На статью о ветровом органе («Глухо, как в органе», «СК» за 19 сентября) откликнулся автор идеи. Именно идеи, а не сооружения, установленного у здания филармонии.

Ветровой орган, прославившийся на всю Россию как «эолова арфа» и глухой даже к симбирским ветрам, стал визитной карточкой города и области в целом.

Аналогия очевидна: в последнее время у нас рождается масса громких проектов, претендующих на сенсацию.

Рождаются и оказываются нерабочими, как гигантский музыкальный инструмент у филармонии. Если коротко, то статья в «Курьере» недельной давности была именно об этом.

Идея установить ветровой орган на Венце была представлена официально еще год назад в рамках конкурса идей по благоустройству города. Ее автор – архитектор Сергей Гагушкин. «Музыкальный памятник», появившийся у филармонии, многие соотнесли именно с этим проектом. Как выяснилось, ничего подобного.

– Идея архитектурной композиции, которая обозначала бы музыкальный центр города, то есть филармонию, действительно принадлежит мне, – говорит Сергей Гагушкин. – В моем проекте это был орган. Трубы, в которых вместо мехов работает ветер. Звук рождается за счет перепада давления и минимальной ветровой тяги. Методом подбора ставится язычок, и каждая труба настраивается на определенную ноту. А мелодией должна управлять электроника.

У филармонии установлен не орган, а лира, уточняет Гагушкин, петь она в принципе не может. И дело не в том, что струны у нее не те или ветра мало у филармонии… Даже при штормовом ветре самые «правильные» струны гудели бы как провода – не более.

Ветровой орган в том варианте, каким его проектировал архитектор, в Европе уже есть. Не точно такой, но построенный на тех же принципах рождения звука. В этом смысле никаких экспериментов не предполагалось. Тема ветра в городе на семи ветрах Сергею Гагушкину, видимо, симпатична. Во всяком случае, к тому же прошлогоднему конкурсу идей по благоустройству Ульяновска он подготовил еще один проект «на ветру» – фонтан «Ветровой одуванчик» – шевелящийся шар с подсветкой. Есть еще идея: ветровая карта города. Она могла бы появиться у гостиницы «Венец». Какие там ветра, известно. Кроме того, высотные здания и узкие улицы (от гостиницы вниз – улица Дмитрия Ульянова) создают особый аэродинамический эффект. Сергей Гагушкин не стал развивать тему нарушения авторских прав, хотя загубленную идею ветрового органа ему жаль. Особых претензий к мастерам, поставившим лиру у филармонии, он не имеет.

Говорит, что в этой ситуации им можно посочувствовать.

– Я бы не хотел, чтобы из моих проектов делали шоу, – признался архитектор.

Татьяна ЗАХАРЫЧЕВА.