23 ноября в 21 час 10 мин. скончался наш знаменитый поэт-сатирик Григорий Матвеевич Медведовский. Прощание состоится в пятницу, 27 ноября, в 14.00 по адресу: г.Ульяновск, ул. Ленина, 107, Еврейская национально-культурная автономия. Похоронят поэта на Северном кладбище. Опубликованные 26.11. в ульяновской прессе дата и место прощания (26 ноября, пр. 50 лет ВЛКСМ) являются недействительными.

Григорий Медведовский – известный журналист, поэт, публицист, постоянный автор «Литературного Ульяновска». Родился 15 июля 1946 года в Алтайском крае, в городе Рубцовске. С 1974 года жил в Ульяновске. Работал редактором на местном телевидении и радио, семнадцать лет – в областной библиотеке для детей и юношества имени С.Т. Аксакова. Творчество Г. Медведовского давно знакомо не только ульяновскому, но и российскому читателю. В большей степени он знаком читателям как поэт-сатирик. В его арсенале – и пародии, и эпиграммы, и сонеты, и лимерики, и японские трёхстишия. Именно в этом обличье он уже более 30 лет печатает свои произведения в центральных изданиях России, в «Литературной газете», «Литературной России», журналах «Юность», «Москва», «Крокодил», «Вокруг смеха», «Вопросы литературы», газетах и журналах других стран. К 65-летнему юбилею у него за плечами уже более 25 документальных и художественных книжек. Среди них: «Гороскоп на Год Собаки», «Прививка на себе», «В таком разрезе», «А смеяться только и осталось», «Над собой смеётесь»!», «Не смехом единым», «Да какой же я, к чёрту, сатирик?», «Пришла пора поворошить архивы», «Эта многоликая, многоликая пародия…» и др. Есть и солидные документальные труды – об ульяновских предприятиях и учебных заведениях, а также художественные книги и вполне серьёзные поэмы «Уроки Минаева», «Приближение к Хайяму», «Страшный суд», в которых автор предстаёт с большей полнотой своего многогранного творчества. Не случайно, а вполне оправданно многие рецензенты называли его и «сантехником человеческой души», и «санитаром нашей жизни». В книгах Григория Медведовского через изображение бытовых реалий, человеческих пороков, профессиональных огрехов, казусов телевизионного и массово-культурного потока, обрушивающихся ежедневно на граждан нашей страны, предстаёт пёстрая, не всегда утешительная картина российской действительности, часто с грустью узнаваемая, вызывающая тот самый «смех сквозь слёзы», традиционно идущий от гоголевской прозы. Незабываемы и пародии Медведовского, потому что сделаны они не только на блестящем внешнем уровне, но главное – на внутреннем, что гораздо труднее (помнятся его пародии на Вознесенского, Евтушенко, Ахматову, многих советских поэтов).

 

Редакция журнала «Литературный Ульяновск» скорбит по случаю смерти нашего автора, и выражает надежду, что его талантливое творчество несомненно будет востребовано многими поколениями читателей, как образец служения своему Отечеству. В сложный период его истории поэт не впал, как некоторые, в модное очернительство, и стойко служил своей правдивой музой делу очеловечивания людей.

Мир твоему праху, дорогой Григорий Матвеевич!

 

Григорий Медведавский. АХ, ЕСЛИ БЫ!.. Иронические сонеты и стихи

 

                                                            О, как тебя благодарить, сонет?!

                                                            Во всём твои достоинства бесценны 

                                                            Недаром же не сходишь ты со сцены

                                                            Семь с половиной долгих сотен лет…

Множество знаменательных для тогдашнего Союза, а затем и самой России событий, происходивших на рубеже 80-90-х гг. прошлого столетия, почему-то заставили меня прибегнуть к достаточно давней форме сонета, который веками создавался совсем для иных целей, имея немеркнущий успех… И так случилось, что за 3-4 месяца было создано более сорока «Современных сонетов». Публикуя здесь их часть, возможно, наиболее «политизированную», автор понимает, что не все упомянутые имена и события навеют яркие воспоминания спустя практически 20 лет после рождения этих строк, облачённых в классическую форму. Но уже тогда я счёл необходимым покаянно обратиться к столь благородному жанру:

Прости, но я привлёк тебя опять,

Чтоб слабо и неполно описать

Сегодняшнюю суету и драму.

Иронией пришпорен мой Пегас —

И с помощью твоей в который раз

Пытается найти

дорогу к Храму…

 

 

 

 

Рука

 

Идти вперёд – великая наука:

Всё выдержать –

                            и глазом не сморгнуть!

Народу указуя верный путь,

Вожди всегда протягивали руку…

Не время ли задуматься слегка –

Куда зовёт, что деется под нею?

Всегда ясна дающая рука.

С рукой простёртой –

дело посложнее.

…Конечно, что-то он имел в виду,

Куда-то звал – едва ли на беду,

Свершая жест пророческий такой

И навсегда застывши в позе этой…

Или предвидел, что по белу свету

И мы пойдём

           с протянутой рукой?

 

 

Экологическое

 

Вред от всего!

Но где достать прибор?

И все ли мэры принимают меры,

Чтобы узнать, какие миллибэры

По улицам гуляют с давних пор?

Ведь как душой за это ни болей,

Не помогли ни митинги, ни траты…

Зловредные нитриты и нитраты

В желудки экспортируем с полей.

Ну как тут, право, не сойти с ума,

Когда нужна приборов разных тьма –

Иначе ничего не разберёшь,

Ни за каким не спрячешься забором!

Всё вредно – что вдыхаешь, ешь и пьёшь!

Знать, жизнь сама

     на нас «кладёт с прибором»…

 

Артель «Напрасный труд»

Бурный ход мирового процесса

Вызывает живой интерес:

Если вдуматься
в сущность прогресса –

Никакой он, к чертям, не прогресс!

Я не помню,
в каком уже веке,

Но в недобрый, понятно же, час

Стали думать
о том человеке,

Что покажет во всём высший класс!..

Но, стрезва оценивши наличность,

Идеологи поняли вдруг:

Не взрастить гармоничную личность,

Не порвав заколдованный круг.

Не улучшить ни плетью, ни матом,

Не поднять подневольным трудом…

А в шарашках взлелеянный атом –

Как он страшно вошёл
в каждый дом!

Что за головы, ах,
что за руки

На прорыв посылали и сдвиг,

Чтоб одни достиженья науки

Все другие похерили вмиг.

Чтобы вы, племена и народы,

Осквернив сокровенный покой,

Доводили мать вашу –
природу

До страдальческой жизни такой.

Чтоб неясности в общем и целом

Не сливались в кромешную ночь,

А политики с дальним прицелом

Уводили от истины прочь…

И рождаются горькие мысли,

Дав на миг просветленье уму, –

Что в конечном, решающем смысле

Нас не учит судьба ничему.

Но сквозь времени торные тропы,

Что-то путное вообразив,

Всё плетёт свою ткань Пенелопа.

Всё толкает свой камень Сизиф…

 

 

Сотворение кумиров

 

Ни Библия, ни опыт – не указ:

Здесь Травкин – бог,

а там царица – Джуна…

Лишь было бы кому бросать с трибуны

Слова в ряды беснующихся масс.

Хоть по ТВ узреть – такая малость!

Меняются поветрия в стране,

Меняются портреты на стене,

Но суть обожествления осталась.

И вот опять – вокруг счастливцев рой,

И сотни тысяч за него горой!

Кумира власть –

живучая зараза,

Когда живёшь и дышишь им одним,

Не думая, что тянется за ним –

Протуберанцы или метастазы…

 

 

Дураки

 

Опять орут, кто и всегда орал,

Всё более напористо и смело…

Нет, море дураков не обмелело —

Оно, увы, не Каспий, не Арал.

Опять вокруг – дурак на дураке,

Видать, живучи, как никто на свете!

 

Для них и гласность –

словно свежий ветер,

Взметнувший только пыль на чердаке.

Товары были – нынче не купить,

Нет выпивки – и кто-то бросил пить,

Кто бойко прыгал – не слезает с койки…

Дух перемен касается всего!

Но покажите мне хоть одного,

Кто поумнел

        с начала перестройки!

 

 

   Ещё о привилегиях

 

Ну что, закрыли депутатский зал?

Что, поделили сервелат и сласти?..

Без привилегий не бывает власти,

Когда бы, кто и как её ни взял!

Да, с массами – всегдашняя беда

(Не станем здесь искать её причины),

Но ведь не исчезают никуда

Пайки, путёвки, дачи и машины.

Закон их сохранения таков,

Что чужд экономических оков,

Но управляем братом или сватом…

Идущих к власти

льготы будут ждать!

Им всё равно, кому принадлежать —

Правоцентристам или демократам.

 

 

Гласность

 

Сорвём покровы! Бросим взоры вспять —

На это… и на это…

Может, баста?

Таких секретов – сотня, полтораста?

А, может быть, и вовсе тысяч пять?

Ох, как опасны честные слова,

Какое правда действие имеет:

Немного, а кружится голова,

Ещё чуть-чуть –

и всё вокруг немеет.

Творили, что хотели, зная: тут

Подчистят, закопают, оплетут…

Одних давили, а других лизали…

А с тем, кто пикнет, разговор был крут!

Ну кто же знал,

что гласность разведут

И микрофоны установят в зале?

 

Ах, если бы!..

Ах, как славно б жили мы, ребята,

Царствуя на суше и воде,

Если бы не те, кто виноваты

В нашей нескончаемой беде!

И звезда какого-нибудь «изма»

Точно озаряла бы наш путь,

Если б не наследие царизма

И церковных опиумов муть.

Если б не пассаты и муссоны,

Что валяют наши корабли,

Если б не носатые масоны,

Что грозят со всех концов Земли.

Если б не на выпивку затраты,

От которой клонит всех ко сну,

Если б не злодеи-демократы,

Что давно разграбили казну.

Если б человечество забыло

Все долги,
что нам и возвращать,

Если бы войска не надо было

Небывалой мощью оснащать.

Если б не сражались батальоны,

И стада жирели меж лугов,

Если б окочурились мильоны

Внешних, да и внутренних врагов.

Если б, из-под тех бровей взирая,

Леонид хоть что-нибудь творил,

Если б, как в стихах,
«Не надо, Рая…»

Михаил почаще говорил…

Ах, какой бы мы достигли формы,

Как взыграл у всех бы
Божий дар,

Если б не дурацкие реформы,

Если бы не Ельцин и Гайдар.

Эх, какие б радости настали,

Ах, какого б мы дождались дня!

Если бы не Гитлер и не Сталин,

Если б не Чернобыль и Чечня…

 

 

Авгиевы конюшни

 

Навоз годами ширился и рос,

Эпоха озлоблением набрякла…

И если бы не мужество Геракла,

Едва ли кто бы сдвинул этот воз.

Так мы, пускай и сыпя соль на рану,

Зловонную развеиваем ночь:

Запреты – прочь! И опасенья – прочь!

Откроем все архивы и спецхраны!

Вот хлынул очищающий поток!

И хлещёт, хлещёт…

Уж какой годок?

Никто не спорит – нужная работа.

Но всё слабей восторги, громче стон,

И всё с навозом вытекает вон…

О, Господи, останется хоть что-то?

 

Толпотворение

 

Опять смешались наши языки,

И всех народов гордые потомки

Несут по свету жалкие обломки

Свершений, что, казалось, так близки…

Увы, дорога к Небу не прямая!

На митингах, криклива и слепа,

Вопит разноголосая толпа,

Друг друга ни на грош не понимая.

Пророков и оракулов – долой!

Посетуем о стадности былой,

Когда был страшен чёрт,

а Бог – не страшен…

Единство наше кануло в веках

И говорим на разных языках

С поспешно возведённых телебашен…

 

 

Переименуем!

 

Вернём себе былые имена,

Скорей налёт времён недобрых сдуем!

Припомним всё –

и переименуем,

Чтоб оживала бедная страна.

Кого ещё не сбросили – глядим,

Какое не прошляпили наследство?

Кому ещё с лихвою воздадим

«За наше замечательное детство»?

Вот потрясли вершителей основ…

Ах, Феликс тут? И здесь ещё Свердлов?

От них расчистим близи все и дали!

Предстанет мир в безоблачной красе,

И трепещите перед нами все –

Те, перед кем

при жизни трепетали!

 

 

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.