На последнем соцкомитете в Законодательном собрании отчитались три министра – искусства и культурной политики Евгения Сидорова (Улпресса уже публиковала обзор ее выступления), молодежного развития Артем Мирошников и соцразвития Дмитрий Батраков, а также руководитель Агентства по развитию человеческого потенциала и трудовых ресурсов Павел Калашников. Они рассказали много интересного: в регионе не хватает не только сварщиков и сборщиков летательных аппаратов, но и госслужащих; Ульяновские инвалиды не могут получить нужные средства реабилитации, а для улучшения демографической обстановки нужно переименовать Минсоцразвития. 

3000 на пять лет

В Ульяновской области не хватает госслужащих: потребность в специалистах в ближайшие пять лет составит 3 тысячи человек. При этом органы власти и бюджетные учреждения испытывают потребность не в управленческом персонале (его достаточно), а в простых специалистах. В 80% случаях требуется базовый уровень квалификации. Об этом рассказал Павел Калашников.

Его тезисы поддержала присутствовавшая на комитете вице-премьер регионального правительства Марина Алексеева. По ее словам, в области сегодня колоссальное историческое количество вакансий в МФЦ, кадровых центрах, в службе пожарной защиты:

– По некоторым подразделениям количество вакансий сегодня достигает 25% от общей численности коллектива. В госсекторе совершенно не конкурентный уровень оплаты труда, особенно по сравнению с предприятиями ОПК. Поэтому сложился дефицит.

Как отметил Павел Калашников, на 1 января 2026 года уровень безработицы, который рассчитывается по методологии Международной организации труда, составил в Ульяновской области 1,5% (9,3 тысячи человек). Средняя заработная плата по полному кругу организаций по итогам 2025 года выросла на 16,2% и составила 67 293 рубля, по крупным и средним предприятиям увеличилась до 72 тысяч рублей.

В 2025 году в кадровый центр Ульяновской области было заявлено свыше 66 тысяч свободных рабочих мест и вакантных должностей. 70% из них – заявки по рабочим профессиям. В настоящий момент потребность в работниках составляет порядка 11 тысяч, 67% от этого количества – рабочие профессии.

– По итогам 2025 года на одного безработного у нас приходилось порядка девяти вакансий. Среднее время поиска работы по итогам 3 квартала 2025 года сократилось до 57 дней – 1,9 месяца. В 2024 году было 84 дня – почти три месяца, – пояснил Калашников.

Опрос ульяновских работодателей показал, что в перспективе до 2030 года ежегодная численность занятых в регионе будет составлять 559 тысяч человек. Но замещающая потребность в кадрах – 47 тысяч. То есть это специалисты, которых нужно будет искать. И в их числе не только госслужащие, но и сотрудники для обрабатывающих производств, обеспечения электроэнергии, деятельности в области информации, связи, транспортировки и хранения. Сохранится высокая потребностьв квалифицированных рабочих, среднем медицперсонале, специалистах высшей квалификации инженерного профиля, IT-сферы, врачах и педагогах.

На нехватку последних обратил внимание депутат Василий Гвоздев. Он напомнил, что многие выпускники педуниверситета не идут работать по специальности и просто получают дипломы учителей:

– Мы понимаем, какие там проблемы, это и низкие заработные платы и прочее. Но пожилые опытные педагоги уходят, а молодежь им на смену не идет.

В регионе действует закон о молодых специалистах, который направлен на поддержку тех, кто идет в сферу образования, медицину, социалку. На комитете прозвучала мысль, что нужно подумать над дополнительными инструментами поддержки, возможно, ввести дополнительные выплаты, так как те, что есть, по сути, мизерные.

Марина Беспалова призвала думать «на будущее» – о специальностях, где сегодня сложился дефицит кадров (а это в основном технари, электрики, газосварщики и прочее).

– Профессии не просто рабочие, а требующие определенного объема знаний, и на это нужно настраивать и сегодняшнюю молодежь, детей, школьников, их родителей. Подготовка к ЕГЭ по этим специальностям идет медленными темпами. В школах не хватает преподавателей физики, химии, биологии, поэтому подход должен быть комплексный. Ну и в бюджетной сфере надо пересмотреть оплату труда. Она в 20 с лишним раз меньше, чем у отдельных сотрудников предприятий ОПК, – отметила депутат.

Компромисс на 80 поездок

После выступления главы Минсоцразвития Дмитрия Батракова затронули одну из последних болезненных тем – уменьшение количества поездок по единому социальному проездному билету. Напомним, с 1 марта 2026 года их количество сократили со 120 до 45 в месяц. Депутат Виталий Кузин высказался довольно резко: по его мнению, это сделали без какого-либо обсуждения и четкого анализа – просто взяли и лишили поддержки социально незащищенных жителей региона.

– Это решение нужно пересмотреть, потому что общество такую реформу восприняло очень негативно. К этому прибавилось еще и то, что сократилось количество маршрутов, на которых действует ЕСПБ. Есть информация, что в числе таких перевозчиков – монополист Горюнов, который вместе с родственниками захватил вес рынок и уже диктует условия и социальному блоку региона, и городу. Я считаю, что такие хотелки надо обрубать самым категорическим образом, – высказался депутат.

Парламентарии напомнили, что 12 марта в Заксобрании будет отчет министра транспорта, а потому эти вопросы будут заданы, в том числе, и ему.

– Люди, мягко говоря, недовольны. У нас просьба обсудить обоснованное увеличение и прийти к какому-то компромиссу, хотя бы к 80 поездкам, – пояснил свою позицию Дмитрий Грачев.

Депутаты отметили, что готовы пригласить и побеседовать и с городскими властями, и с упомянутым Горюновым. Так что не исключено, что решение о сокращении поездок по ЕСПБ могут все же переиграть – слишком уж оно нехорошо аукается.

Сложно заполучить

Марина Беспалова поинтересовалась судьбой центров активного долголетия (которые, напомним, в прошлом году массово закрыли):

– Мы ездили на улицу Уютную, где база Водоканала, 10 километров от города. Никаких соцобъектов здесь нет, один магазинчик. Но здесь есть помещение, где провели ремонт и сделали центр активного долголетия и ТОС. Но его закрыли, потому что не нашлись деньги – вы не поверите, 250 тысяч рублей на год. Там 1200 человек проживает! Вот когда вы новые проекты предлагаете (имелся в виду отчет Батракова, представленный в видеоролике, который в трансляции озвучен не был – прим. Ред.) Не получится ли так, как с центрами активного долголетия?

Также она пожаловалась на обеспечение инвалидов техническими средствами реабилитации: «Очень сложно стало все это заполучить»:

– Людей нет, с населением никто не работает, идет негатив. Не все могут пользоваться сертификатами, никто этому не обучает. И ульяновцы, которым требуется такая помощь, сталкиваются с проблемами. Если доктор назначает человеку то или иное техническое средство реабилитации, никто не должен его отменять и говорить: «это дорого», «это не подходит», «зачем вам это покупать», «возьмите другое». Мы должны подходить к вопросу щепетильно. Если человек – инвалид первой группы, он не может обходиться без кислородного компрессора, зачем ему предлагают замену и говорят: купите вот это и посидите дома, никуда не ходите. Человек отработал много лет, но не может позволить самостоятельно приобрести техническое средство, которое ему необходимо. И семья ему не может помочь, потому что дети – онкобольные с инвалидностью. Надо глубже вникать в проблемы людей и решать их.

«Многое проедаем»

Василий Гвоздев посоветовал главе Минсоцразвития «пересмотреть подходы»:

– В отчёте сказано, что «суммарный коэффициент рождаемости обусловлен сокращением численности женщин в фертильном возрасте, проживающих в Ульяновской области».  И «с высокой долей вероятности, показатели рождаемости не будут достигнуты в 2026-м году». Все вроде бы правильно написано. Но, я думаю, мы все хотим, чтобы президент РФ похвалил Алексея Русских за выработку конкретных мер в этом направлении. Десятки регионов очень много делают для того, чтобы не писать так, что «женщин мало». Давайте поможем министерству, чтобы оно не расписывалось в бессилия по количеству абортов, по системе поддержки и так далее.

По мнению Гвоздева, пока Министерство социальной защиты  занимается только социальной работой. Но раньше в его названии было еще и «демографическое развитие»: «Куда делось? Может, пора возвращать? Может быть, сделать так, чтобы  министерстве отдельный зам занимался только этим вопросом, и ничем другим? Чтобы была отдельная структура внутри?», – предложил депутат.

Он считает, что нужно пересмотреть, сколько именно из 24 млрд бюджетных рублей нужно тратить на пожилых, сколько на молодых.

– У нас в два раза смертность больше чем рождаемость! А мы всегда помогаем, помогаем, но молодежь уезжает. Давайте уже «матрешку» переворачивать потихоньку. Мы многое «проедаем», пытаясь сохранить баланс, чтобы никого не трогать и не поднимать острые вопросы. А в результате нам не хватает на самые необходимые вещи, – резюмировал парламентарий.