Ведущий  клуба — Жан Миндубаев.

От ведущего.

    Клуб «Симбирский глагол» — дабы разбавить скучную тямоготину повседневности- печатает  сегодня веселое произведение   ульяновского поэта Николая Марянина.  Он создал — озорную стихотворную комедию.  «Шумодырская   бодяга», которая — хоть и отражает атмосферу уже далёких 90-х годов — но, право слово, весьма актуальна и поныне….  

  Сюжет  таков: молодой колхозник Ванька Шелопут, покинув родную деревню Шурдаклы, отправляется на заработки в славный город Шумодырск, где его ждут невероятные приключения и разочарования.

  Нуте-сс…Читаем!

Жан Миндубаев

**********

 

Николай Марянин

Шумодырская бодяга

 

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Бабушка Шутиха — известная шумодырская сказочница.

Дед Шкелет — потомственный колхозник  из деревни Шурдаклы.

Ванька Шелопут — его внук.

Самородок — бродячий музыкант.

Бомж Шеромыга — шумодырский студент, подрабатывающий нищенством.

Шалава — однокурсница Шеромыги.

Рэкетир Шалый – крупный шумодырский авторитет.

Шмырь — подручный Шалого, входящий в шумодырскую группировку «Шмыри».

Мент Шухер — блюститель  шумодырского правопорядка.

Шиновка — известная в Шумодырске самогонщица.

Шарманщик — ди-джей шумодырской дискотеки.

Чиновник Шкура — самый главный шумодырский начальник.

Шумбур — директор шумодырской биржи труда, бывший комсомольский работник.

Бизнесмен Шопин (он же Шопен) — преуспевающий шумодырский предприниматель.

 

Действие 1

 

Добродушная бабушка Шутиха в платочке открывает настежь ставни окна своей избы, складывает крест-накрест руки на подоконник и начинает рассказывать сказку …

 

ШУТИХА:

 

В мире много есть потех,

Только наша — лучше всех!..

Шибко глупый, кто не верит,

Пусть посмотрит — и проверит,

Ну а тот, кто не дурак,

Будет нас смотреть и так!

Шумодырск — расейский гopод:

В меру грязен, в меру молод,

Суетится в меру сил,

А названье получил

Оттого, что шума много

Выдаёт он на-гора,

А вглядеться если строго —

Заурядная дыра!

Разве ж это не потеха?

Тут никак нельзя без смеха …

 

Сцена 1

 

В деревне Шурдаклы на завалинке своего дома сидят дед Шкелет и Ванька Шелопут. Дед скручивает «козью ножку», затягивается едкой махрой и тоскливо смотрит вдаль…

 

ДЕД ШКЕЛЕТ:

 

Эх, Расея, милый край:

Хоть ложись да помирай!

Ни в саду, ни в огороде

Не пригоден дед Шкелет…

Ты вот, Ванька, вырос вроде,

А ума-то так и нет.

Вон, колхоз, совсем зачахнул,

Денег нет в самой Москве …

Хоть бы кто их всех там трахнул

Утюгом по голове!

Так что, ты, покуда молод,

Поезжай, Ванюша, в город:

Может, там, ядрёна вошь,

Уважают молодёжь!

 

ВАНЬКА:

 

Чо ты, дед, опять разнылся:

То ли мало похмелился?

 

ДЕД ШКЕЛЕТ:

 

Цыц! Замолкни, Шелопут —

Кто из нас умнее тут?

На моей костлявой шее

Долго ты не просидишь,

Ведь с деньгами — хорошее,

Чем без них, ядрёна мышь!

 

ВАНЬКА:

 

Дед, убавь форсаж немного,

Весь я в брызгах от слюней…

 

ДЕД ШКЕЛЕТ:

 

Молодым у нас — дорога,

И катись-ка ты по ней!

Расставайся с Шурдаклами

И лови, дурак, момент:

Ты ж в деревне с алкашами

Превратишься в экскремент!

Ну, а город — для хозяев:

Про его базар-вокзал

Энтот — как его? — Минаев

В прошлом веке написал.

А сегодня там, по слухам,

Даже детям и старухам

Позволяют — не солгу —

Зарабатывать деньгу!

Хоть разок поверь калекам:

Может, станешь человеком…

Так что, ты меня не зли —

Завтра ж на фиг отвали!

 

Сцена 2

 

Ванька Шелопут, с котомкой за плечами, топает по дороге в направлении Шумодырска. От проезжающих машин отмахивается с явным намерением дойти до города пешком …

 

ВАНЬКА:

 

Я, чай, тридцать вёрст с мешком

Как-нибудь дойду пешком.

А деньжонки сэкономлю,

Что в дорогу дал дедок:

Вряд ли встретит хлебом-солью

Шелопута городок.

Да-а-а… А вдруг и мне Фортуна

Улыбнётся, наконец,

И с холодного гальюна

Попаду я во дворец?

А чего? Вполне реально,

Не совсем уж, чай, дурак:

Вроде, выгляжу нормально,

Хоть сейчас ряди во фрак!

Представляю… Прихожу я

К шумодырским головам:

«Есть вакансия буржуя,

Вы вполне годитесь нам».

Выделяют офис клёвый

Ростом в десять этажей,

«Мерседес» и «Опель» новый,

Шоферов и сторожей,

Факс, конечно, «Панасоник»…

Чтоб в фойе играли марш,

И хотя бы пару Сонек

Мне заместо секретарш.

Утром — лизинг, днём — маркетинг,

Деловая суета,

Мониторинг, клиринг, э-э-э … петтинг:

Ну, короче, лепота!

Вот качу я, как в Одессе,

На шикарном «Мерседесе»:

Это еду я на ём

На торжественный приём.

Слуги двери открывают,

Провожают чинно в зал,

Девки попками виляют,

В общем, дело — полный шквал!

Я — крутой, почти как денди,

Запиваю водкой бренди

И курю, чай, не махру —

С понтом «Мальборо» деру!

А вокруг меня — банкиры,

Бизнесменов целый штаб,

Мы базарим про квартиры,

Про валюты и про баб.

Тут же, пользуясь моментом,

Рассуждаем с президентом

О поставках макарон

В Мозамбик и Реюньон,

О влиянии баптизма

На районную печать,

И о том, как может клизма

При запорах облегчать …

 

На обочине дороги сидит бродячий музыкант Самородок с гитарой за плечами, мурлыча под нос какую-то мелодию …

 

ВАНЬКА:

 

Слышь, земляк, а город близко?

 

САМОРОДОК:

 

Рядом — два шага пути…

 

ВАНЬКА:

 

Может, вместе, в темпе диско?

 

САМОРОДОК:

 

А чего бы не пойти!

У бродяги радость — в чуде,

И судья мне — только Бог …

Самородком кличут люди,

А по сути — скоморох …

 

Самородок жмёт Ваньке руку, затем берёт гитару и поёт «Песню о самом себе». При этом они с Ванькой продолжают двигаться в сторону Шумодырска …

 

«ПЕСНЯ О САМОМ СЕБЕ»

 

Испокон веков под охи-вздохи

И под заклинанья мудрецов

По Руси бродили скоморохи —

Братство балагуров и певцов.

Проведут по гуслям — и заплачешь,

Сменят лад — и вмиг развеселят,

И узнаешь сразу, что ты значишь

В мире постижений и утрат…

Я — такой же самый

Вольный русский музыкант,

Каждый день держу экзамен

На признанье и талант!

В городах и сёлах

Я с гитарою брожу,

В песнях грустных и весёлых

Утешенье нахожу!

Я родился посреди дороги,

Как и те певцы из старины,

Нарекли меня земные боги

Самородком песенной страны.

И когда звучит не так уж плохо

Голос мой и рядом, и вдали —

Я, прямой потомок скомороха,

Кланяюсь народу до земли!

Я — такой же самый

Вольный русский музыкант,

Каждый день держу экзамен

На признанье и талант!

В городах и сёлах

Я с гитарою брожу,

В песнях грустных и весёлых

Утешенье нахожу!

 

Действие 2

 

ШУТИХА:

 

Раз колхозник и бродяга

Вместе двинулись в поход,

Шумодырская бодяга

Начинает свой отсчёт…

А словечко это, кстати,

Означает сплетню, слух,

Например, о местной знати:

Кто в ней туз, а кто — лопух.

Если ж, нюхом обладая,

Заглянуть в словарик Даля,

Там в бодяге смысл иной,

Приземлённый и простой:

Сверхбодливая скотинка —

Бык, козёл или бизон…

Так что, коль боднут в плешинку —

Извините за пардон!

 

Ванька и Самородок входят в Шумодырск, останавливаются на центральной улице. В стороне сидит бомж Шеромыга и просит милостыню …

 

ВАНЬКА:

 

Да, земляк, поёшь ты знатно,

А чего ж, ядрёна вошь,

На эстраду не идёшь?

 

САМОРОДОК:

 

Неужели непонятно?

Словно кость какую псу,

Людям бросили попсу,

А мои, с надрывом, песни,

Знать, России не нужны …

 

ВАНЬКА:

 

Не врубаюсь я, хоть тресни,

Ты же можешь полстраны

Покорить своим искусством,

Лишь кассету запиши

С расстановкой, с толком, с чувством …

 

САМОРОДОК:

 

На какие, брат, шиши?

Я уж год, как без работы,

Хоть и кончил институт:

Обучили, идиоты,

А работы не дают!

Ничего тут не поделать…

Ты вот что умеешь делать?

 

ВАНЬКА:

 

Я? Дрова колоть, косить,

Воду с озера носить,

Стричь овец, растить редиску

И коров доить за сиську…

 

САМОРОДОК:

 

Откровенно говоря,

В Шумодырск пришёл ты зря…

Потолкаешься немного —

И назад домой дорога:

Ни коров здесь, ни овец…

Ты к тому же — не мудрец,

И не выглядишь барыгой,

Чтоб выпрашивать рубли…

Кстати, хочешь, с Шеромыгой

Познакомлю? Во-о-он в пыли

Он склонился над кепчонкой

И трясёт ладошкой тонкой…

С виду — бомж и диссидент,

Но по жизни он студент:

Утром с лекции слиняет

И сидит, на жизнь пеняет.

Раз степешку не дают —

Зарабатывает тут…

Эй, здорово, Шеромыга,

Сколько нынче настрогал?

 

ШЕРОМЫГА:

 

Тише ты ори, ханыга,

Всех клиентов распугал!

Что с тобой за тюк навоза!

 

САМОРОДОК:

 

Это Ванька Шелопут

С Шурдаклинскоrо колхоза –

Подработать хочет тут…

 

ШЕРОМЫГА;

 

Хе! Работничек нашёлся,

Здесь тебе не кур щипать,

Я с утра сюда припёрся,

А навар — лишь тыщ на пять!

Слушай, спел бы, Самородок,

А прибыток пополам…

 

САМОРОДОК:

 

Что ж, покажем Шурдаклам

Щедроту народных сходок …

 

Самородок садится на асфальт и поёт «Дурацкую песню». Собирается народ, в кепку Шеромыге летят купюры.

 

«ДУРАЦКАЯ ПЕСНЯ»

 

Если вдруг цена на пищу

Прыгнет раз в 125,

Если спички будут — тыщу,

Мы не станем унывать.

Если нам заместо хлеба

Лебеду начнут давать,

Обещая манну с неба,

Мы не станем унывать.

Мы друг другу улыбнёмся,

Похохатывать начнём,

По-дурацки рассмеёмся

И как лошади заржём:

И-го-го-ха-ха-хи-хи-ю

И-го-го-хи-хи-хе-хе,

Мы великую Россию

Перепашем на сохе!

Если вдруг на литр водки

Нам придётся год копить —

Не усохнут наши глотки,

Всё равно не бросим пить!

И в политике московской

Нам, дебилам, всё равно:

Что Жухрай, что Паниковский,

Что конфетка, что…

А-ха-ха-ха-ха!

Мы друг другу улыбнёмся,

Похохатывать начнём,

По-дурацки рассмеёмся

И как лошади заржём:

И-го-го-ха-ха-хи-хи-ю

И-го-го-хи-хи-хе-хе,

Мы великую Россию

Перепашем на сохе!

 

После песни — аплодисменты. Народ расходится, слышен смех. Шеромыга пересчитывает деньги в кепке.

 

ШЕРОМЫГА:

 

Во-о-о, талант: на каждой строчке

Штук по восемь взял, прикинь!

Пять минут — сто тыщ на бочке:

День потренькал — и аминь!

Это я один, ханыга,

Тут зазря сижу …

 

К Шеромыге, Caмopoдкy и Шелопуту подходят рэкетир Шалый и его подручный Шнырь. Руки — в карманах, в зубах — сигареты …

 

ШАЛЫЙ:

 

Салют!

Поделись-ка, Шеромыга,

Вижу, много подают!

 

ШЕРОМЫГА:

 

Да, навар весьма немалый,

Но уж ты поверь мне, Шалый,

Эти деньги — не мои…

Вот те крест…

 

ШАЛЫЙ:

 

Давай, гони!

Сорок штук плати за место,

Тридцать — давешний должок…

И без шума…

 

ВАНЬКА:

 

Слышь, дружок?

Ты с которого насеста

Прилетел такой петух —

Сгинь, покуда не утух!

 

ШАЛЫЙ:

 

Ты, козёл, упал-отжался!

 

ШМЫРЬ (подстyпая к Ваньке):

 

Слушай, мля, усохни, мля!

 

ШЕРОМЫГА:

 

Шелопут, ты зря ввязался

Не тяни на короля!

 

ВАНЬКА:

 

Может, я чего не понял,

Но меня вот этот донял…

За козла в селе у нас

Дрыном бьют в промежность глаз!

 

ШМЫРЬ:

 

Мля, считай, что ты покойник,

На, деревня, получай …

 

Шмырь с Ванькой начинают махаться. В это время раздаётся милицейский свисток …

 

ШАЛЫЙ:

 

Шухер! Ладно, макаронник,

Скоро свидимся …

 

ВАНЬКА:

 

Прощайl

 

Шалый и Шмырь исчезают. Подбегает мент Шухер, закручивает Ваньке руку …

 

ШУХЕР:

 

Та-а-к, задержим забияку …

 

ВАНЬКА:

 

Отпусти! За что?

 

ШУХЕР:

 

За драку!

Кулаками здесь махать

Не позволю, вашу мать!

 

ВАНЬКА:

 

Слушай, мент, ты мать не трогай,

За неё у нас в селе

Могут дрыном по брыле …

 

ШУХЕР:

 

Ишь, какой нашёлся строгий,  —

Пшёл вперёд!

 

Показывает пальцем на Самородка и Шеромыгу…

 

И вы вдвоём —

В отделение, бегом!

 

ШЕРОМЫГА:

 

Не везёт мне почему-то:

Знать, попрут из института…

 

САМОРОДОК:

 

Эх, Россия, милый край:

Хоть ложись да помирай!

 

Шухер с Вaнькой, Шеромыга и Самородок отправляются в отделение милиции.

 

Действие 3

 

ШУТИХА:

 

Вот ведь как бывает в жизни:

Зло возьмёшься бичевать,

А твоей родной отчизне

На всё это — наплевать!

Ты ж и станешь виноватым,

Схлопотав за всё сполна…

Оттого, наверно, матом

Кроет власти вся страна!

Ну, да что на всю ватагу

Разводить опять бодягу —

То бишь, ссору затевать,

Толку нет… Привычней взять

Грамм по двести, под селёдку,

И забыть расейский кнут …

Кстати, в Шумодырске водку

Все бодягою зовут …

 

Сцена 1

 

В КПЗ за решёткой сидят Шелопут, Шеромыга и Самородок. Тут же сидит Шиновка. Самородок мычит себе под нос мелодию и затем поёт песню «Я в Россию вернусь».

 

«Я В РОССИЮ ВЕРНУСЬ»

 

А у клёнов уже поседели виски,

И берёзы поникли уныло …

Завтра осень придёт, я умру от тоски

О поре этой грустной и милой.

За вагонным окном — украинский пейзаж,

Рельсы мчатся в болгарскую землю,

Там тепло и красиво, там солнце и пляж,

Но я русский и русскому внемлю.

Я в Россию вернусь под сентябрьский набат

И уже не узнаю Россию:

В жёлтой бронзе берёзы и клёны стоят

Под осеннею русскою синью.

Как ты, Русь, без меня?

Как я, Русь, без тебя?

В сердце рвутся упругие нити.

Эй, поля! Эй, леса!

Вас всем сердцем любя,

Я прошу — вы меня подождите …

 

Шиновка рукавом вытирает слезы и всхлипывает …

 

ШИНОВКА:

 

Вот дурак, до слёз растрогал,

Лучше б ты меня не трогал:

Вся душа, как решето …

 

САМОРОДОК:

 

А тебя сюда за что?

 

ШИНОВКА:

 

Да за что ж ещё Шиновку?

Как всегда, за поллитровку:

Самогончик я варю,

Кто с похмелья — тем дарю…

 

ШЕРОМЫГА:

 

Да-уж, да-уж, ты подаришь

За червончик пузырёк…

 

ШИНОВКА:

 

Ну-так, сверху не наваришь,

Вспухнешь с голоду, милок …

Не гляди, что вся седая —

Я ведь тоже молодая,

Двадцать два всего годка…

Вот, влюбилась в мужичка,

Пропил всё — и тут же бросил,

А потом концы отбросил,

Чем, скажи, детей кормить?

И дерьмо начнёшь варить!

 

Гремят ключи, дверь камеры открывается, и в неё заталкивают Шалаву, которая бормочет что-то и отбрыкивается …

 

ШЕРОМЫГА:

 

Ба-а-а, Шалава зажужжала:

Тоже с лекции сбежала?

 

ШАЛАВА:

 

У-у-у, египетская мышь,

Сам-то здесь уже сидишь!

Там, в гостинице — француза

Зацепила одного,

А вот эти толстопузы

Перекрыли баловство,

Сто зелёненьких уплыло…

 

ВАНЬКА:

 

Ах ты, сивая кобыла,

Иностранцев ублажать?!

 

ШАЛАВА:

 

А кому, тебе, что ль, дать?

Хочешь — в глаз, а хочешь — в ухо…

Я пока что не старуха,

Не к лицу в дурной стране

С голодухи пухнуть мне —

Год степешку не давали!

 

ШИНОВКА:

 

Вы меня уже достали,

Ну её, всю эту муть …

Лучше сбацай чё-нибудь!

 

Самородок берёт гитару и поёт песню «Пасха».

 

«ПАСХА»

 

Ждет воскресенья

Мёртвая Русь каждый год,

Символ спасенья

В душах покорных живёт:

Рушились церкви,

Падали колокола,

Боги померкли —

Пасха лишь не умерла!

Христос воскрес,

Воистину воскрес,

Только не потому,

Что верят в него

Или не верят ему,

А потому, что превыше всего

Свобода есть на земле,

И выше нет ничего!

Мы — не рабы

Ни у высших богов,

Ни у великих вождей,

Ни у земных дураков,

И чтоб пошло

Наше рабство вразнос,

Пусть всё вернётся назад,

И пусть воскреснет Христос!

Пасха настанет

Вслед за Великим постом,

Радуга встанет

В небе, доселе пустом,

И вместо масок

На скорлупу наших лиц

Множество красок

Ляжет с пасхальных яиц.

Христос воскрес,

Воистину воскрес!

 

Под последние аккорды входит мент Шухер, открывает камеру …

 

ШУХЕР:

 

Хватит глотки драть, бродяги,

У меня с такой бодяги

Крыша едет на матрас:

По червонцу — и атас!

 

Шухер собирает деньги и выпускает из КПЗ по одному …

 

ШУХЕР:

 

Ох, Шалава, ты нарвёшься,

Если ночью попадёшься…

А тебя мы с пузырём

Завтра снова заберём…

Шеромыга, вошь худая,

Спета песенка твоя…

А тебя, свирель моя,

Чтоб не слышал ни-ког-да я…

Ты запомни, Шелопут:

Завтра в час на бирже ждут…

Ауффидерзейн, придурки!

 

Друзья по несчастью выходят из камеры. Шухер уходит.

 

ШИНОВКА:

 

— Ну, чего раскисли, чурки?

После этих передряг

Наливаю всем за так

По стакану на калеку,

А потом — на дискотеку,

Против есть?

 

ШЕРОМЫГА:

 

Нет, за — и пить!

 

ВАНЬКА:

 

Эх, опять козла травить!

 

Действие 4

 

ШУТИХА:

 

Люди добрые! Эй, вы там!

Вам не жалко молодых?

Время нынче, как копытом,

Бьёт их, слабеньких, в поддых.

Ни упорство, ни отвага

В нашем царстве не в чести,

Та же тянется бодяга

На извилистом пути.

Да-а-а, в России что ни хряснет,

Всё один и тот же вид:

То потухнет, то погаснет,

То и вовсе не горит…

Что бы ни провозгласили,

Результат известен — шиш:

Дальше матушки-России

Всё равно не убежишь …

 

Сцена 1

 

В шумодырской дискотеке собирается народ, звучит музыка. Сбоку протискиваются Самородок, Шелопут, Шеромыга, Шалава  и Шиновка. Диск-жокей Шарманщик берёт микрофон…

 

ШАРМАНЩИК:

 

Веселей держать головку,

Распрекрасные мои!

На отпадную тусовку

Здесь собрались все свои…

Не глядите слишком мрачно:

За несчастные гроши

Вы сегодня – однозначно —

Оторвётесь от души!

Не теряйтесь в этой давке,

Братцы, к чёрту бледный вид…

А хотите, по заявке

Я любой исполню хит…

 

САМОРОДОК:

 

Слушай, друг, а «Криденс» можно?

 

ШАРМАНЩИК:

 

Это, брат, довольно сложно,

Лет пятнадцать, брат, назад

Я б в одну секунду, брат,

Слишком уж мотивчик старый…

Да ты сам, гляжу, с гитарой,

Может, выйдешь, да споёшь?

 

САМОРОДОК:

 

Здесь — крутая молодёжь,

И мои, с надрывом, песни

Будут им неинтересны…

 

ШАРМАНЩИК:

 

Не спеши с прогнозом, брат,

Я — так всякой песне рад,

А удачно-неудачно —

Мы оценим, однозначно,

Выходи — вопросов нет …

 

Самородок выходит к микрофону, берёт гитару …

 

САМОРОДОК:

 

У меня есть друг-поэт,

Дом его в лихие годы

Погребли речные воды,

И деревню рок извне

Схоронил на волжском дне …

 

Самородок поёт песню «Комаровка».

 

«КОМАРОВКА»

 

Разыгралась река-сумасбродка,

Волны пенились, словно вино,

И деревня моя Комаровка

Уходила на волжское дно.

Отдавая последние силы,

Исчезали дома и сады,

А на кладбище тихом могилы

3ахлебнулись от чёрной воды.

Комаровка, прости, Комаровка —

Кому медовуха, кому перцовка,

Чьё-то счастье и чьё-то горе

Схоронило шальное море.

Комаровка, гнездо родное,

Упокой тебя дно речное —

От этой доли других на Руси

Помилуй, Господи, и спаси!

С той поры, лишь над матушкой-Волгой

Опускается лунная ночь,

По дорожке искристой и долгой

Ходит Марья — Данилова дочь:

Ищет дом со знакомой трубою

У подножья Тетюшской горы,

Но кресты лишь торчат над водою,

И надрывно зудят комары…

 

Дискотека взрывается аплодисментами.

 

ШАРМАНЩИК:

 

Ну, ты, брат, однако, гений,

Я подобных потрясений

Для мозгов, без всяких «но»,

Не испытывал давно …

Нет, ты, брат, не облажался …

 

К сцене проталкиваются Шалый и Шмырь. Шалый показывает на Самородка пальцем …

 

ШАЛЫЙ:

 

Э-э, козёл, упал-отжался!

Остальные все — атас:

Он на счётчике у нас …

 

ВАНЬКА:

 

За козла ответишь, Шалый!

 

ШМЫРЬ:

 

Слушай, мля, усохни, мля!

 

ШAЛAВА:

 

По башке ему, гитарой!

 

ШМЫРЬ:

 

Слушай, мля, умри, сопля!

 

ШАЛЫЙ:

 

Шмырь, шугни отсюда тёлок,

Будем этих шалаболок

Уму-разуму учить …

 

ШМЫРЬ:

 

Может, сразу замочить?

По балде вот этой бляхой…

Хочешь, мля?

 

ВАНЬКА:

 

Пошел ты… Шмырь!

Ты иди Шмыриху трахай

Этой бляхой…

 

ШМЫРЬ:

 

Ах ты, хмырь!

Мля, считай, что ты покойник…

 

Шнырь вытаскивает ремень с бляхой на конце и крутит его над головой, пытаясь достать голову Шелопута. В это время в дискотеку вбегает мент Шухер, раздается свисток, он хватает Шмыря и скручивает ему руки …

 

ШУХЕР:

 

Шмырь, стоять! Опять, разбойник,

На парашу захотел?

Пикнешь — знай, что залетел –

За дебоши и за пьянку…

Заводи, ди-джей, шарманку,

Больше некому мешать …

 

Шухер выводит Шмыря с дискотеки. Следом тихонько исчезает и Шалый …

 

ШЕЛОПУТ:

 

Ну, дела, ядрёна мать!

Вот бы дедушку Шкелета

Привести взглянуть на это:

Он бы, хоть и жизнь прожил,

В шаровары наложил!

 

САМОРОДОК:

 

Шум один от этой бучи,

Он, поди, видал покруче

На своём шальном веку…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Да-а, досталось старику…

В тридцать пятом на собраньи

Он, сдержать не в состояньи,

Голубка в штаны пустил —

Как из пушки зафинтил,

И с испугу шипом мятым

Громко выругался матом

В день рождения вождя!

Замели и, не щадя,

Восемь лет потом за это

В зоне парили Шкелета,

Как народного врага…

 

ШЕРОМЫГА:

 

А пустил-то на фига,

Ведь тогда кормили плохо?

 

ШЕЛОПУТ:

 

Ты вот съешь чугун гороха

И послушаем, какой

Близ тебя начнётся бой…

У Кремля пальнёшь раз триста —

Привлекут, как террориста!

 

ШАЛАВА:

 

Эй, хорош смешить, чудак,

Предлагаю всем в кабак!

Вмажем весело по чашке

Шумодыровской бодяжки …

 

Все дружной толпой под музыку покидают дискотеку.

 

Сцена 2

 

Самородок, Шелопут, Шеромыга, Шалава и Шиновка сидят за столиком в кабаке,  на столе бутылка водки, рюмки, тарелки с салатом. Все чокаются…

 

ШИНОВКА:

 

Ну, и кто же скажет тост?

 

ШЕРОМЫГА:

 

Пьём за то, чтоб псу под хвост

Наша дружба не попала,

А не то — пиши пропало…

 

САМОРОДОК:

 

За здоровье, за любовь,

Чтоб играла в жилах кровь,

Чтоб на долгие года

Оставались все мы в силе,

И бокал вина всегда

Чтоб стоял… И деньги были!

 

ШЕЛОПУТ:

 

Чтоб и елось, и пилось,

Чтоб хотелось и моглось,

И удача чтобы мимо

Не прошла в потоке дыма,

Чтоб всегда и чтоб везде

Было с кем, когда и где

По душам наговориться,

от души повеселиться!

 

ШАЛАВА:

 

За улыбки и за смех,

А еще — за вас за всех!

 

ШИНОВКА:

 

И чтоб завтра день удался!

 

В кабак заходит Шалый и, увидев своих недругов, направляется к столу, указывая пальцем на Шелопута…

 

ШАЛЫЙ:

 

Ты, козёл, упал-отжался!

Знай, что кореша Шмыря

Ты в ментовку сбагрил зря,

Я такое не прощаю …

 

Самородок поднимается из-за стола навстречу Шалому …

 

САМОРОДОК:

 

Слушай, Шалый, обещаю:

Шелопута тронешь, гад,

Ты — в калеки кандидат!

 

ШАЛЫЙ:

 

Эх, нашёлся мне арбитр:

На, умолкни, композитор!

 

Шалый выхватывает нож и бьёт им Самородка в живот. Самородок оседает на пол, а Шалый с окровавленным ножом пятится к двери и выбегает из кабака. Друзья окружают раненого …

 

ШЕЛОПУТ:

 

Самородок, как ты, друг?

 

САМОРОДОК:

 

Мне — конец, всё жжёт вокруг,

Знать, удел мой — никоторый …

 

ШAЛAВА;

 

Я сейчас, бегу за «скорой’…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Самородок, друг, держись,

Ты еще взовьёшься ввысь,

И в порыве благородном

Нарекут певцом народным

Люди добрые тебя,

Песни русские любя…

 

САМОРОДОК:

 

Нет уж, видно, не судьба мне,

Всё немеет, словно в камне,

И душа горит огнём…

Для чего мы все живём?

Хоть в последние мгновенья

Снизошло бы откровенье…

Эх, Россия, милый край,

Хоть ложись да помирай!

 

Действие 5

 

ШУТИХА:

 

Невесёлая потеха

Получается у нас,

Только всё равно без смеха

Не продлится мой рассказ.

Наш любимец Самородок,

Чай, поправится, даст Бог:

Не какой-нибудь обглодок,

Чтоб вот так вот — раз и сдох!

Ну, а Ваньке Шелопуту

Уж пора, пожалуй, круто

Жизнь бродяжную менять,

Работёнку подыскать …

Для того на биржу Ванька

И притопал поутру,

Ну, а там сидит дядянька —

Я щас со смеху помру!

 

Сцена 1

 

На бирже труда за столом сидит Шумбур и что-то пишет. Входит Ванька Шелопут.

 

ШЕЛОПУТ:

 

Здрасьте, здесь дают работу?

 

ШУМБУР:

 

Проходи, садись вот тут,

Где живешь, откуда, кто ты…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Я-то? Ванька Шелопут.

В Шурдаклах работы нету,

Вот и странствую по свету,

Может, здесь чего найду …

 

ШУМБУР:

 

Да-а-а, крутую ерунду

Развели в российском доме —

Прямо форменный бардак.

И в таком шальном содоме

Счастлив разве что дурак.

Кстати, ты не есть тот самый?

 

ШЕЛОПУТ:

 

Кто?

 

ШУМБУР:

 

Ну, этот… Как его…

Человек такой упрямый…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Что ль, дурак?

 

ШУМБУР:

 

Да ты того…

Не подумай что плохое:

Просто, вижу, на лице

Выражение такое,

Словно смятка на яйце…

Значит, думаю, счастливый,

Ну, а стало быть, дурак…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Ты-то сам, с румяной сливой,

Что, несчастный или как?

 

ШУМБУР:

 

Ну, сказать, что мне живётся

Так уж плохо…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Ну, скажи…

 

ШУМБУР:

 

Из груди сердечко рвётся,

Донимает ностальжи…

Как мы раньше, в комсомоле,

С песней…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Славили вождей…

 

ШУМБУР:

 

И учили твёрдо в школе…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Как обманывать людей.

 

ШУМБУР:

 

Призывали всех к искусству…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Церкви рушить напоказ…

 

ШУМБУР:

 

Не давали повод чувству…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Секса не было у нас!

 

ШУМБУР:

 

Жили в равенстве с народом…

 

ШЕЛОПУТ:

 

На подпольные пайки!

 

ШУМБУР:

 

К коммунизму полным ходом

Шли…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Себе же вопреки!

 

ШУМБУР:

 

На субботник…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Из-под палки…

 

ШУМБУР:

 

На воскресник…

 

ШЕЛОПУТ:

 

За отгyл…

 

ШУМБУР:

 

Нас тогда боялись панки…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Запретительства разгyл…

 

ШУМБУР:

 

Безработных было – кукиш…

 

ШЕЛОПУТ:

 

А бездельникам — черёд…

 

ШУМБУР:

 

На зарплату — всё накупишь…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Если очередь дойдёт…

 

ШУМБУР:

 

Деньrи вовремя давали…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Тут ты прав, земляк…

 

ШУМБУР:

 

А то-о-о …

Молодёжь мы направляли,

А теперь она — ничто.

Помню: друг мой, Шопин Митя…

 

Дверь биржи труда распахивается, и входит фирменно одетый и лоснящийся «новый русский» — преуспевающий бизнесмен Шопин.

 

ШОПИН:

 

Про меня какой базар?

Из Швейцарии примите

И привет, и скромный дар …

 

Шопин вручает Шумбуру бутылку дорогого коньяка. Они жмут друг другу руки, обнимаются.

 

ШУМБУР:

 

Ты опять по заграницам!

 

ШОПИН:

 

Нам теперь, как вольным птицам,

В небо хочется, летать,

От Европы не отстать…

Счёт открыл в швейцарском банке

Киприотскому взамен,

И пишусь отныне в бланке

Я не Шопин, а Шопен!

В родословной покопался,

Кое-где в проблему вник…

В общем, в предках оказался

Этот самый… Фридерик.

 

ШУМБУР:

 

Ну, Митёк, вот это круто!

Высший класс!

 

ШОПИН:

 

Одна печаль:

Все твердят мне почему-то,

Чтоб купил скорей рояль:

Предок, мол, на нём неплохо

Фуги всякие играл —

Как бы не было подвоха…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Ты Шопена не слыхал?!

 

ШОПИН:

 

Э-э-э, а ты откуда знаешь?

 

ШУМБУР:

 

Он работу ищет, Мить…

 

ШОПИН:

 

Я гляжу, соображаешь,

А полы умеешь мыть?

 

ШЕЛОПУТ:

 

Всё могу — я деревенский…

 

ШОПИН:

 

А готовить?

 

ШЕЛОПУТ:

 

Только так!

 

ШОПИН:

 

Ну, а как по части женской?

 

ШЕЛОПУТ:

 

Вроде, тоже не дурак.

 

ШОПИН:

 

Что ж, годишься: тут фазенда

Есть в лесочке у меня —

Долгосрочная аренда,

Ну и прочая фигня…

В общем, что тут пустословить,

Будешь там всё время жить:

Где-то ужин приготовить,

Где-то баньку истопить,

Содержать двух тёлок штатно,

Драить, чистить и мести,

Чтоб моим друзьям приятно

Было время провести.

Двести баксов в месяц хватит?

 

ШЕЛОПУТ:

 

Я согласен…

 

ШОПИН:

 

По рукам!

 

Раздаётся телефонный звонок, Шумбур поднимает трубку…

 

ШУМ БУР:

 

Да? Привет… Пусть он и платит…

Денег нет… Потом отдам…

Через месяц… Ладно… Понял…

 

Шумбур медленно опускает трубку на телефон.

 

ШОПИН:

 

Кто?

 

ШУМБУР:

 

Да снова Шалый донял:

Срочно требует должок…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Шалый?

 

ШУМБУР:

 

Что он, твой дружок?

 

ШЕЛОПУТ:

 

Он вчера зарезал друга,

Ищет гада вся округа…

 

ШУМБУР:

 

Ищут-ищут, не найдут,

Все его боятся тут …

В том году ещё речистом

Был известным каратистом:

Девок трахал, водку пил,

Под себя шмырей растил.

Секретарь горкома, знаешь,

Даже мякнул перед ним …

 

Дверь распахивается, и на пороге вырастает главный шумодырский начальник Шкура, невольно услышав последнюю фразу.

 

ШКУРА:

 

Кто про Шкуру, понимаешь,

Вспомнил всуе?

 

ШУМБУР:

 

Я… вот им…

 

Шкура ткнул пальцем в Шелопута.

 

ШКУРА:

 

Этот – кто?

 

ШОПИН:

 

Да мой работник…

 

ШКУРА:

 

Скройся с глаз минут на пять…

 

Шелопут пожимает плечами и выходит из кабинета.

 

ШКУРА:

 

Вышел нам на след охотник,

Надо что-то предпринять…

Замочил кого-то Шалый —

За кордон собрался, малый,

Если долг не возвратить,

Нас грозится замочить

И поднять везде шумиху,

Как мы в ту неразбериху

Кассу партии — тю-тю…

Разнесло брылу дитю:

По пятьсот «лимонов» с брата,

Понимаешь, крутовато…

Что молчите?

 

ШОПИН:

 

Я взамен

Предложу свой шоп «Шопен» ,

Он гремит по всей Европе…

 

ШКУРА:

 

Что ты мелешь? Все мы — в шопе

Будем скоро смерть встречать …

Надо Шалого кончать!

Вот такая мизансцена:

Он нам месяц сроку дал,

На фазенде у Шопена

Мы устроим весь финал.

Он приедет за деньгами,

Не смекая ничего,

Ну, а мы — вперёд ногами

Тихо вынесем его …

 

Действие 6

 

ШУТИХА:

 

Боже мой, какие страсти

Разыгрались в городке:

Разнесёт его на части,

Если в каждом мужичке

Все грехи поднять наружу

И прилюдно огласить …

В Шумодырске можно в лужу

Многих дядек посадить.

Только в этом толку мало —

Следом новые придут

И опять начнут сначала

Всё тащить и там, и тут.

Издалёка ветер дует:

Про российский персонал

Карамзин ещё: «Воруют» –

Очень правильно сказал!

 

Сцена 1

 

Ванька Шелопут сидит за столом на фазенде Шопина и пишет письмо, проговаривая медленно вслух каждую фразу …

 

ШЕЛОПУТ:

 

Здравствуй, дедушка Шкелет,

Шлю тебе большой привет!

Пролетели три недели

С той поры, как я при деле:

В шумном домике одном

Я отныне — управдом.

А живёт в нём новый русский

По фамилии Шопен —

Обжирается закуской,

И по пьянкам рекордсмен…

Каждый день друзей привозит:

Перепьются, нахавозят,

В баню с тёлками бегут —

Прямо сущий Голливуд!

Тёлки — это не коровы,

Это — девки непутёвы,

Ну, как Дунька в Шурдаклах…

А закуска на столах —

Это что-то! Куропатки,

Балыки, икра, стерлядки…

От заморских коньяков

Развезёт его дружков —

Мат один и хохот дикий!

А один, хохмач великий,

Как-то раз меня позвал

И стерлядки приказал

Съесть огромнейшее блюдо —

И хихикает, иуда!

Съел я блюдо, чтоб отстал,

Он ещё одно достал!

Ты же знаешь, я не гордый,

Но когда он ейной мордой

Начал в харю тыкать мне —

Тут какой-то бес извне

И в меня вселился разом:

Плоть свело, затмился разум,

И его я, как бревно,

Молча выбросил в окно.

Хорошо, никто не видел:

Он к утру забыл и сам,

Кто его вчера обидел

И настукал по ушам…

 

В комнату быстро входит Шопин.

 

ШОПИН:

 

Ванька, хватит прохлаждаться,

Накрывай скорей на стол…

Сам же можешь прогуляться

Час — другой…

 

Шопин так же быстро исчезает …

 

ШЕЛОПУТ:

 

Ну, вот, пришёл,

Дописать не дал, барчонок…

 

Шелопут заканчивает писать письмо деду Шкелету, опять же вслух проговаривая слова.

 

Ладно, дед, зудит в руке,

До свиданья, твой внучонок…

 

Шелопут сложил лист вчетверо, запечатал его в конверт, подумал немного и написал…

 

На де-ре-вню де-душ-ке…

 

Почесав в затылке, Шелопут философски замечает…

 

Хм, финал знакомый вышел —

Где-то я такое слышал,

Не припомню только, где?..

Ну, да ладно, об еде

Позабочусь для буржуев…

 

В комнату опять забегает Шопин …

 

ШОПИН:

 

Слушай, ты, писатель …

 

ШЕЛОПУТ:

 

Чо?

 

ШОПИН:

 

От таких вот обалдуев

Вечно в жизни горячо —

Вон уж, гости на пороге…

 

В комнату входят Шкура и Шумбур с большим дипломатом. Шелопут быстро собирает на стол бутылки, закуски …

 

ШКУРА:

 

Хорошо в такой берлоге,

Крепко в ней медведю спать …

 

Шкура, увидев Шелопута, быстро меняет тему. И обращается к Шопину.

 

ШКУРА:

 

А-а, прислужник твой опять?

Пусть в лесочке погуляет

И цветочки собирает…

 

Шелопут в это время тихо покидает комнату.

 

ШКУРА:

 

Мы потом из тех цветков

Наплетём дружку венков.

 

ШУМБУР:

 

Предлагаю мало-мало

Усыпить его сначала,

А потом уже — того…

 

ШКУРА:

 

Что ж, идейка ничего,

А снотворное найдётся?

 

ШОПИН:

 

Без проблем, любых сортов:

Так уснёт, что не проснётся,

Мы ж — удавочку на зёв

И придушим каратиста …

 

ШУМБУР:

 

Это всё не очень чисто,

Рук не хочется марать…

Может, лучше яду дать?

 

ШКУРА:

 

Яд — надёжнее, пожалуй,

Но учтите, этот Шалый

Знает йогу назубок …

Он однажды мёртвым смог

Притвориться ненадолго,

А потом — сбежал из морга!

 

ШОПИН:

 

Да, второй Распутин нам

Вряд ли нынче по зубам…

Так что, пуля будет, право,

Убедительней отравы:

У меня глушитель есть,

Ну и пуль в обойме — шесть.

 

ШКУРА:

 

В общем, так: сначала яда

Подмешать паршивцу надо,

А уж если не возьмёт —

Пуля Шалого добьёт!

 

Раздается громкий стук в уверь, на пороге появляется мощная фигура Шалого …

 

ШАЛЫЙ:

 

Ну, чего раскрыли пасти?

Наше с кисточкой вам, здрасьте!

Вижу — стол уже накрыт:

Отчего же кислый вид?

 

ШКУРА:

 

Что ты, друг, какой там кислый!

Наливай, Шопен, по сто …

 

Шкура берет Шалого под руку, отводит в сторону. В это время Шопин разливает коньяк и подсыпает Шалому в рюмку яд.

 

ШАЛЫЙ:

 

Весь обрюзг, живот отвислый,

Ты — как старое пальто,

И похож на ржавый чайник,

А ещё большой начальник…

Видно, денежки и власть

Не всегда приносят сласть?

 

ШКУРА:

 

Ты всё шутишь, медвежонок,

Ну, пошли, к столу пора…

 

ШАЛЫЙ:

 

Поначалу бы деньжонок

Миллиарда полтора…

 

ШКУРА:

 

Деньги — сразу, безусловно,

Открывай, Шумбур, давай…

 

Шумбур открывает дипломат, набитый пачками купюр, и протягивает его Шалому.

 

ШУМБУР:

 

Триста тысяч баксов ровно ,

Всё по курсу, проверяй …

 

Шалый быстро пробегает пальцами по пачкам купюр, закрывает дипломат, ставит его рядом с собой…

 

ШАЛЫЙ:

 

Я друзьям на слово верю,

Ну, а вы свою потерю

Возвернёте во сто крат…

Я бы с вами выпить рад,

Но меня уже, однако,

Ждут с билетом на Монако.

 

ШКУРА:

 

Нет уж, миленький дружок,

Пригуби на посошок!

Нарушать святой обычай —

Знай, поступок не мужичий.

 

Все поднимают рюмки и чокаются. Шалый залпом опрокидывает коньяк, ставит рюмку, смотрит на всех стеклянными глазами и медленно оседает на пол…

 

ШАЛЫЙ:

 

Отравили… Гады… Су…

 

Речь Шалого обрывается на полуслове. Шкура, Шумбур и Шопин подбегают и склоняются над умирающим.

 

ШКУРА:

 

Не ходи один в лесу,

И не требуй слишком много:

В ад теперь тебе дорога!

 

ШУМБУР:

 

Вроде, сдох, корявый дуб,

А куда мы денем труп?

 

ШОПИН:

 

Место Шалого — в могиле …

 

Лицо Шалого неожиданно передернулось, и он открыл глаза. Шкура, Шумбур и Шопин в ужасе застыли, не в силах сдвинуться с места…

 

ШАЛЫЙ:

 

Гады! Рано схоронили!

 

Шалый резко вскочил на ноги, разбросал отравителей в разные стороны и встал, покачиваясь, среди комнаты. В это время в комнату ворвался Ванька Шелопут.

 

ШЕЛОПУТ:

 

Вот ты где? Держись, амбал!

 

Шелопут с кулаками бросился на Шалого, но тот встретил его мощным ударом ноги в лицо. Шелопут, захлебываясь кровью, падает на пол.

 

ШАЛЫЙ:

 

Я вас всех, козлов… порежу!

 

ШКУРА:

 

Понимаешь, напугал,

Шопин, дай наган, я врежу ..

 

Шкура выхватывает у Шопина вынутый им из-за пояса пистолет и дважды в упор стреляет в Шалого. Тот обводит всех троих мутным взглядом, резким движением достаёт свой пистолет, методично вгоняет по две пули в Шкуру, Шумбура, Шопина и вместе с ними падает замертво. В комнату с «макаровым» в руке вбегает мент Шухер…

 

ШУХЕР:

 

Та-а-к, разборочка, видать,

Завершилась… Трупов — пять.

 

Шухер склоняется над Ванькой Шелопутом.

 

ШУХЕР:

 

Нет, вот это дышит, вроде,

Морда, словно в бутерброде…

Ну, а ту четверку — в морг.

 

Шухер замечает дипломат, открывает его и от неожиданности раскрывает рот:

 

Вот какой здесь вышел торг …

Не сошлись в репертуаре:

Неплохой навар ментяре!

 

Действие 7

 

ШУТИХА:

 

Это даже не смешно,

Перестрелки — как в кино,

А ведь я-то ради смеху

Обещала всем потеху!

Эх, Россия, знать она

Непотешная страна.

Ну, да ладно, понемногу,

Помолясь усердно Богу,

Будем действо завершать

И итоги оглашать…

Правда, это быль, не сказка,

И какая в ней развязка,

Будет ясно лишь в конце…

Я ж, с улыбкой на лице,

И с хорошими словами,

Навсегда прощаюсь с вами!

 

Сцена 1

 

В больнице на койке с забинтованным лицом лежит Ванька Шелопут. На соседней койке, привалившись на подушку, сидит с забинтованным животом Самородок и тихо поёт под гитару песню «Сердце-вещун».

 

«СЕРДЦЕ-ВЕЩУН»

 

Подсказало мне сердце-вещун,

Нашептала трава-мурава,

Что отпела усталостью струн

Удалая моя голова.

Что меня на дорогах-путях

Ожидает печаль да беда,

И что скоро мой пепельный прах

Разнесёт по степи лебеда.

И помчится мой конь вороной

Без седла по зелёным лугам —

На несчастье любимой-родной,

Да на радость заклятым врагам…

И заплачет пасхальная Русь

Перезвоном старинных церквей,

Понесёт колокольная грусть

Людям весть о кончине моей.

Ветер буйный наклонит ковыль

На моём онемевшем челе

И мою горемычную быль

Раскидает по русской земле.

 

ШЕЛОПУТ:

 

Что-то ты нагнал тоску,

Как осколком по виску…

Вроде, выжили мы оба:

Веселись-гуляй до гроба!

 

САМОРОДОК:

 

Спел бы я другой куплет,

Да весёлых песен нет —

Все с надрывом и слезами…

 

В больничную палату заваливаются  в белых халатах Шеромыга, Шалава и Шиновка.

 

ШЕРОМЫГА:

 

Кто тут пал в бою с врагами?

Забинтованным — привет!

 

ШАЛАВА:

 

Ну, чего вы, ёшкин свет,

Приуныли и раскисли?

Вы же, в некотором смысле,

Героический народ!

 

ШИНОВКА:

 

Да-а-а, про вас молва идёт

И в трамваях, и в газетах…

 

ШЕРОМЫГА:

 

О деньгах и пистолетах

Основной ведётся трёп,

Будто этот Шалый, жлоб,

Баксов целый чемоданчик

Рэкетнул у них, прикинь?

А потом схватил наганчик,

И начальничкам — аминь…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Так они там из-за денег?

 

ШЕРОМЫГА:

 

Ну, а ты что думал, веник,

Из-за бабы подрались?

 

ШАЛАВА:

 

Кстати, Ваня, берегись:

Слух идёт, что баксы эти

Ты к рукам своим прибрал…

Шмырь и все шмырёвы дети

На тебя трубят аврал.

 

ШЕЛОПУТ:

 

Я ж не знал о них, ей-богу!

 

ШЕРОМЫГА:

 

Ноги в руки — и в дорогу:

В Шумодырске вам теперь

Только в рай открыта дверь…

 

ШАЛАВА:

 

Город весь сегодня стонет —

Четверых крутых хоронит:

Видно, будет не до вас,

Но уже с утра — атас…

Так что, завтра спозаранку

Взяли шмотки да шарманку

И — куда глаза глядят…

 

ШИНОВКА:

 

Хоть твердят, что водка — яд,

Но под свежую похлёбку

Грамм по сто сам Бог велел …

 

Шиновка вынимает бутылку, разливает по рюмкам, все пьют, громко крякают и закусывают больничной похлебкой.

 

САМОРОДОК:

 

Во, лекарство: вмазал стопку —

И как-будто не болел!

 

Сцена 2

 

В деревне Шурдаклы на завалинке своего дома сидит дед Шкепет, смолит «козью ножку» и, прищурившись, смотрит вдаль, откуда приближаются два человека.

 

ШКЕЛЕТ:

 

Чёрт несёт ещё кого-то,

Старику — опять забота…

Это ж Ванька, сукин сын,

Да к тому же не один!

 

Шелопут и Самородок подходят к деду Шкелету, Ванька обнимает деда.

 

ШЕЛОПУТ:

 

Здравствуй, дед, вернулся я!

Нет там счастья ни-и-и-ка-кого…

 

ШКЕЛЕТ:

 

И торчи в навозе снова,

Коль отбился от жулья…

 

ШЕЛПУТ:

 

Ты откуда знаешь!

 

ШКЕЛЕТ:

 

Знаю!

Чай, газетки-то читаю,

Сображаю, что к чему:

Лишь бы, Ваня, не в тюрьму!

 

В это время Самородок увидел, что в конце улицы показался автомобиль…

 

САМОРОДОК:

 

Это что за иномарка?

 

ШЕЛОПУТ:

 

Шмырь! Нашёл уже, овчарка!

Дед, берданку — и бегом!

 

Шкелет убегает в дом. Автомобиль останавливается недалеко от завалинки, и из него выходит Шмырь.

 

ШМЫРЬ:

 

Что, козлы, в родимый дом

Убежать от нас решили?

 

ШЕЛОПУТ:

 

Я не знал, что деньги были,

Зря свалили на меня…

 

ШМЫРЬ:

 

Слушай, мля, усохни, мля!

 

Шнырь выхватывает пистолет и стреляет в Шелопута. Ванька падает. В это время из дома выбегает дед Шкелет с берданкой.

 

ШКЕЛЕТ:

 

Ты, крутая мафиоза,

Убирайся из колхоза…

 

Шнырь, увидев ружье, бросается к машине, дед Шкелет стреляет ему вслед. Шмыря затаскивают в машину, и иномарка уносится с места разборки.

 

ШКЕЛЕТ:

 

Я в его вонючий зад

Соли выпалил заряд —

До кишок проймёт гостинчик…

 

Тут только дед Шкелет видит упавшего Шелопута, рядом с которым склонился Самородок и перевязывает ему рану на животе.

 

ШКЕЛЕТ:

 

Ваня, что с тобой, родимчик?

 

ШЕЛОПУТ:

 

Пуля, дедушка… В живот…

 

ШКЕЛЕТ:

 

Чай, до свадьбы заживёт!

Я сейчас, слетаю птицей

За колхозной фельдшерицей…

 

Дед Шкелет убегает…

 

ШЕЛОПУТ:

 

Эх, Россия, милый край,

Хоть ложись да помирай!

 

Самородок берёт гитару, садится на завалинку и поёт песню «Россия».

 

«РОССИЯ»

 

Россия! Из тьмы веков,

Как вечный зов, звучит сильней

Среди полей, среди лугов

Пасхальный звон твоих церквей.

Россия! Рождалась ты

Из мирных снов и шумных битв,

Из красоты, из доброты,

Из мудрых слов твоих молитв.

Россия! Во все века

Терпела ты своих царей,

И вся в слезах, вела на казнь

Еретиков и бунтарей.

Россия! Страна рабов,

Богатырей и бурлаков,

Ты до сих пор в плену вождей

И утопических идей.

Россия! Очнись от грёз,

И вместо слёз твоих детей

Пусть будет шум твоих берёз,

Пусть будет хлеб твоих полей.

Пусть льётся звон колоколов,

Печалясь, радуясь, скорбя,

И пусть навек войдут в тебя

Свобода, разум и любовь!

 

*******

 

«ЛИТ-БЫТ».

 Из местной хроники:

«Церемония торжественного награждения победителей ежегодной областной поэтической премии имени Н.Н.Благова состоялась 3 марта 2017 года в Центре-музее имени И.А.Гончарова. В мероприятии, приуроченном к празднованию Всемирного дня писателя, принял участие Губернатор Ульяновской области С.И.Морозов

     В номинации «Художественное мастерство и верность традициям Николая Благова» лауреатом стал Виктор Малахов.

     В номинации Край мой на Волге» премией отмечен  поэт Леонид Сурков.

     В номинации «Яркое начало и поэтические открытия»

победителем признан сотрудник Дворца книги Александр Дашко.