16 (29 по н.с.) сентября 1907 года была открыта мемориальная доска на доме, где родился И.А.Гончаров. 16-ю годами раньше, 15 (27 по н.с.) сентября 1891 года Иван Александрович скончался в Петербурге.

1. ГОНЧАРОВ УМЕР…
Многие столичные издания откликнулись на печальное событие. «Исторический вестник», назвав писателя «едва ли не последним представителем пушкинского периода», выражал уверенность, что Гончаров «не умрет в русской литературе и вместе с созданным им типом Обломова перейдет в отдаленное потомство»
«За дубовым гробом его… следовала колесница с целою горою венков, и шли писатели и ближайшие знакомые. Венки были от литературного фонда, Академии наук, Петербургской городской думы с надписью «Великому художнику и мастеру слова»…», от студентов, многочисленных редакций и т.д. Прибыл президент Академии наук Великий князь Константин Константинович.

Трудно представить, что это рассказ о похоронах человека, который умирал в одиночестве. Симбирский писатель Г.Н.Потанин посетил Гончарова в его последние дни:
«…Передо мной был страшный Гончаров! Бумазейный халат, подпоясанный белой тесемкой; лицо – мертвец, волосы вылезли, зрячий глаз выцвел, щеки ввалились…; особенно страшна была багровая яма, из которой вытек больной глаз; из ямы этой, точно из черепа, смотрела на меня черная тьма.
— Что вам от меня нужно? – шепотом выговорил больной и после моего вопроса о племянниках махнул рукой. – 15 лет я не знаю, где мои племянники. Ко мне не пишет никто! …
Я неслышно вышел из гостиной и едва нашел дверь на улицу из этого мертвого дома. Неужели Гончаров оставлен всеми и забыт? Кто же после того не забыт?..»

Отзвучали речи, завяли венки… Тот же «Исторический вестник» в № 4 за 1893 г. писал: «На обрыве Никольского кладбища Александро-Невской лавры находится могила Гончарова. Грустное впечатление производит ее запущенный вид. …Над ней убогий деревянный крест грязно-белого цвета. 5-6 венков небрежно спутались в кучу, один из них валяется позади креста. … Деревянная ограда с покривившейся калиткой дополняет убожество могилы. …Никто не позаботился об украшении могилы: ни близкие покойного, ни литературный фонд, которому Гончаров завещал часть своего имущества, ни поклонники его произведений…»
Иван Александрович сам просил похоронить его в Александро-Невской Лавре, как простого христианина, а не известного писателя, и особо подчеркивал, что не желает быть похороненным на Волковом кладбище. Но в 1956 г. его прах был перенесен именно туда – на Литературные мостки Волкова кладбища. Вместо креста на могиле был поставлен бюст писателя работы Г.Ястребенецкого. Потомок Гончарова Н.Б.Резвецов говорил: «Бюст очень хороший, но места для креста уже не остается…»

Надо отдать должное: симбиряне не забыли своего выдающегося земляка. В январе 1893 г. была открыта народная библиотека-читальня имени И.А.Гончарова. Созданная в 1895 г. архивная комиссия одной из главных задач считала сооружение памятника Гончарову в Симбирске, и ее заботами построен Дом-памятник на Венце. А 4 октября 1898 г., на заседании городской думы, посвященном 250-летию Симбирска, было решено почтить его память «постановкою доски на доме г. Юргенс, в котором родился И.А.Гончаров». Об этой доске и пойдет далее речь, но сначала – о самом доме.

2. ДОМ
На плане 1780 года впервые обозначен 2-этажный каменный дом на углу Большой Саратовской и Московской улиц, где в июне 1812 года родился писатель. А на плане 1800 г. уже можно видеть границы усадьбы, флигель по Московской улице и еще несколько строений. Пожив в Симбирске после окончания университета, Гончаров описывал почти сельскую идиллию: «два двора с …людскими, конюшнями, хлевами, амбарами… Свои лошади, коровы, козы и бараны, куры и утки…». Здесь жила мать писателя Евдокия Матвеевна, его сестры Александра и Анна, отставной офицер флота Н.Н.Трегубов, воспитывавший Ивана после смерти отца. Сюда, окончив университет, вернулся его старший брат Николай.

В последний раз И.А.Гончаров был в родном доме в 1849 году. По «раздельной записи», составленной братьями в 1855 г., дом отошел Николаю Александровичу, преподавателю Симбирской гимназии. Дом обгорел в пожаре 1864 года, и через год Н.А.Гончаров продал его. Сам он уже давно жил у родственников жены. Видимо, дом пострадал не сильно, т.к. покупатели – мещанин М.П.Поляков и купчиха П.М.Лебедева заплатили немалую цену – 3400 руб. В 1869 г. в доме было «18 комнат и номера для проезжающих, при доме деревянный флигель на 4 комнаты и 3 жилые комнаты в подвале и, кроме того, несколько покоев в доме, которые занимает сам владелец Поляков»

Менялись владельцы: жена надворного советника Л.Д.Жигарева, помещик И.Ф.Ахматов, а в 1880 г. дом купил Карл Иванович Юргенс для своего книжного магазина. Магазин находился сначала на Покровской улице, потом на углу Лисиной улицы и Анненковского переулка, а в 1870-х – на углу Большой Саратовской и Чебоксарской. В нем продавались не только книги, но и музыкальные товары, учебные пособия, мебель и т.д. Дело процветало, и магазину было тесно даже в большом доме Гончаровых.
С 1882 г. разрабатывались проекты перестройки дома. В 1894 построено здание склада-магазина сельскохозяйственных орудий по Московской улице. В 1898 году К.И.Юргенс умер. Фирму унаследовали четверо его сыновей, во главе встал Аксель Карлович Юргенс. В 1898-1900 гг. наследники перестроили дом Гончаровых.

Этот дом и магазин в их первоначальном виде сохранились на фотографии Г.Степанова 1890 года (фото 4) из серии снимков, сделанных по заказу К.И.Юргенса. На фото видны дом и усадьба, включая флигель, ворота и забор до Троицкой улицы. Справа – здание Кадетского корпуса и Троицкой церкви. Металлическая лестница ведет в магазин, а рядом – вход в подвал. На доме множество вывесок (часть помещений сдавалась в аренду), в т.ч. над навесом входа – изображение лиры и надпись «К.И.Юргенс». Другой вход ведет в дом с Московской улицы.
На рисунке Д.И.Архангельского (фото 4, внизу) дом изображен по фотографии Степанова, но без многих деталей. Нет ни ворот, ни забора, а южный фасад выходит прямо на Троицкую улицу. Такая небрежность несвойственна дотошному художнику-краеведу. Возможно, автор хотел сосредоточить внимание зрителя на самом доме.

В ходе перестройки было возведено 3-этажное кирпичное здание, выходящее фасадами на три улицы: Московскую, Б.Саратовскую и Троицкую (с 1898 г. переулок). Внешне оно ничем не напоминало прежний дом Гончаровых, но, как установил С.Л.Сытин на основании фотографии С.Никитина (фото 5) и других данных, этот дом не исчез: он был встроен в объем нового здания с сохранением своих стен, в т.ч. внутренних. Собственно старый дом – это угловая часть здания, оставшаяся почти без изменений.

3. ДОСКА
Отцы города, объявив о планах установки доски, не спешили их выполнять. Шли годы, дело тонуло в обсуждениях и поисках средств. Дошло до того, что доску решили сделать деревянной. Братья Юргенс сочли это оскорблением и взяли дело в свои руки. Как писали «Волжские вести» (18.09.1907), А.К.Юргенс «вел переговоры с разными фирмами Москвы и Петербурга. Наконец, заказ был передан в С.-Петербург скульптору Б.М.Микешину… Микешин сам вылепил барельеф Гончарова по лучшим портретам и профилям, которые нашел в Петербурге. Доска из черного шведского гранита заказана им в мастерской скульпторов бр. Ботт, а барельеф отлит из бронзы в художественной мастерской В.З.Гаврилова».

Симбиряне с интересом следили за приготовлениями. Распространился слух, что «прибитие барельефа» состоится в конце августа 1907 г. Газета «Волжские вести» 4 августа предложила приурочить его к годовщине со дня смерти И.А.Гончарова. Юргенс ответил 9 августа через газету, что «гранитная доска с барельефом еще не отправлена из Петербурга. Когда будет отправлена – неизвестно. В дороге она пробудет 2-3 недели. Едва ли все будет готово даже к 15 сентября»
К счастью, заказ вскоре прибыл. На стену дома доску весом 70 пудов установили рабочие подрядчика каменных работ И.И.Богаткина под руководством архитектора А.А.Шодэ. К торжеству, назначенному на воскресный день 16 сентября 1907 года, все было готово.

Как это было, можно судить по фотографии Черкасова (фото 6) и газетным статьям в консервативном «Симбирянине» и оппозиционных «Волжских вестях». Оценка значимости события и описание «буквы» церемонии в них довольно схожи, а вот в характеристике ее «духа» газеты принципиально разошлись. Наверное, стоит привести отрывки из обеих статей, а истина, как всегда, лежит где-то посередине.

«Симбирянин»: «Перед памятником, уже водруженным на свое место в амбразуре, специально устроенной в стене дома, был изготовлен помост в виде беседки, перевитой гирляндами зелени, мешавшейся с живыми цветами и национальными флагами. Здесь в сослужении настоятелей городских церквей высокопреосвященный Иаков совершил панихиду по покойном писателе, а затем чин освящения памятника. При богослужении присутствовали вице-губернатор П.П.Шиловский, городской голова М.А.Волков, начальники частей, представители общественных учреждений и сословий; вокруг помоста тесным кольцом расположились воспитанники учебных заведений и масса молящихся…
С памятника упала завеса, и тысячи глаз устремились на открывшееся произведение руки художника. Музыка заиграла «Боже, Царя храни», и волнующееся море народных голов обнажились. Было что-то радостное в этом моменте и рождающее гордость за то, что созвало сюда эту громадную разнородную толпу. По окончании гимна городской голова прочел с трибуны «акт» открытия памятника…
Затем под исполняемый воспитанниками кадетского корпуса марш колонны учащихся продефилировали мимо открытого памятника, после чего были отпущены домой. На месте освящения памятника долго еще оставались толпы горожан…»

«Волжские вести»: «…На месте празднования было много самой разнообразной публики. Слышались обычные в таких случаях шуточки. На колокольне Вознесенской церкви виднелись с аппаратами фотографы…
Чинно выстроенные рядами, явились воспитанники гимназии с оркестром. Затем – ученики коммерческого училища, за ними – тоже с оркестром – воспитанники кадетского корпуса… Началась панихида. Продолжалась она сравнительно долго, и кое-где слышались нетерпеливые восклицания…
С барельефа снят занавес. Городской голова М.А.Волков стал читать акт открытия памятника. Указав, что постановка барельефа решена городской думой в день 250-летия Симбирска, он выразил надежду, что благодарные симбирцы своему уроженцу-писателю поставят и монументальный памятник…
Что толпа пришла не чествовать писателя, а посмотреть из любопытства на церемонию… – нет никакого сомнения, достаточно было посмотреть на лица присутствующих. Даже наиболее отзывчивая часть публики – учащееся юношество – ничем не проявляло своего «праздничного» настроения. Они детально и «по заказу» выполнили все, что от них требовалось… и только. На лицах учащихся сквозило одно, ясно выраженное желание: «Ух, как холодно! Скорее бы домой»…
По прочтении акта оркестры грянули «туш». Посиневшие от холода гимназистки оживились: «Кончилось, слава Богу!». Затем началось обещанное программой «дефилирование» мимо памятника учащихся. Маленькие гимназистики бежали вприпрыжку. Стала расходиться и публика. Торжество кончилось…
В других городах памятники ставят городские управления за счет города, а у нас наоборот. Памятник поставил за свой счет г. Юргенс, а городская управа только праздновала. Вот уж, действительно, «и мы пахали»…»

Следует отметить: Юргенсы оформили дарение мемориальной доски городу и оговорили, что будущие владельцы дома не имеют права ее снимать или переделывать.

В тот же день в зале Дворянского собрания состоялся литературный вечер, посвященный Гончарову. Его открыла кантата, написанная специально к этому случаю:
Свершилось уж шестнадцать лет,
Как ты, поэт, оставил нас,
Твоей же славы светоч ясный
И до сего дня не погас…
Слава великому Гончарову, слава!
Слава художнику нашему, слава!
Российскому гению слава!..
В Гончаровской библиотеке-читальне была совершена панихида и отслужен молебен по случаю перехода библиотеки в новое помещение. Панихида по писателю и литературный вечер прошли в 5-м женском училище имени И.А.Гончарова. На этом празднество завершилось.

4. ПОСЛЕ…
На фотографии К.Н.Ястребова 1908 года (фото 7) доска находится в центре снимка. Хорошо видна часть северного фасада и многие детали: табличка «Московская улица», фонарь, молодой тополь из числа посаженных около дома в 1901 г., тумба, установленная в 1907-м. Тротуар на западной стороне перекрывает металлический навес над входом в магазин Юргенсов, а на заднем плане видна колокольня Троицкой церкви.

С 1910 г. в доме размещалась 2-ая женская гимназия В.В.Кашкадамовой. Тогда же на 2-м и 3-м этажах располагались отделение Дворянского земельного и Крестьянского поземельного банков, типография и жилые квартиры.
В 1910 г. Юргенсы ликвидировали свою фирму, а вскоре объявили о продаже дома «для раздела между наследниками». Тогда же началась перестройка нижнего этажа на 4 магазина. В декабре 1911 г. новым владельцем здания стал купец А.П.Балакирщиков. Он завершил начатую перестройку, при этом со стороны Большой Саратовской (с 1912 г. Гончаровской) улицы появилось три новых входа. Эти входы были убраны много лет спустя. В 1900-х гг. от балкона над мемориальной доской остался только каркас, и была заложена ведущая на балкон дверь.

В начале 1920-х гг. в доме Гончарова размещались типография, Пролетарский университет, рабфак имени В.И.Ленина, 9-я советская школа, преобразованная в 1923 г. в 1-ю школу-семилетку, при школе – губернские Цетрокурсы для взрослых и др., а также 12 жилых квартир…
В 1960-х сюда была переведена 7-я средняя школа им. В.В.Кашкадамовой, позже в здании размещалась 1-я вечерняя школа. В 1982 году в нем открыт музей И.А.Гончарова.

Последнее изменение внешнего вида дома Гончарова произошло 45 лет назад. По проекту С.Н.Титова была возведена угловая башенка для городских курантов, удачно дополнившая облик здания. 12 сентября 1974 года в первый раз на новом месте пробили часы с колокольни Вознесенского собора. А под башенкой все также висит черная гранитная доска с барельефом писателя и надписью: «Здесь родился Иван Александрович Гончаров 6 июня 1812 г.»

По материалам С.Л.Сытина, А.Н.Блохинцева, публикациям 1891-1907 гг. и др.
______________
Иван Александрович Гончаров.
1) С портрета И.Н.Крамского, 1874. «История русской литературы XIX века», М., 1910.
2) Фотография 1886 года.

И.А.Гончаров на смертном одре.
Фото К.Шапиро, 1891.

Могила И.А.Гончарова на Новом Никольском кладбище Александро-Невской лавры.
Фото К.Булла.

Дом Гончаровых до перестройки.
1) Фото Г.Степанова. 1890 год.
2) Акварель Д.И.Архангельского. Фотокопия.

Перестройка дома Гончаровых: использование стен старого здания при постройке нового.
Фото С.Никитина, около 1900 года.

Открытие мемориальной доски на доме, где родился И.А.Гончаров, 29 (16) сентября 1907 года. Запечатлен момент, когда с барельефа падает покрывало.
Фото Черкасова.

Дом Гончарова. Фото К.Н.Ястребова, 1908 год.

Дом, где родился И.А.Гончаров, и Троицкая церковь.
Почтовая карточка, фото 1908-1911 гг.

Дом Гончарова.
Краеведческий отдел УОНБ, Ф61.

Мемориальная доска на доме Гончарова. Скульптор Б.М.Микешин.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.