История российских предвыборных технологий не так уж и длинна:

лет 15, не больше. Но, тем не менее, уже можно говорить о важных ее этапах. «Оголтелый популизм» начала девяностых («фабрики – рабочим, землю – крестьянам, бабам – цветы, детям – мороженое!»). «Психологический пиар» конца девяностых («наш кандидат – самый кандидатистый кандидат на свете!» и «берите суверенитета столько, сколько поднимите»). Сейчас же все специалисты сходятся во мнении, что значительную, если не решающую, роль в предвыборных играх играет так называемый административный ресурс.

Административный ресурс – штука во многом загадочная. Никто толком не знает, что это словосочетание в принципе означает. Его нет и в словарях. Когда Фонд «Общественное мнение» провел опрос на эту тему, выяснилось, что только 18% респондентов вообще понимают данное выражение. А ведь речь идет о процессе, от которого напрямую зависит жизнь каждого из нас!

Сегодня мы постараемся объяснить, как работает «машина власти», почему действующие губернаторы и мэры – серьезные противники, даже если у них нулевой рейтинг, и как так получается, что мы четыре года ругаем власть, а потом вдруг переизбираем тех же людей на новый срок…

ВЕРТИКАЛЬ ВЛАСТИ

Как правило, примерно за полгода до начала выборов каждый глава района собирает у себя руководителей всех более или менее значимых районных предприятий. Вопрос перед ними стоит серьезный: как сделать так, чтобы в районе победил действующий губернатор Василий Пупкин, а не кто-либо еще? Руководители, озадаченные главой, возвращаются на свои рабочие места и вскоре собирают на совещание начальников цехов, отделов и т.п. С этого дня проблема будущей карьеры Василия Пупкина – это их проблема. Менеджеры начинают «обрабатывать» простых рабочих… Но почему они все так хотят помочь губернатору?

Ответ прост: ими движет чувство страха. За себя, за свой район, за свое предприятие… Глава района зависит от действующей власти во всем. Например, деньги на ГСМ для посевной кампании «область» может прислать заранее, может – во время кампании, а может и к ее завершению. И это – в рамках закона, но в последнем случае посевная будет сорвана. Понимая это, глава района сидит и думает: «Сорвем посевную – не будет денег. Не будет денег – люди зимой с голода пухнуть начнут. Я в их глазах – главный виновник. Значит, переизбрания мне не видать. А впереди – проблемы с теплом, ЖКХ… Короче, что уж тут думать, и так все ясно».

У руководителя предприятия абсолютно те же проблемы. Откажется выполнять указания главы, а губернатора все же переизберут, и тогда… Да и за оставшееся до выборов время глава района тоже ведь много чего наворотить может. Если предприятие бюджетное, то вопрос «подчиняться или нет» даже не стоит. Если коммерческое, то руководитель опять же трижды подумает, прежде чем начинать «артачиться». Внеплановая налоговая проверка никому ведь не нужна, верно? И руководитель предприятия идет к простому работяге.

А у простого человека и потребности простые. Ему начальник цеха в курилке на ушко шепнет, что двухмесячную задержку по зарплате выплатят, только если Пупкин вновь станет губернатором, тот и проголосует как надо. Хоть за Пупкина, хоть за самого дьявола… В колхозах – та же картина: в день выборов старушка идет к главному агроному и спрашивает: за кого ей голосовать? Тот объясняет: если изберут Пупкина, ты, бабулька, получишь для своей коровы во-о-от столько сена… И как тут ни крути, а родная корова всегда важнее перспектив стратегического развития области!

Вот она – настоящая российская вертикаль власти, уже давным-давно отстроенная и не единожды проверенная! И имя ей – административный ресурс.

ПРОТИВ ТЕЧЕНИЯ

А что будет, если глава района все же не побоится пойти на конфронтацию с действующей властью? При том район этот, предположим, очень и очень зажиточный и деньгами его прижать нелегко? Тогда, как правило, прижимают лично главу района!

Совсем «случайно» в местной прессе начнут появляться нелицеприятные статьи о нем. Чего в них только не будет: и что он – близкий родственник Чикатило, и что булки из школьной столовой воровал, и что, мол, на концерте Бориса Моисеева был замечен под ручку со смазливым юношей… Никто не поверит? А этого и не надо! Главное – у людей осадок в душе останется: дыма-то без огня не бывает. У дочки главы, студентки, вдруг проблемы с учебой начнутся. Сына-коммерсанта пожарные, налоговая и СЭС круглыми сутками мордовать будут. Милиция какие-то странные уголовные дела заведет…

Что, плохо тебе, глава? А ты сходи-ка в администрацию области, посоветуйся, как быть. Там тебя тепло встретят, посадят в кожаное кресло, кофе хороший поднесут, сдержанно посочувствуют: «Ай-ай-ай, у такого хорошего человека такие проблемы! Что же это на вас все накинулись-то, ведь знают же, что вы – наш человек!» И после паузы, подчеркивающей все значение следующей фразы, осторожно спросят: «Ведь вы же НАШ человек, не так ли?».Ну, и кто осмелится ответить на этот вопрос отрицательно?

Для людей, профессионально занимающихся выборами, не секрет, что по этой схеме (глава района – руководитель предприятия – простой работник) действующая власть может «сделать» 8-10% голосов в свою пользу от общего числа избирателей. В такой области, как наша, 10% – это около 100 тысяч голосов. Сто тысяч человек голосуют не так, как думают, а так, как приказано! Голосуют из-за страха за будущее своей семьи.

КОМУ ЗАКОН, А КОМУ…

Бесплатная реклама в официальных областных СМИ, использование бюджетных средств для собственной предвыборной кампании, личный «пиар» за счет области, контроль СМИ, расправа с конкурентами при помощи «силовых» инструментов власти… Все это – тоже административный ресурс. И тоже незаконные методы. И процветают они во многих российских регионах.

Предположим, что десяти «административных» процентов кандидату от власти для победы все же не хватает. Тогда приходится нарушать закон более откровенно. Раньше в России день выборов вообще превращался в фарс: сколько надо процентов, столько и приписывали. Потом был введен институт наблюдателей за голосованием и подсчетом голосов, и приписывать проценты стало намного сложнее. Но не совсем невозможно! Делается это теперь так: в конце дня выборов всех наблюдателей, уже порядком уставших, приглашают «скромно отужинать». И в самом деле, еды им предлагают немного, зато вот выбор спиртных напитков – просто шикарный. Ну кто в России от халявной выпивки откажется?! Пока наблюдатели «перекусывают», количество бюллетеней в урнах становится несколько больше. Нет, это не фальшивки, это самые реальные бюллетени. Это бюллетени тех, которым было лень прийти и проголосовать. Так что если вы «принципиально не ходите на выборы», то вынуждены вас огорчить: возможно, ваш голос припишут в пользу какого-то кандидата. В принципе, любой из нас имеет право потребовать списки избирателей и посмотреть, не голосовал ли кто вместо него… Но, положа руку на сердце, признаемся, что никому из нас и в голову не придет этим заниматься.

А ведь с помощью административного ресурса можно «завалить» волеизъявление целого поселка! Представим себе деревню Демократиха, в которой Пупкина ужас как не любят. И вот в день голосования, когда наблюдатели уже дегустируют дармовой коньяк, «нужные люди» подкладывают в урны демократихинского избирательного участка целую кипу бюллетеней, распечатанных на обычном цветном принтере. Во время пересчета голосов вдруг выясняется, что в Демократихе проголосовали 150 человек, хотя всего избирателей там числится не больше сотни. Фальсификация выборов налицо! Результаты голосования на этом участке могут быть просто аннулированы… Что и требовалось.

Если действующий кандидат сильно проигрывает «новичку», административный ресурс, как правило, не срабатывает. Никто ведь не хочет ссориться с будущей властью… Но там, где шансы кандидатов приблизительно равны, административный ресурс становится тем рычагом, с помощью которого меняют историю всего региона!

Предвыборный «лохотрон» в действии: примерно 100 000 человек в такой области, как наша, голосуют по приказу «сверху».