Сотрудники Ульяновского регионального центра экспертизы по Приволжскому округу выполнили более тысячи экспертиз, назначенных арбитражными судами и судами общей юрисдикции, подразделениями полиции, ФСБ, ФССП, МЧС.
Об их работе в интервью «МГ» рассказали заместитель генерального директора по экспертной деятельности Центра Елена Карпова, директор по персоналу Наталья Родионова и доктор технических наук, судебный эксперт-автотехник Альберт Хусаинов.
— В каких случаях требуются услуги экспертов?
Е.К.: — Когда в производстве суда или следствия возникают вопросы, требующие специальных знаний в области науки, искусства или ремесла, то приглашается специалист, способный дать ответы на них.
— Кто сегодня занимается экспертизами в России?
Е.К.: — В нашей стране есть два вида экспертных учреждений: государственные, к которым относятся центры судебной экспертизы Минюста, экспертно-криминалистические подразделения правоохранительных органов, и негосударственные, предлагающие услуги проведения различных видов экспертиз.
— Что представляет собой Региональный центр экспертизы по Приволжскому округу?
Н.Р.: — На сегодняшний день это организация со штатом высококвалифицированных экспертов, выполняющих более двух десятков видов экспертиз: строительно-технических, автотехнических, финансовых, почерковедческих и т.д. Это экспертные центры в Уфе, Ульяновске и Оренбурге. Мы — одно из немногих экспертных учреждений, имеющих лицензию на право работы со сведениями, составляющими государственную тайну. Отмечу также, что экспертная деятельность не является лицензируемой.
— А как к вам относятся суды и следствие? Все-таки всегда считалось, что судебная экспертиза -это прерогатива государственных органов.
А.Х.: — Вполне нормально. Государственные экспертные организации жестко связаны штатными расписаниями, и в силу этого их загруженность в большинстве регионов России очень велика. Кроме того, в государственных организациях могут отсутствовать эксперты редких специальностей. И, наконец, высшие судебные инстанции официально озвучили свою позицию о равенстве государственных и негосударственных экспертных организаций.
Е.К.: — Приведу один пример. С середины прошлого года, по согласованию с руководством Верховного суда Республики Башкортостан, мы провели семинары с судьями более 30 городских и районных судов, в которых участвовала группа экспертов различных специальностей. Практически везде мы встречали искреннюю заинтересованность, выражавшуюся в большом количестве вопросов, обмене мнениями по улучшению взаимодействия. Для каждого судьи нами были выпущены «Методические рекомендации по назначению экспертиз».
— Какие экспертизы сейчас более всего востребованы?
Е.К.: — Суды чаще всего назначают строительно-технические экспертизы, когда необходимо выяснить объемы выполненных работ, разделить недвижимость между владельцами, определить причину и размер ущерба при заливах.
А.Х.: — Из-за роста числа случаев мошеннических действий в автостраховании выросло и количество автотехнических экспертиз, где мы даем ответ о возможности получения повреждений автомобилей при указанных обстоятельствах, а также оцениваем их стоимость.
Е.К.: — Органы следствия, как правило, назначают экспертизы по определению стоимости похищенного имущества, по установлению обстоятельств совершения ДТП. На волне борьбы с коррупцией стали назначаться бухгалтерские экспертизы по расходованию бюджетных средств, строительно-технические — по строительству и ремонту зданий, находящихся в федеральной или муниципальной собственности. Недавно для следственного комитета мы провели строительно-техническую экспертизу выполненных работ при строительстве участка автодороги. С недавнего времени стали назначаться экспертизы по финансово-хозяйственной деятельности предприятий ЖКХ.
Налоговые инспекции чаще всего просят установить подлинность подписей или провести техническое исследование документов, хотя в ряде регионов органы ФНС обращаются по поводу проведения строительно-технических исследований, когда необходимо проверить объем расходов на ремонт и строительство. Оренбургский Центр недавно по просьбе ИФНС провел технологическое исследование нефтегазового комплекса.
— Насколько дорогое удовольствие — проведение экспертизы?
Н.Р.: — Стоимость зависит от двух факторов: сложности исследования и объема работ. Некоторые экспертизы могут стоить полторы-две тысячи рублей, стоимость других исчисляется несколькими миллионами рублей. Но замечу, что эксперт — это специалист высокого класса, и его работа не может стоить дешево. Поэтому при выборе экспертного учреждения вопрос цены, безусловно, важен, но низкая цена должна сразу вызывать настороженность.
Е.К.: — Один из арбитражных судов прислал нам запрос о сроках и стоимости проведения экспертизы по ремонту дорожного покрытия. Мы рассчитали, что, кроме работы группы экспертов-дорожников, потребуются услуги геодезистов и лабораторные исследования. Поэтому определили срок выполнения экспертизы — два месяца, а также стоимость — более полумиллиона рублей. Каково же было наше удивление, когда мы узнали, что одно из ООО заявило о готовности выполнить этот объем работ за тридцать тысяч рублей и пять дней силами одного эксперта-строителя, имеющего специальность «строительство зданий и сооружений». Можно только гадать, какое заключение было бы предоставлено в суд.
— То есть, обращаясь в экспертное учреждение, существует риск угодить к непрофессионалам?
Е.К.: — Увы. В одном из экспертных центров строительные экспертизы проводил эксперт-автотехник. В другом — эксперт ссылался на свой диплом о высшем образовании, оказавшийся поддельным. Низкая квалификация эксперта — это очень серьезная проблема.
— Чем вы гарантируете профессионализм своих экспертов?
H.P.: — Во-первых, строгим отбором. Наш эксперт обязан иметь высшее профессиональное образование и опыт работы по специальности. Во-вторых, очень малое количество учреждений может соперничать с нами по количеству экспертов, имеющих ученые степени кандидатов и докторов наук. В-третьих, наши эксперты после приема на работу проходят в одном из университетов трехмесячный курс переподготовки и по окончании получают диплом государственного образца по специальности «судебный эксперт».
— Еще один очень актуальный вопрос: чем обеспечивается «объективность и независимость» ваших экспертов?
Е.К.: — Перед началом выполнения экспертизы каждый эксперт дает подписку об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. К тому же наши эксперты — это не только профессионалы высокого класса, но и люди, дорожащие своей репутацией. Кроме того, заключение эксперта для суда не имеет заранее установленной силы и оценивается наряду с другими доказательствами. Поэтому для эксперта важно не только подготовить заключение, но и обосновать свои выводы в судебном заседании. Причем если эти выводы будут вызывать сомнение, то суд вправе назначить повторную экспертизу в другом экспертном учреждении.
— А к вам обращались с просьбами сделать «правильное» заключение?
Е.К.: — Разумеется. Причем после нашего отказа недоумевали, почему для нас это вопрос принципа, а не цены.
— Но тогда какой смысл обращаться к вам, если можно найти «более сговорчивых»?
Е.К.: — Герой одного из сериалов по этому поводу говорил: «Мне спокойнее, если эксперт не берет денег ни у кого, иначе я могу попасть в ситуацию, где выигрывает тот, кто заплатил больше, и не факт, что это буду я». Поэтому быть честным выгодно как с моральной, так и с экономической точки зрения. Хотя, справедливости ради стоит сказать, что большинство обращений сводится к просьбе «сделать все по закону».
Н.Р.: — Кстати, отмечу, что в некоторых случаях по просьбе суда или следствия к выполнению экспертизы мы можем привлекать экспертов нашего Центра из другого региона, чтобы полностью исключить необъективность или заинтересованность. Такая практика у нас есть.
— Какие необычные или интересные экспертизы вам приходилось выполнять?
Е.К.: — В прошлом году по просьбе одного из депутатов Государственной Думы мы выполняли исследование по определению подлинности подписи С.Н. Рериха на его письме Президенту России.
А.Х.: — В одном из уголовных дел предполагаемый виновник ДТП заявлял, что во время столкновения он находился в машине, но сидел на пассажирском месте, так как был нетрезв, а автомобилем управлял его случайный знакомый, скрывшийся с места аварии. Следствием перед нами была поставлена задача: определить по характеру внутренних повреждений автомобиля, на каком месте находился подозреваемый во время столкновения.
— Неужели это возможно?
А.Х.: — Мы провели детальное исследование автомобиля и после анализа полученных материалов установили, что в момент столкновения в салоне находился всего один человек, сидевший на месте водителя.
— А часто бывают случаи, когда вы не можете дать ответы на поставленные вопросы?
Е.К.: — Не часто, но бывают. Как правило, это связано с недостатком материалов для исследования. Поэтому чем больше материалов Вы предоставите эксперту, тем более конкретными будут его выводы.
— Каковы ваши планы?
Е.К.: — Мы планируем продолжить работу с федеральными и муниципальными организациями в свете принятого в начале апреля Федерального закона «О контрактной системе», который прямо указывает на необходимость привлечения экспертов для проведения экспертной оценки конкурсной документации, заявок и т.д. Тем более что опыт подобной работы у нас есть. Кроме того, планируем до конца 2014 года открыть экспертные центры еще в двух регионах Поволжья.
НАШ АДРЕС: г. Ульяновск, ул. Хлебозаводская, д. 10, 2 подъезд, телефон 70-50-10 или бесплатный многоканальный номер 8-800-250-80-20. Электронный адрес: expert.pfo@mail.ru