Чекисты на операции по поимке банды
Чекисты на операции по поимке банды

Мы уже рассказывали о ликвидации беспощадной банды Ухачёва в 1921 г. в материале “Кровавый ультиматум”

В тридцатые-сороковые годы в районе нынешнего Акшуата, был посёлок Чёрная Речка, земля кулаков-лишенцев, сосланных сюда из многих барышских сёл. А ещё раньше тут, в лесной глуши, в землянке, скрывались ухачёвцы. Здесь же, по одним данным, провёл свои последние дни на свободе их вожак Никита Ухачёв. Согласно другим сведениям его вместе с последними верными товарищами чекисты схватили недалеко от Смолькова, в землянке на берегу Свияги…

Из двухнедельной информационной сводки Симбирской губчека за период с 1 по 15 ноября 1920 г.

Бандитизм. По Сызранскому, Карсунскому и Сенгилеевскому уездам опе­рирует шайка бандита Ухачева, которая занимается ограблением потребитель­ных лавок, убийством советских служащих и другими выходками, как-то: в с. Заевке Сызранского у., зайдя в сельский совет, Ухачев под угрозой убийства [597] приказал кончить обычное занятие, а также в том селе у одной из граж­данок ночевали двое дезертиров. Ухачев, думая, что это агенты по поимке его, ночью вывел их в поле и расстрелял, но один из них оказался только раненым и после ухода Ухачева вернулся в село и рассказал о происшедшем. Со сто­роны губчека принимаются самые энергичные меры по поимке бандита Ухаче­ва. В Курмышском, Ардатовском, Алатырском уездах бандитизма не наблю­дается.

Бандитизм развивается по городу Симбирску, производятся нападения на склады и частные квартиры, арестовано несколько профессионалов – банди­тов.

Не ранее 15 ноября 1920 г. Совершенно секретно

…Никита Никулин, он же Ухачёв или же Николаев, родился в 1896 году в кузоватовской Баевке. Рос дерзким неучем, как взрывчаткой начинённый. После первого класса  больше учиться не пожелал, помогал родителям по хозяйству. Никулиных по-уличному звали Николаевыми. Никитку же за озорство, ухарство нарекли Ухачём. Прозвище потом переросло в фамилию, с нею он и вошёл в историю нашего края.

Весной 1919-го Никулина мобилизовали. Из Сызрани красноармейский эшелон двинулся в сторону Барыша. В Налейке остановились на несколько часов. Никита отпросился у командира, и вместе с односельчанином Степаном Шумилиным отправились в Баевку, к молодым жёнам. К поезду друзья уже не вернулись.

Дабы избежать кары, они прятались по оврагам и лесам, иногда ночами приходили домой. Дезертирам потребовалось оружие. Никулин заявился в дом соседа Прокофия Кафидова. Выпросил хранившуюся  с мировой войны трёхлинейку и пять патронов. Попросил на недельку, оказалось, на месяцы. За такой поступок Кафидова, как ухачёвского пособника, позднее расстреляли.

Первыми жертвами дезертиров стали пятеро женщин-москвичек, работавших на тимошкинской фабрике. Они несли в Баевку мануфактуру, чтобы обменять на хлеб. В дороге их и ограбили. Одна из них, самая бойкая, отказалась отдавать товар; Никита её пристрелил.

Ухач стал обрастать людьми. Его правой рукой становится кузоватовец Иван Карасыдин. После гибели помощника Никита назначает на вакантное место Сергея Бугрова. Тот слыл заправским воякой: четыре года провёл на германском фронте, имел два георгиевских креста, за ним числилось двенадцать убитых немцев. Чем не правая рука! Сам Никулин с войны воротился унтер-офицером.

В отряд принимали всякого, кто приходил в лес – дезертиров, крестьян, молодых и не очень, уголовников.

Из информационной сводки № 34 Симбирской губчека за период с 16 ноября по 1 декабря 1920 г.

По Сенгилеевскому и Сызранскому уездам шайка бандита Ухачева про­должает существовать. 13 ноября бандитом Ухачевым был ограблен Беклеми- шевский совхоз Карсунского у. Похищено народных денег 1 502 849 р[уб.] и другое имущество.

Из остальных уездов сведений о бандитизме не имеется, из чего и видно, что крупного бандитизма там не наблюдается, за исключением мелких краж.

Не ранее 1 декабря 1920 г. Совершенно секретно

От Баевки до Барышской Дурасовки простиралась зона действия ухачёвцев. Грабили винные и спиртовые заводы, кооперативы, почтовые отделения. Разгоняли крестьянские обозы, направлявшиеся с хлебом на ссыпные пункты. Хлеб, вино, спирт, деньги Никита раздавал крестьянам, и пошла гулять по окрестностям молва о новом Стеньке Разине, защитнике простого люда.

Атаман любил пошутить. Реквизируя продукты, напитки, поощрял тех, кто охранял  предприятия и не оказывал ему, Ухачу, вооруженного сопротивления. На винзаводе в Зеленце он забрал 240 тысяч наличных да четыре ведра спирта – больше друзьям было не унести. Расписку выдал на все двенадцать ведер. В Лесном Матюнине взяли три бочки горючей жидкости, завхозу оставили расписку за пять ёмкостей.

Вот он на лесопилке в Акшуате. От управляющего Иофина потребовал 180 тысяч рублей. На следующий день Иофин стал распространяться, дескать, у него отобрали 440 тысяч. Слух дошёл до Никиты. Он вновь побывал на лесопилке, взыскал с управляющего остальные 260 тысяч.

Из информационной сводки № 34 Симбирской губчека за период с 16 ноября по 1 декабря 1920 г.

10 ноября был ограблен совхоз при сельце Валуевке Сенгилеевского у. и Томыловский кооператив, а также бандой был встречен гужевой транспорт, где бандиты в количестве 3 чел. заставили возчиков ехать в лес и, доехав до колодца, начали в него ссыпать с возов картофель. Кроме того, от имени Уха­чева поступило письмо на имя гражданина с. Образцово Сызранского у. Зюрнаева, в котором предлагается ему немедленно приготовить 40 000 р[уб.] денег, закопать таковые и положить в указанном месте 10 ноября, за неиспол­нением грозил расправой. По поимке означенной шайки и вообще в борьбе с бандитизмом со стороны губчека совместно с губрозыском приняты самые решительные меры.

Отряд продолжал грабить кассы государственных предприятий, медицинские пункты, мельницы… Попадались ухачёвцам красноармейцы. Проверяли, есть ли нательный крестик. Тех, кто с крестом, отпускали, тех, кто без, били смертным боем. Никита лично застрелил друга детства председателя Баевского сельсовета Дмитрия Новикова. Были и другие политические жертвы: рядовой красноармеец в Дурасовке, милиционер Фролов в Смышляевке, комиссар Тютюмов, сотрудники ЧК Беляков и Воробьёв.

Так кто же он, Никулин-Ухачёв? Что им двигало? Политические мотивы или банальная уголовщина?

Отец Андрей Никулин, брат Евсей просили Никиту, умоляли остепениться, явиться с повинной. Потом смирились, сами стали продавать доставляемые из леса дефицитные по тому времени вещи.

Пошли разговоры о том, что Никита пытается связаться с антоновцами, действовавшими в Тамбовской и Пензенской губерниях. Больше ждать нельзя было, за ухачёвцами началась настоящая охота. Группу чекистов, направленных в наши места, возглавил начальник оперативного отдела Симгубчека Степан Крутилин. До этого он раскрыл и со своими подчинёнными уничтожил отряд бывшего царского офицера Самсонова. Тот квартировал в Симбирске, а его люди разъезжали по волостям, искали союзников. До союза с Ухачёвым дело не дошло. Основной костяк самсоновского отряда был перебит на явочной квартире, более ста бунтарей сдались. Решением Губчека 26 были приговорены к расстрелу.

Сотрудники ВЧК
Сотрудники ВЧК

Чекисты окружили лесную сторожку ухачёвцев. Одни полегли, другие выбросили белый флаг. Атаману удалось скрыться.

Крутилин взял в заложники Прасковью Шишигину, жену Степана Шумилина, того самого, кто вместе с Никитой дезертировал весной 1919-го. Прасковья написала мужу слёзное письмо, заклиная сыном, молила выйти из леса. И Шумилин вышел. Он рассказал о тех местах, где мог скрываться Ухачёв.

Чекист Злобин с оперативниками прибыл в Водорацкую волость. Ему помогал отряд самообороны тимошкинской фабрики. Возглавлял молодых добровольцев Хамзя Богданов, будущий полковник, командир стрелковой бригады, Герой Советского Союза. В Акшуате в потайной яме арестовали восьмерых повстанцев. Еще 24 ухачёвца были схвачены на Чёрной Речке. Одну из баз «накрыли» в Бештановке (Заречном). Изъятые оружие, боеприпасы, продовольствие едва уместились на семи больших подводах.

У Никиты было много осведомителей и укрывателей. Благодаря таким добровольным помощникам он много раз уходил от преследователей. Но те упорно шли по его следам. Поливаново, Мордовская Темрязань, Осока, Красная Балтия, Чекалино…  Побывали чекисты в Русской Темрязани, Латышском посёлке… Бесконечные разъезды по глубинным сёлам и деревням, по кордонам и сторожкам. Погоня, опасность, подстерегающая за каждым кустом, озлобленные взгляды вчерашних товарищей, сдающие порой нервы…

Тот же бывший «зелёный» Степан Шумилин подсказал ещё раз: ищите на Свияге.

Вместе с Ухачёвым пленили Бугрова, Катаева, Кисарова, Макарова, Чиркова и ещё нескольких рядовых повстанцев. Это произошло 19 февраля 1921 года.

Следствие растянулось на месяцы. Губернская газета «Заря» 10 июля сообщила о том, что Ухачёв, Бугров, Макаров и Чирков приговорены к расстрелу. 7 июля приговор был приведён в исполнение. Наш земляк Яков Сивохин был одним из тех, кто в симбирской тюрьме поставил последнюю точку в ухачёвском деле.

Это был неизбежный конец людей, метавшихся между «красными», «белыми», «зелёными», людей, с упорством и фанатизмом обречённых стремившихся продлить своё существование.

По материалам газеты “Барышские вести”

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.