Портовой особой экономической зоне присвоили статус научно-производственного центра (НПЦ) испытаний и компетенций в области развития технологий беспилотных авиасистем. Это второй заход на создание НПЦ в Ульяновской области. Прежде такой статус имело АНО «Агентство технологического развития», но «первый блин» оказался комом – для развития производства БПЛА оно по сути ничего не сделало, и в конце прошлого года было ликвидировано. Узнали, как именно хотят «приземлить» НПЦ в Портовой зоне, и что думают об этом производители БПЛА.

НПЦ в помощь

О новом статусе, который получила ПОЭЗ, сообщила первый вице-премьер ульяновского правительства Марина Алексеева. Она отметила, что «это важный шаг для отрасли внутри региона»:

– Статус НПЦ позволит привлекать дополнительную федеральную поддержку: резиденты центра могут принимать участие в грантовых конкурсах Минпромторга РФ и получать меры поддержки. Центр станет еще одним важным звеном цепочки производства БПЛА и подготовки кадров, которую мы реализуем благодаря нацпроекту «Беспилотные авиационные системы».

Как рассказал Улпрессе директор ОЭЗ «Ульяновск» Олег Непочатов, статус научно-производственного центра дает возможность создать инфраструктуру для разработки и внедрения БАС. НПЦ должны формировать условия для проектирования, тестирования, промышленного изготовления, сертификации и коммерциализации беспилотных летательных аппаратов.

К элементам инфраструктуры относятся:

  • Летно-испытательный комплекс,
  • Лабораторно-исследовательский центр,
  • Центр коллективного пользования для цифрового моделирования, опытного и мелкосерийного производства.

– Разработчики и производители получают возможность использовать производственные мощности, средства для проведения летных испытаний, учебно-тренировочные ресурсы. Помимо этого, резиденты получают поддержку в рамках реализации федерального проекта «Беспилотные авиационные системы», включая финансирование оборудования, разработку опытных образцов и запуск серийного выпуска продукции, – отметил Непочатов.

Также все это должно создать синергетический эффект. Создание НПЦ поддерживает развитие предприятий-поставщиков компонентов, производителей специализированного ПО для управления БАС, интеграцию беспилотных решений в аграрную сферу, логистику, охрану окружающей среды и другие секторы экономики. В регионе вырастет спрос на высококвалифицированных специалистов.

Получило статус и было ликвидировано

О планах создать в Ульяновской области центр для беспилотников губернатор Алексей Русских заявлял еще в 2022 году. Тогда шла речь о сотрудничестве с одной из российских компаний о сборке в регионе БПЛА большой грузоподъемности. «Мы заинтересованы в том, чтобы у нас был не просто центр эксплуатации беспилотников, а полноценное производство», – пояснил глава региона.

Летом 2023 года Русских сообщил на ПМЭФ, что в Ульяновской области приступили к выпуску беспилотников для нужд военных. Также стало известно, что регион подал заявку на создание «крупного регионального научно-производственного центра, в который будет включена инфраструктура для проведения летно-испытательных, лабораторных, исследовательских, сервисных и мониторинговых работ». Два производителя летательных аппаратов — «Финко» из Ижевска и петербургский «Геоскан» — должны были участвовать в разработке «образа программы» по выпуску дронов.

В том же году на базе АНО «Агентство технологического развития» был создан региональный Центр беспилотных систем. Перед ним поставили задачу разработать правила применения дронов на территории Ульяновской области. Параллельно местный Фонд финансирования промышленности и предпринимательства начали давать займы для разработчиков и производителей беспилотных авиационных систем и комплектующих к ним под 1%.

Также в 2023-ем на территории ПОЭЗ планировали разместить производство беспилотных авиационных систем две компании – российская и китайская. По итогам года в регионе произвели более 5 тысяч беспилотников.

В апреле прошлого года региональное правительство снова заявило о «ставке на беспилотники» и представило обновленную программу развития беспилотной авиации до 2030 года: «Главная цель – не просто строить дроны, а создать экосистему вокруг них: от производства и научных разработок до образования и применения в гражданской сфере». В числе планов снова вошло открытие научно-производственного центра с собственным полигоном и инфраструктурой.

Статус НПЦ в июле 2025-го получило Агентство технологического развития Ульяновской области – через победу в конкурсе Минпромторга РФ. Было озвучено, что в него войдет Центр коллективного пользования – пространство, где разместится производственное оборудование, приобретенное для работы резидентов, дополнительная инфраструктура для подготовки кадров различных специальностей для отрасли БАС. Здесь же должны были проходить соревнования, конкурсы, региональные отраслевые форумы и выставки.

В августе прошлого года новым руководителем Агентства технологического развития стал Александр Листунов, который ранее специализировался на разработке и внедрении беспилотных технологий. Но в ноябре 2025-го Агентство ликвидировали.

Первый вице-премьер Марина Алексеева тогда прокомментировала, что «задачи нацпроекта (связанного с развитием технологий БПЛА – прим.ред.) на текущий год, связанные с закупкой оборудования для образовательных и экологических нужд, полностью выполнены. Однако сейчас возникла пауза, связанная с определением вектора дальнейшего развития и выбором площадки для создания научно-производственного центра». Рассматривались варианты передачи функций Центру компетенций развития промышленности, либо Портовой особой экономической зоне. Как и случилось.

В 2026 году на нацпроект по беспилотным авиасистемам в России запланировали потратить 26 млрд рублей.

Кадров мало, бюрократии много

Что об этом думают сами разработчики и производители БПЛА? Как пояснил Улпрессе учредитель и директор по развитию DRONEX Сергей Сандркин, его компания заключила соглашение о намерении стать резидентом НПЦ еще при его первой попытке реализации на базе АНО «АТР». Потом перезаключила его уже с ПОЭЗ.

– С 2024-го ожидаем сигнала, когда что-то случится. Потеряно два года, что не лучшим образом влияет на развитие отрасли в регионе. Стать резидентом несложно: всё, что нужно – это арендовать площади на ПОЭЗ, которых там предостаточно.

Для нас НПЦ важен, но в основном только как «пропуск» к государственному финансированию. Дело в том, что для участия в специализированных грантовых конкурсах статус резидента НПЦ является обязательным условием. Без него компания просто не может претендовать на получение субсидий. Также на базе НПЦ изначально планировалось создать центр коллективного пользования — общее пространство для региональных производителей с дорогостоящими станками и оборудованием, закупленным на федеральные деньги. Это избавило бы компании от необходимости тратить собственные средства на дорогое железо.

Однако во второй версии НПЦ в Ульяновской области, похоже, такой Центр не предусматривается, по-видимому, из-за невозможности софинансирования из регионального бюджета.

По словам Сергея, главная проблема для производителей БПЛА сегодня – финансирование. На рынке полностью отсутствуют доступные кредиты, которые жизненно необходимы для реализации и масштабирования инновационных проектов в этой сфере.

– Инвесторы, к сожалению, также не выстраиваются в очередь по понятным всем причинам. Длинных денег нет и не предвидится. Наш проект существует в основном на деньги учредителей и для его развития есть только один путь на сегодняшний день — это гранты и господдержка.
Наша главная цель сейчас — довести продукт до уровня серийного производства. Для этого необходимы две вещи: закупка специализированного оборудования и оплата года труда дорогостоящих специалистов.

Вопреки распространенному мнению, как отмечает Сандркин, для старта серии не требуются какие-то заоблачные космические бюджеты. По оценкам ульяновской компании, грантовые программы, выделяющие финансирование в районе 15–20 млн рублей – это вполне работоспособный, реальный и достаточный вариант, чтобы закрыть потребности и продолжить развитие проекта.

– Мы не страдаем гигантизмом и нам не нужно строить красивый завод с декларируемой производительностью 99999 беспилотников в неделю для того, чтобы показывать красивую картинку первым лицам. Рынку столько не нужно, – поясняет Сергей.

По его словам, если смотреть на отрасль в целом, то помимо финансовых вопросов, есть и другие важные проблемы. Например, «тяжело найти людей, у которых горят глаза и которые хотят работать над созданием чего-то нового с полной отдачей — это огромная редкость. А без таких увлеченных профессионалов делать инновации невозможно».

– Далее идет бюрократия и избыточное регулирование. Отрасль постоянно пытаются зарегулировать: вводятся всевозможные сложные согласования, бюрократические барьеры, страховки, обязанности покупать услуги у нужных компаний. Это сильно тормозит развитие стартапов и играет на руку монополистам.

И, конечно, сильна конкуренция с Китаем. Российским производителям крайне тяжело соперничать с этими компаниями, поскольку правительство КНР на протяжении многих лет оказывает им мощнейшую системную поддержку.

Спикер подчеркивает, что сегодня большое количество проектов сейчас в сфере БПЛА завязано на военный сектор. Однако использование беспилотников имеет потенциал в мирной, гражданской жизни, где сфер применения предостаточно.

– Наш проект – яркий тому пример: мы делаем беспилотники для сельского хозяйства. Наш продукт помогает фермерам существенно сокращать издержки и делает обработку сельхозугодий быстрой и доступной. То есть технология оказывает самое прямое положительное влияние на продовольственную безопасность страны, а это стратегически важная гражданская задача, – резюмирует Сандркин.