Двор дома №20 по улице Пушкарева превращается в «долину смерти». Вот уже несколько лет на теплотрассе, которая проходит рядом, один за другим умирают бомжи…

В марте «Молодежка» уже писала о бездомном Михаиле, который несколько недель умирал от гангрены. Сердобольные старушки, которые его подкармливали, со слезами просили нас помочь определить бомжа в больницу. На их вызовы врачи «скорой помощи» наотрез отказывались приехать и забрать беднягу. Тогда, после вмешательства «МГ», эскулапы все-таки забрали бродягу, но вскоре снова вернули… умирать. И Михаил умер.

В апреле теплотрасса стала приютом для бездомной 48-летней Натальи. У нее отказали ноги, а руки, отмороженные еще зимой, посинели и распухли. Несколько дней женщина заглядывала в глаза прохожим, умоляя вызвать «скорую»:

– Я ЖИТЬ хочу. Я еще не старая. Помогите! – плакала она.

И на этот раз пришлось вмешаться журналистам «МГ» и «Справедливого телефона». Медики приехали и забрали уличную пациентку. Задав всего несколько вопросов, они погрузили Наталью в карету «скорой» и увезли. Но это, скорее, исключение, чем правило. И дело не только в «бездушных» врачах – у большинства из них с душой все в порядке. Но они прекрасно понимают, что грязного, немытого бродягу им придется положить рядом с обычным больным, потому что больше некуда…

Жалея на улице бездомную дворняжку, мы проходим мимо умирающего человека. Но ведь бомж, от которого плохо пахнет – тоже человек. Такой же, как все мы. Даже в царской России были приюты для бездомных, где обездоленным и нищим наливали тарелку супа и давали место для ночлега. А сейчас, в, казалось бы, цивилизованном и современном Ульяновске, нет ни одной ночлежки для таких людей! Не работает ни один санпропускник, где им можно было бы помыться и постирать одежду. Нет спецучреждения, куда они могут обратиться за медицинской помощью!

Да, об этом можно не думать. Но в России стать бомжом легко…

От Захара МИСАНЦА:

– Это позор, что равнодушие стало для нас нормой жизни! Мы много говорим о приютах для бездомных животных. И это правильно. Но как быть людям, лишенным крова? Я обращаюсь к городским властям и лично к мэру Ермакову. В Ульяновске должно появиться хотя бы одно спецучреждение для бомжей! Где им будут давать хотя бы тарелку супа.

«Справедливый телефон»: 42-19-19