Вот уж и представить себе не мог, что я смогу когда-нибудь побывать на действующем атомном реакторе. Оказывается это очень даже возможно. И даже увидеть два реактора задачка выполнимая.

Атомная энергетика окутана тайнами, домыслами, загадками, страхами… Для меня это факторы, разжигающие любопытство. И поэтому всегда хотелось к тайне прикоснуться, разведать ее секреты. И вот свершилось. Теперь я в совершенстве знаю как работает атомный реактор и атомная станция в целом. Оказывается все очень просто. Я расскажу.

Монумент «Расщепленное ядро» на территории НИИАР

Сначала хочу обратиться к специалистам с просьбой отнестись снисходительно к возможным огрешностям в моем рассказе. Знаю, ядерщики очень любят точность. Но я за нею не гонюсь, мне хочется поделиться эмоциями, что я обрел во время общения с этими удивительными людьми.

Один из мифов, что витает в Тольятти, сообщает, – в соседнем Димитровграде находится атомная станция. Оказывается, атомной станции в этом городе нет. А есть научно-исследовательский институт атомных реакторов НИИАР. И он оказался очень гостеприимным закрытым заведением, которое готово проводить экскурсии, рассказывать и показывать. Процедура согласования посещения неспешная, может занимать 45 суток. Не исключаю, что служба безопасности института знает мою родословную лучше чем я. Прежде чем попасть на территорию, мы прошли инструктажи, разумеется, под роспись. Мы узнали, что мы можем делать, а чего нет. Самое удивительное – нам разрешили фотографировать! Правда, с нами всегда был человек, который сообщал, где можно снимать, а где нет. Это не напрягало. Мы быстро привыкли, прежде чем начать съемку, спрашивать: «Здесь можно?» И, как ни странно, везде, где появлялось желание сделать кадр, нам это разрешали. И это было очень приятно.

Знакомство с институтом началось с его музея. Здесь мы постигли первые азы теории атомной энергетики, узнали чем занимается НИИАР, что выпускает и для чего. Рассматривая макеты, я, пусть и в общих чертах, теперь представляю, как выглядят реактор и его топливные элементы (топливные сборки). Историю центра для нас раскрыла Светлана Семёнкина, она весь день опекала нашу группу, знакомила, отвечала на вопросы.

Светлана Семёнкина рассказывает нам историю НИИАР

Макет высокопоточного реактора СМ

В таких контейнерах перевозят изделия НИИАР. Этот контейнер помещается в больший, а тот, если требуется, в еще больший.

После обширной вводной части пришло время познакомиться с настоящими реакторами и узнать их секреты. Так вот, как же они работают эти реакторы? Да, пёс их знает как. Я так до конца и не понял, но они работают. Главное, есть люди, которые понимают суть этих процессов. И эти люди беззаветно влюблены в свои реакторы, могут о них рассказывать бесконечно и во время их рассказа все очень даже понятно. Но вот как это мне, ярко выраженному гуманитарию, пересказать?

Общаясь с сотрудниками института я был поражен, до какой степени они увлечены своим делом! Вот уж действительно – они им буквально живут. Слушая Алексея Леонидовича Петелина, директора реакторного исследовательского комплекса, в ведении которого находится реактор СМ-3, я вдруг поймал себя на мысли, что сейчас соприкасаюсь с неведомой мне ранее реальностью. В ней жизнь течет совершенно по иным законам и измерениям. Здесь люди спокойно говорят о немыслимых величинах: «Плотность потока быстрых нейтронов 3.7х1019…», «Через полтора миллиарда лет…» и т.д. А какое замечательное, жизнерадостное чувство юмора у физиков-ядерщиков! Уходить из кабинета Алексея Леонидовича искренне не хотелось и только соблазн побывать в реакторном зале вынудил распрощаться.

Алексей Леонидович Петелин, директор реакторного исследовательского комплекса, принимает нас в своем кабинете

Мы оделись в белоснежную униформу, на обувь одели очень плотные бахилы.

Это не мед. сестрички, и не студентки кулинарного техникума. Это экскурсанты института атомных реакторов

И вот он реакторный зал!

Атомный реактор СМ-3

Признаюсь, я себе иначе представлял реактор. Он рисовался мне немыслимым переплетением труб, колб, блестящих баков, обязательно должно быть много неоновых огней, которые непременно перемигиваются. В реальности все оказалось намного проще. Обратите внимание на одну деталь. Видите в левой части фотографии, под ногами у сотрудника зона с желтым кругом? Вот это, собственно и есть рабочая зона реактора, в которой находятся топливные элементы. Да, она оказывается такая крошечная. А все остальное есть защита. Много уровней защиты. Все ее элементы многократно дублируются, дублируются и еще раз дублируются.

Войти в реакторный зал дело не хитрое, а вот выйти из его зоны – целый ритуал. Обратите внимание на фото. Видите порожек? Это условная граница «грязно-чисто».

Процедура выхода из реакторного зала

Помните, мы одевали на обувь бахилы? Подойдя к этой границе, надо особым образом бахилы снять. Пальцами поддеваешь их изнутри и не касаясь наружной стороны освобождаешь одну ногу, бросаешь бахилу и переступаешь через порог. Получается, что одной ногой ты стоишь в зоне «грязно», а освобожденной, в зоне «чисто». Затем, тем же способом снимаешь вторую бахилу. Для того чтобы окончательно все убедились, что мы не будем светиться от полученного облучения, у нас, с ног до головы, дозиметрами проверяют наш фон радиоактивного излучения. Естественно, он в норме. Подобных контрольных измерителей мы встречали много и разных типов. Где-то стоит аппарат и ты можешь подойти к нему, приложить ладони и выяснить, поймал ты радиоактивную частицу или нет. А проходя через внутреннюю проходную, надо остановиться в аппарате, похожем на рамку металлоискателя и через несколько секунд сканирования механический голос сообщит: «Чисто», и тебя выпускают.

Даже аппаратуру проверили

Вторым реактором, на котором мы побывали, стал БОР-60. Здесь нас принимал заместитель главного инженера Леонард Борисович Нечаев. И опять, та же увлеченность, тот же энтузиазм. О своем подопечном БОР-60, Леонард Борисович рассказывал так артистично, что у меня возникли подозрения, а не оканчивал ли он еще и Щукинское училище, причем с отличием. Явно, здесь он знает каждый винтик и способен с закрытыми глазами разобрать и собрать любую деталь.

Леонард Борисович Нечаев, заместитель главного инженера, показывает топливную сборку

Пульт управления реактором БОР-60

Какие процессы идут в реакторе и куда.

Все это, конечно, очень интересно, но возникает вопрос: «А для чего?» НИИАР занимается не только теорией. Его мощности активно используют материаловеды, для испытания материалов. Здесь изготавливают источники, которые очень востребованы в медицины. В стенах института производят йод-125 и 131. В продукции НИИАР нуждается геологоразведка и т.д. и т.п. Да, как оказалось, институт загружен заказами с запасом.

И еще один прелюбопытнейший факт. Вы наверняка знаете, что самый дорогой металл в мире это Калифорний-252. Как нам сказали, один его грамм стоит всего лишь 20 вагонов золота. Его производство хлопотное дело, длится оно всего лишь 7 лет, да и то, на выходе получают миллиграммы. Научились получать Калифорний только в Окрижской национальной лаборатории в США и здесь, в Димитровграде в НИИАР. Вот так! Я попросил в качестве сувенира крупинку Калифорния. Пообещали в следующий раз оставить ее для меня.

Подводя итоги экскурсии в НИИАР могу сделать следующие выводы:

— было невероятно интересно, для меня открылась неведомая мне вселенная;
— после посещения института светиться я не стал;
— люди, которые там проработали свыше 30 лет, обладают шикарными шевелюрами;
— промышленный туризм можно организовать на высшем качественном уровне даже на режимном предприятии, для этого, оказывается, нужно обыкновенное желание, а все проблемы решаемы;
— при случае я еще раз с удовольствием побываю в НИИАР и не только чтобы что-то посмотреть, а потому что люди, которые здесь работают, располагают к этому.

Хочу завершить свой коротенький рассказ искренними благодарностями.

Огромная благодарность Светлане Семёнкиной. Она стала нашим проводником в мир ядерной физики и опекуном в этом серьезном заведении. Не знаю, с кем ей было легче, со школьниками, или с нашей группой.

Алексей Леонидович Петелин и Леонард Борисович Нечаев, слушая вас, я в какой-то момент загорелся ринуться в ядерную физику, но, боюсь, что даже квадратное уравнение без ошибок уже не решу. Спасибо вам за гостеприимство, открытость и радушие.

Хочу поблагодарить всю нашу любознательную группу. Ради этой экскурсии все проснулись задолго до зари и кто из Димитровграда, кто из Ульяновска, кто из Тольятти съехались в одну точку. Ребята и девчата, с вами было замечательно.

И отдельная, особая благодарность, думаю ко мне присоединятся все участники экскурсии, Андрею Мокееву. Андрей, спасибо тебе огромное, что всех нас собрал и взял на себя все хлопоты по организации посещения НИИАР. Это был потрясающий день!