения,  если человек работает, то он работает. Если он не работает, то он не работает. Поэтому для муниципальной службы должна быть определённая  система, которая человека ставит перед выбором: либо ты работаешь, либо нет. Мне рассказывали ситуацию по Чехии, когда один мой знакомый приходил оформлял права на участок земли и разрешение на строительство, хотел дом построить. Часть семьи перебралась в Чехию. Так после обращения в муниципальный орган через 15 минут ему выдали все правоустанавливающие документы на землю, все разрешительные документы на строительство, с которыми он мог пойти в строительную организацию и заключить договор подряда. Через 15 минут! Мы не получили разрешения на строительство в течение года, имея все документы. Это стандартная практика.

Ежов: Зато сколько разговоров об “одном окне”, об упрощении процедур.

Герасимов: Это полное враньё. Поэтому для того, чтобы изменить систему, мы должны взять всё лучшее, что есть у наших соседей. Мы находимся в некоторых идеологических разногласиях  по определённым моментам, но самое лучшее из системы управления стоит взять и просто скопировать, как это делают наши друзья китайцы: они берут хорошее и просто копируют.

Ежов: Причём нисколько не сомневаются. Без всяких псевдоморальных проблем. Я знаете чему не устаю удивляться: в своё время ездил с делегацией на идеологическом уровне в Белгород, общались на уровне замгубернатора. Немножко по-другому там работает машинка. Я удивился, насколько проблемы абсолютно одни и те же. При этом, насколько в России отсутствуют горизонтальные связи между регионами. Вот тема городов-побратимов, идёт какая-то чепуха, формальности, шарики и фонарики. Нет, чтобы просто взять готовый шаблон там, где такой же вопрос решается более эффективно

Герасимов: Я вам коротко и грубо здесь скажу: на каждой территории работает своя стая, а связи между стаями они только по необходимости.

Ежов: Уже в завершение о большом блоке из “Стратегии” – конкретные проекты. Насколько я понял, провели ещё и экспертное исследование. Собрали из в целом происходящего в области, мониторинг провели, собрали какие-то темы, которые видятся экспертам. И разработчики считают, что у нас может быть прорыв. По конкретным проектам (просто прочитаю): диагностический центр на базе УлГУ, портал “Здоровый Ульяновск”, платные парковки и так далее. Если взгляд за что-то зацепится, как практик оцените проекты по той или иной степени их реализуемости. Например, по реновации территории речного порта, который стоит достаточно давно, реновации микрорайона Нижняя терраса, создание музея СССР тоже здесь фигурирует.

Герасимов (рассматривая схему): Хотя на карте приоритетных мероприятий, я наблюдаю, что музей СССР находится далеко, за границей реализуемости.

Ежов: Про методику здесь не нашел, какая-то оценка из качественного исследования. Эксперты сами, видимо, не верят, увы. 

Герасимов: Мы наблюдаем явный признак заказа. Нужен музей СССР, есть команда продвигать музей СССР. Хотя объективно, есть много точек,которые находятся гораздо ближе к центру интересов, это же точка зрения каких-то определённых людей. Создание агентства городских инициатив (обозначено в стратегии как приоритетный проект – Улпресса) я вообще не понимаю, откуда это взялось. Они же не объясняют, почему агентство городских инициатив чуть не в центре должно находиться наших целей и задач, причём в абсолютном приоритете. Я думаю, это искусственная вещь, которой люди на будущее забили себе колышек.
Реновация Свияги – мы знаем, чей это заказ, расширение территории торгового центра “Аквамолл”. Для кого-то это, конечно, первоочередные цели и задачи, но стратегии развития города это зачем? Речь идёт о стратегических целях и задачах муниципального образования. У нас что, расширение территории “Аквамолла” – стратегическая задача муниципального образования город Ульяновск? Происходит ассоциация, что государство – это – я, а я – это государство. Тогда и владельца “Аквамолла”, неверное, надо обозначать как власть. А если не происходит этого обозначения, значит налицо связи, которые обычно бывают коррупционные. Вот и всё: кто-то у власти, кто-то в деньгах.

Ежов: НО здесь много и реализуемого, причём выходящего за рамки муниципального уровня. Индустриальный парк Карлинское, там на региональном уровне реализуется программа, и так далее. Понятно, что строительство микрорайонов – достаточно крупные проекты. “Скай Сити” “Запад” строит, “Аэророполис” отдельный, в ПОЭЗ Денис Барышников хорошо бегает – видна динамика.

Герасимов: Я смотрю на это всё, и большая часть из указанных здесь приоритетов –  это заказы. Если бы я занимался продвижением какой-то темы, то не пожалел оплатить труд экспертов, чтобы они включили мою тему в число приоритетов. Почему это ему дают льготы, почему он приоритетный? А это не мы придумали, это эксперты сказали, мудрые люди из Санкт-Петербурга. Здравомыслящий человек и человек, который обладает практическим житейским опытом, он понимает, откуда растут ноги. Я думаю, что для Ульяновска объективно перечень этих приоритетных проектов будет выглядеть немного по-другому.

Ежов: А что бы вы назвали? Здесь вот фигурирует какой-то электронный проездной. Понятно, что надо обновлять электротранспорт, какое-то дыхание ему дать.

Герасимов: Слава богу, есть интернет. Я сегодня видел, как, не у нас, а как раньше говорили “за бугром”, в трамвай заезжает инвалид. Подъезжает трамвай, на дверях есть знак “Специальное инвалидное обеспечение”, выдвигается из-под трамвая платформа, опускается ровно на тротуар под минимальным углом наклона, градусов 15, не больше, двери открываются, заезжает коляска, убирается платформа, двери закрываются. Инвалид едет, а мы говорим об электронном проездном. Я много ездил за границей, и отличие от России явно выражено: на улицах очень много людей в инвалидных колясках. А мы их просто не видим , потому что эти люди просто лишены возможности выйти. Электронный проездной – это тоже нужная вещь, конечно, вопросов нет. Но когда ресурсы ограничены всё-таки надо выделить то, что принесёт больше пользы. У нас сегодня вопросы оздоровления  народа находятся в зоне опасности для государства. Охрана здоровья людей, тем более в  Ульяновске и Димитровграде, должна стать вопросом национальной безопасности. За полжизни я уже перевалил, и с высоты прожитых лет могу сказать, что сегодня из числа моих знакомых подавляющее количество ушедших из жизни людей, их родственников, близких, друзей погубил рак. Рак от двухлетнего ребёнка до уже ветерана. Не сердечные, не какие-то другие, это рак. От чего умер? Рак. Чем болеешь? Рак. Это проблема. Почему замалчиваем? И может быть сегодня нужно подумать, что важнее: электронный проездной или всё-таки здоровье людей. А про воспитание – то, что происходит сегодня в школах, то, что происходит сегодня в больницах, то, что сегодня происходит в дошкольных учреждениях, уже просто слов нет. Чем они питаются, что они кушают? В мои студенческие годы после окончания института многие имели проблемы с желудком. Студенческая жизнь, нерегулярность питания и так далее. Сегодня это начинается со школы. У нас сегодня, как говорят откровенные медики, практически здоровых детей нет. 90% детей нездоровы. Музеи СССР и всё остальное –  ну нет у нас столько ресурсов, ну кого мы пытаемся удивить, кому мы пытаемся пустить пыль в глаза? Почему мы не вкладываем в здравоохранение, оздоровление, образование, почему мы не вкладываем в культуру как положено, не отмывая деньги на каких-то концертах, которые, наверное, нужны, но не за такие же деньги? Все же знают, что идёт огромная переплата с откатами.

Главный критический посыл к этому документу в итоге – это отсутствие даже попытки выстраивания каких-то приоритетов  при решаемых проблемах. Я вам даже больше скажу: этот документ – попытка создать обоснование необоснованных затрат, ложных целей и направлений нашей будущей деятельности. Этот документ будет обосновывать возможность для получения, как раньше говорили, нетрудовых доходов сословием чиновников. Другого отношения у меня к “Стратегии” нет.

У нас будет с вами время оценить последствия реализации этого плана стратегического развития. Надеюсь, что мы доживём до 30-го года, и, может быть, в 30-м году вот так с вами сядем и поговорим, как не получила у нас каждая семья в 2000 году отдельную квартиру, так и не будет реализован этот план стратегического развития города Ульяновска в 30-м году. Это мой прогноз, хотя прогнозы – вещь неблагодарная.

Ежов: Но хотелось бы ещё как-то на происходящее позитивно и повлиять.

Герасимов: Повлиять мы можем только активной позицией. То есть повлиять тем, что вы делаете, вот так откровенно, непредвзято ведя разговор, диалог и, наверное, это позволит когда-то кому-то принимать другие решения.

Ежов: Спасибо.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.