Пустующее несколько месяцев кресло главного архитектора Ульяновска и пост руководителя Управления архитектуры и градостроительства горадминситрации занял Михаил Мишин. Новоиспеченный чиновник переехал в Ульяновск из Самары в 2010-2011 годах, когда группа компаний «ДАРС» искала специалиста, знакомого с тематикой строительства торговых центров, и который смог бы возглавить проектирование «АкваМолла».

В начале интервью Мишин сразу предупредил, что на многие вопросы, в частности о проблемных застройках,  ответить не сможет: к рабочим делам он официально приступил с 9 марта. Поэтому наша беседа носит, скорее, ознакомительный характер: биография, реализованные проекты, профессиональная «миссия» на посту главного городского архитектора и блиц-опрос «без галстука».

Спроектировал ставший лучшим в СССР монумент, посвященный наступлению третьего тысячилетия,  построил «Парк Хаусы» и «АкваМолл» 

— Родился, окончил школу и жил в Куйбышеве. Учился в средней, художественной, физико-математической школе. Учился неплохо и всегда этим гордился. В 1982 году поступил в Куйбышевский инженерный строительный институт на архитектурный факультет.  Всегда считал и буду считать этот факультет достаточно престижным и серьезным учебным заведением. Учился у таких людей, как у Малахова Сергея Алексеевича, Головина Александра Григорьевича, Самогорова Виталия Александровича. Когда заканчивал институт, в 1989 году, делал дипломный проект «Многоэтажное здание-монумент, посвященное наступлению третьего тысячилетия». Проект был во многом бумажный, построить его, понятное дело, было невозможно. Это был лозунг эпохе, когда менялся строй и политическая система. Мало того, что проект попал на биеннале в Болгарию, так в итоге и стал лучшим архитектурным проектом СССР среди выпускников. После этого я поехал в поощрительную поездку в то время ещё в Югословаю, потом меня рекомендовали на обучение в Международную академию архитектуры, штаб-квартира которой была в Софии.

Сразу же после окончания института по распределению работал в институте «КуйбышевГражданПроект», который, в основном, занимался вопросами генеральных планов городов и населенных пунктов. Работа была, в большинстве случаев, по Самарской области. Принимал участие в разработке Генпланов городов Сызрань, Отрадный, Похвистнево. Позднее мы, будучи молодыми задорными архитекторами, организовали несколько творческих коллективов, которые занимались больше бумажным проектированием. Было и реальное проектирование, в частности, реконструкция нескольких исторических кварталов.

Все исторические города имеют одну проблему — старая часть города с трудом принимает на себя современное воздействие.  Для архитектора это филигранная работа по интеграции современной застройки в историческую среду, которая ограничена этажностью, шириной дорог и проездов, возможностями инженерной структуры, и в конце концов, привычным укладом жизни тех людей, которые там живут.

Есть построенные объекты в Самаре.  Но их крайне мало, потому что в то время получить реальный заказ архитектору было очень сложно, а еще сложнее было инвестору найти средства.  Мне за свои работы не стыдно — это жилые дома по улице Садовой, реконструкция административно-бытового корпуса самарской ГРЭС. Эти работы я вел будучи исполнительным директором бюро «Ковчег» «ARK», которое мы создали совместно с моим преподавателем Малаховым Сергеем Алексеевичем.

Потом несколько лет занимался изучением вопросов, связанных с совершенно новой для российских архитекторов темой — строительством крупных торговых центров.  Тема была неизведанной, хотя теоретически всё было понятно. Пришлось ехать учиться у иностранцев, например,  в студию Джованни Бартели в Италии. В конце 90-х — начале 2000-х под брендом «Парк Хаус» спроектировал и построил несколько одноименных торговых центров в Волгограде, Казани, Тольятти, принимал участие в Екатеринбурге и Самаре.

Несколько лет проработал в Москве. Здесь я, в основном, занимался вопросами ландшафтной архитектуры и малых архитектурных форм. После этого, как ни странно, меня пригласили работать в Ульяновск, это был 2010-2011 год. Пригласил меня сюда работать руководитель группы компании ДАРС  (Дмитрий Рябов, — прим.ред.). Это были сложные для компании времена, когда она взялась за строительство единственно крупного по тем временам для Ульяновска торгового центра «АкваМолл» и столкнулась с рядом проблем. Тогда руководство компании решило найти в России специалиста, который знаком с этой тематикой, кто мог бы возглавить проектирование объекта. Выбор пал на меня, и с весны 2011 года я работаю в Ульяновске.

— Как руководство компании «Дарс» отреагировало на ваш новый пост? 

Обратил внимание, что у людей, которые ассоциируют меня с ГК «ДАРС», сразу возникает понимание, что я их ставленник. Сразу могу четко и определенно сказать, что это не так. Просто закончился определенный жизненный цикл, мой трудовой контракт. Мы удачно завершили строительство четвертого аэропорта в г. Жуковский. Я стоял перед вопросом выбора: либо работать по предложению руководства ГК «ДАРС» над реализацией проекта в Подмосковье, либо подобрать себе какие-то другие варианты.  В этот же момент поступило предложение возглавить новое Управление архитектуры и градостроительства. Не могу сказать, от кого оно поступило, с нескольких сторон, но не от «ДАРСа». Руководство компании было последним, кто узнал о такой ситуации. У предложения этой компании меня смутило лишь одно — географическая оторванность. Мне бы не хотелось уезжать в Москву. Это сложный, специфический город, который немного не совпадает с моим внутренним ритмом. Я проработал там 2,5 года и понял, что они стоили мне десятка лет.

— К вопросу об «аффилировании» вас с ГК «ДАРС». Как только вышла новость о новом назначении на должность главного архитектора, вас заочно обвинили в лоббировании интересов компании и предрекли возможное засилье города новыми торговыми центрами.

— Ни один здравомыслящий девелопер не будет строить никому не нужный торговый центр. Да, на сегодняшний день торговая недвижимость является одним из самых эффективных инвестиционных вложений от застройщика, но ёмкость этого рынка ограничена. Простые экономические законы диктуют лучше административных. Таких торговых центров для города много и не надо.

— Ваша миссия на новой должности какова? Уже успели вникнуть в текущие вопросы и очертить круг проблемных?

— До меня этот кабинет пустовал. В этом кресле я сижу с 1 марта, официально —  с 9. Глава администрации Алексей Гаев сказал: «Давайте не будем терять время, садитесь, вникайте». Количество проблем в городе огромно. Это не специфика Ульяновска, это специфика любого крупного российского города. Я бы, в первую очередь, отметил вопросы, связанные с реализацией генплана.  Генеральный план развития города — это документ, в котором обобщена и систематизирована вся информация по стратегии развития города. Следующим документом является ПЗЗ (правила застройки и землепользования), где расшифровываются все решения, принятые в Генплане. Ульяновск отличается от многих российских городов тем, что в этих основных документах много нестыковок. Они, с одной стороны, вызывают недовольство жителей, которые не видят стратегии развития города, с другой стороны, это и проблема застройщиков, которые сталкиваются с несоответствием Генплана с ПЗЗ. Яркий тому пример — проблемы со строительством гостиницы Marriott, которые в своё время так и не смогли решить. Считаю, что эти документы по закону и по сути должны быть доступны для горожан и для застройщиков.  Правила «игры» и работы должны быть одинаковы для всех. Только это позволит городу сложно, многогранно развиваться, не создавать конфликтных ситуаций.

С точки зрения земли, процедура в градостроительном кодексе максимально чётко прописана. Для меня лично остаётся принимать все меры для чёткого соблюдения этих документов. Но я вижу для себя ещё одну профессиональную должностную миссию — заниматься архитектурой как таковой. Здесь возникает некий правовой провал, потому что регламентирующих законодательных актов на сегодняшний день нет.  К сожалению, я, как главный архитектор, практически не имею по закону влияния на формирование архитектурной среды, выбор того или иного архитектурного решения, действия по контролю архитектурной выразительности и качеству застройки. Вот эти моменты — как раз то, что я сейчас пытаюсь осознать, потому что это во многом остаётся в разряде переговорных вопросов. Для жителей города и застройщиков нужно найти удобную площадку для обмена мнениями.

Приходится констатировать, что сейчас в Ульяновске нет консолидированного архитектурного сообщества. Это не обвинение и не порицание, эта та ситуация, к которой мы пришли в результате политической, экономической и социальной обстановок у нас в стране. Экономическая ситуация заставила архитекторов быть разрозненными, каждый из них подчинен неким рыночным законам, которые, к сожалению, разрушают профессиональное сообщество. Всё-таки главная миссия архитектора — в красоте.

Архитектура занимается и теми вещами, которые сомасштабны человеку. Вряд ли когда вы идете по улице, то оцениваете кровлю дома. Человек оценивает архитектуру здания до второго этажа, в своем масштабе. Нужно сделать эту среду благоприятной: фасады, витрины, рекламу, малые архитектурные формы, озеленение, подсветка зданий. То, что человек прямо воспринимает.

— А что скажете по поводу плодящихся ларьков и киосков? 

— Мы должны понимать, что от нестационарных объектов — киосков — никуда не денешься. Частный малый бизнес будет искать возможные варианты размещения предприятий торговли. На то он и частный бизнес. Сначала нужно зафиксировать реально существующую ситуацию: где, когда, как и кем размещены киоски. Затем отчленить из этого массива то, что сделано с нарушениями: это сужение тротуаров, сокращение ширины пожарных проездов, размещение на инженерных линиях и тд.  Эти регламенты нужно сделать открытыми и понятными, ввести простую математическую модель: что можно делать, а что нельзя.  Дальше наступает самое сложное: вопрос эстетики. Это то, что невозможно прописать законодательными актами и регламентами. Это возможно сделать на уровне формирования конструктивного консолидированного общественного мнения. Но частные предприниматели всегда будут пытаться выделиться из общего ряда. Город — живая структура. Его загонять в регламент нельзя.

Я не сторонник «ночи длинных ковшей». Это нечестно. Это волевое решение, не всегда подкрепленное законом и человеческими отношениями.

«Без галстука»: любовь к земле, рулю и фотографии

Я с большим трудом согласился на этот пост. Остаюсь практикующих архитектором.  Не очень люблю чертить  в компьютерных программах — они жёсткие, я больше люблю рисовать карандашами, чертить от руки, стоя у кульмана. Сейчас получается, что я должен стать жестким администратором и, как показывает жизненный и профессиональный опыт, стать им могу. Надеюсь, что не в ущерб присущему мне романтизму.

Очень люблю заниматься землей. У меня достаточно интересная дача в Самаре и, работая на предыдущем месте, одним из условий было, что у меня есть свободные суббота и воскресенье. Люблю на участке заниматься ландшафтным дизайном, выращивать экзотические виды растений. Увлекся выращиванием винограда, сейчас у меня дома в Ульяновске 19 сортов. Люблю на даче организовывать другую жизнь: у меня собираются большие веселые компании добродушных, умных людей.

1

Люблю фотографировать. При строительстве «Аквамолла» вёл фотолетопись и устроил потом выставку для сотрудников.

Очень люблю руль, путешествовать на автомобиле. Для многих это работа, для меня — отдых. За рулём уже очень давно — с 16 лет.  Ощущение от бесконечной дороги, воздуха, ветра, скорости, хорошей музыки в автомобиле. Самая дальняя моя дорога, это когда я один поехал из Ульяновска в Монако: четыре тысячи километров, 47 часов за рулем.

Так как путешествую часто один, а человек я коммуникабельный, стал пользоваться сервисом «Bla Bla car». Интересное ощущение, когда ты летишь в автомобиле, у тебя сидит совершенно посторонний человек и ты начинаешь очень быстро с ним дружить и говорить на трепетные темы, которые даже с близкими не обсуждаешь.

Настолько нравится ехать, что от процесса не устаю. Есть пару тайн: так называемый мной «метод Штирлица» — когда физически не тяжело, но мозг устает, я нахожу удобное место и сплю 15 минут. За это время организм не уходит в глубокий сон и мозг успевает отдохнуть. 

Беседовала Ольга Турковская

Фотография — из открытых источников

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.